— Кто там? — напряглась она.
Нианец картинно вздохнул и щёлкнул пальцами.
Дверь с глухим стуком отворилась, и за ней стоял…
— Бездна тебя забери, какого… Амоа ты…
Рука сама собой сжалась в кулак. Создатель, ну вот только она более-менее успокоилась, и теперь снова в душе полный раздрай!
За дверью стоял герцог Филип Крейн собственной персоной. Глаза его были полуприкрыты, лицо не выражало ровным счетом ничего. Он даже не дернулся на ее слова, будто не слыша их.
При этом одет был принц так же, как в день, когда Киара случайно прокляла его.
— Оу… — Амоа состроил виноватое выражение. — Ты не рада ему? Я думал, вы были друзьями…
Он с сожалением повернулся к Филипу, скривился, словно раздумывая, а не ли развеять его вообще в прах, раз он пришелся не к месту. — Как ты его вернул? — медленно, все еще отходя от очередного приступа гнева, спросила Кая.
Ну почему именно сейчас? И почему заговорщики спалили ее родителей, но не второй очаг заражения, где лежало тело герцога Крейна?
— Я наконец вспомнил, как можно убрать эту черную дрянь, — продолжил Амоа. — По крайней мере, с тех, кто попал под ее воздействие случайно. Кровь дракона, как ты и предполагала. А чтобы проникнуть сюда незамеченным, мне нужна была кое-какая помощь… Для тебя же старался.
Так. Просто.
Ответ заставил приподняться волосы на затылке. Ужас. Беспросветный ужас.
Земля ушла из-под ног, она чуть качнулась, ухватившись за первое, что попалось.
Если бы она не тянула до последнего и занялась бы снятием проклятия, а не собственными проблемами — родители были бы сейчас с ней.
Это она виновата. Она их убила. Своим бездействием.
Вдох. Выдох.
— Спасибо, — голос был чужим.
— Винить во всем себя — это, конечно, прекрасно. Самобичевание — увлекательнейшее занятие. Очень затягивает, по себе знаю, — Амоа говорил мягко, гладя ее при этом по руке, и только теперь Кая поняла, что в момент осознания схватилась именно за его плечо. — Но гораздо приятнее винить других.
Под другими он явно не себя имел в виду, но именно о нем Кая сейчас и подумала.
— Понятия не имею, о чем ты, — дернулась она, выходя наконец из камеры.
Она прошла мимо оцепеневшего Филипа, явно находящегося под какими-то чарами, и попыталась абстрагироваться, чтобы понять, в какой части замка сейчас находится.
— Нам… — она покрутила головой в надежде понять верное направление.
— Угу. Вот я тоже немного запутался. Вроде связь чувствую, иду правильно, а потом «бац!» – стена, — развел руками нианец. — Можно было, конечно, напролом идти… А этот парень, между прочим, весь замок как свои пять пальцев знает. Лично диверсию против тебя готовил, схемы вырисовывал.
Он хлопнул того по плечу.
— Веди давай.
Филип отмер и сделал несколько быстрых шагов вперед, затем остановился:
— Куда прикажете?
Амоа кивнул Кае, показывая, что решать ей.
— В тронный зал, — выбрала она спустя какое-то время.
В конце концов, именно в этом помещении была обычно сосредоточена вся деловая активность. Разве что собрания совета проводились в другом месте.
Именно в тронном зале король или его наместник принимал посетителей, именно в тронном зале проходили суды, все прошения принимались там же.
Киара уже представляла, как выбьет там дверь, как зайдет, плавно покачивая бедрами, скажет что-нибудь едкое.
Но эффектного появления не получилось. Стоило им подняться из подвала, как уже на первом этаже стало ясно – на дворе еще темно. Поздний вечер, ночь, ну или самое раннее утро. В окно мягко струился свет ночного неба, звезды сегодня сверкали ярко, а на улице перед дворцом даже случайных прохожих не было.
Несколько раз они встречали охрану — видимо, заговорщики учли ее ошибки и решили выставить патрулирование дворца.
Кая просто усыпляла солдат и оставляла лежать на полу, чтобы они не подняли тревогу раньше времени.
Когда очередной патруль прикорнул у стенки, Амоа не выдержал:
— Знаешь, я не так представлял себе твое спасение.
— Я не просила меня спасать, — Серьезно? Он ждал, что она бросится ему на шею и расплачется от радости?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты в курсе, что это твое «не просила спасать» звучит, примерно, как если бы дети говорили родителям «я не просил меня рожать», — судя по всему, в драконе наконец проснулось раздражение.
Они как раз спустились с лестницы на этаж, ведущий к залу, как на них вышел кто-то из слуг. А эти-то почему не спят ночью?
Смутно знакомая девушка не успела даже испугаться, как ее тело обмякло, а затем мягко опустилось на каменный пол.
— О, ну прости, «папочка», — съязвила Кая. — Возможно, ты ждал чего-то конкретного? Может быть, признания в любви? Или занятия этой самой любовью прямо там, в камере?
Киара понимала, что ее заносит. Сильно заносит. Сейчас они на одной стороне. Но остановиться было очень сложно.
Ярость, обида, разочарование, ненависть… эти эмоции переполняли ее, душили, мешали полностью себя контролировать.
К счастью, Амоа проявил большую выдержку. А может, все было в том, что он признавал ее право злиться.
— Разберемся с троном, и нам нужно будет поговорить, — но его желваки при этом заходили так, словно бы этот самый «разговор» не сулил Кае ничего хорошего.
Охрана также обнаружилась и у дверей зала.
— Да предатели просто параноики, — мстительно хмыкнула она, энергетическим импульсом оправляя караул в глубокий сон.
— Занесите их внутрь, – скомандовала она Филипу и Амоа, указывая на уснувших.
Наконец дверь зала открылась. Кая не помнила, была ли когда-нибудь здесь ночью. Свет, мягко отражающийся в начищенном полу, бликовал под потолком, отчего весь воздух, казалось, искрился потусторонней лунной магией.
— Кииииис… Киара! Ты вернулась! — Кая дернулась на голос, и очарование от красоты помещения тут же пропало. — Я так скучал, так скучал…
В центре зала на большом высоком троне восседала нахохлившаяся гигантская птица:
— А я тут тебе местечко грею.
Киара неспешным шагом подошла к нему, рассматривая эту неведомую зверушку, протянула к нему руку. Стивен неотрывно следил за ее приближением, оперение вздыбилось, глаза стали, кажется, еще больше.
Словно он пытался предугадать, что сделает Киара — прогонит или погладит? Или вовсе швырнется магией?
— Валаад! — театральным шепотом прокомментировал Амоа. — Смотри! И молчит ведь. Целую минуту уже. Над Диагоном, наверное, пройдет каменный дождь.
Кая недобро усмехнулась. Каменный дождь? Волне возможно. Протянула Стивену руку, и тот моментально подлетел, усаживаясь на нее, цепляясь когтями.
Но Киара лишь едва шикнула, и тот стал держаться аккуратнее.
— А в хорошей компании и помолчать приятно, — парировал, тем временем, принц. — Не то что с тобой, грубиян.
— То есть, ты разговариваешь только с теми, кто тебе не нравится? — нианец откровенно забавлялся.
— Смотрю, вы успели подружиться. Я вам не мешаю? — Киара села на трон, величественно закинув одну ногу на другую, и откинулась назад.
Стивен перелетел на спинку трона:
— А долго нам тут ждать? А то сначала вас ждал, теперь опять надо ждать, пока все проснутся… Может быть, я пролечу по замку и разбужу их?
Киара неодобрительно покачала головой. Меньше часа назад она даже не предполагала, что сможет выбраться из темницы, и подробного плана возвращения власти, разумеется, не успела составить.
— А может быть, мы просто помолчим немного? — Киара постучала ноготками по подлокотнику. — Или все-таки моя компания недостаточно хороша для тишины?
Стивен обиженно засопел, но ничего не ответил.
Да, она может сейчас магией перебить всех, кто спит в замке — но все ли они против нее? Все ли являются ей врагами?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Одной магией ей не удержать страну. В любом случае, нужны те, кто будет помогать управлять. Казна, медицина, флот, армия, суды, отношения с другими странами. И каждая из этих частей общего также, в свою очередь, делится на множество составляющих.
