Но, к его ужасному разочарованию, и в двадцать один год он ничем не отличался по виду от семнадцатилетнего юнца.
Лэйф Смит имел шанс осуществить свои честолюбивые замыслы, стать профессором геологии и доцентом одного из крупнейших американских университетов, потому что обладал сплавом прекрасного душевного и физического здоровья. Его память и острота ума были феноменальны, а телосложение - идеально. Он изо всех сил старался произвести надлежащее впечатление на ученый совет колледжа, но все было напрасным. Тогда Смит отрастил бакенбарды, но и здесь результат оказался ничтожным. Вот тут-то ему и пришла в голову мысль надеть очки. К тому же он пошел преподавать в школу, отказавшись от университетской карьеры.
Через год он начал преподавать в небольшом военном колледже на западе и сейчас стоял на пороге осуществления еще одной честолюбивой мечты: он уезжал в Африку изучать ущелья и долины Черного Континента. Насчет них в ученых кругах провозглашалось огромное количество гипотез, и профану в этих делах могло показаться, что успехи геологов в данной области равны успехам предсказателей погоды.
Лэйф Смит был не робкого десятка и, заручившись финансовой поддержкой богатенького отца, а также надеясь на свои физические данные, отправился в путь.
Ну и Бог с ним. Оставим юношу на время в каюте, борющегося с морской болезнью в окружении любимых книг. Судьба уже ведет его за руку к жутким опасностям, преодолеть которые будет нелегко, даже обладая таким запасом знаний по геологии и умея так хорошо плавать и играть в теннис...
... Когда в Нью-Йорке десять часов утра, в столице одного из европейских государств остается всего лишь час до захода солнца, поэтому в то время, как Лэйф Смит садился на корабль, Леон Стабух конфиденциально совещался с президентом.
- Вот и все, - сказал президент. - Все понятно?
- Абсолютно, - ответил Стабух. - Я расквитаюсь за Питера Зверева, и препятствие, мешающее осуществлению наших планов в Африке, будет устранено.
- Это самое главное, - подчеркнул президент. - Только не следует преуменьшать мощи вашего будущего врага. Это, судя по всему, человекообразная обезьяна. Может быть, она, по вашим словам, и ничтожество, но отлично организованная экспедиция русских была ею разгромлена. Исследователи так и не добрались до Египта и Абиссинии.
Потом, немного помолчав, президент добавил:
- Также думаю, что не лишним будет предупредить вас о том, что мы планируем еще одну экспедицию, но не начнем ее до тех пор, пока не получим вашего сообщения об устранении препятствия.
Стабух распрямил могучие плечи.
- По-моему, я вас еще ни разу не подвел, - сказал он гордо, и президент положил ему руку на локоть.
Той же ночью Стабух покинул столицу. Судьба села с ним вместе в купе...
... В тот самый момент, когда леди Барбара Коллис выбросилась с парашютом, Лафайэт Смит ступил на борт лайнера, а Стабух стоял перед президентом, Тарзан, нахмурившись, наблюдал за распростершимся у его ног чернокожим человеком.
- Встань! - приказал Тарзан. - Кто ты и почему искал со мной встречи?
- Я - Кабарига, великий бвана, - ответил черный, - вождь племени бенгало. Я пришел к великому бване, потому что народ мой страдает, а наши соседи, связавшиеся с галлами, сообщили мне, что вы друг всех, кого притесняют дурные люди.
- От какой же несправедливости пострадал твой народ? - спросил Тарзан. - Чьих рук черное дело?
- Долгое время мы жили в мире со всеми, - начал Кабарига. - Не воевали с соседями. Мы хотели только одного: мира и обильного урожая. Но вот однажды из Абиссинии пришла банда, которую выгнали из пределов их собственной страны. Они напали на наши деревни, похитили зерно, увели скот и продали наших людей в рабство. Кое-что они нам оставили, дома и пастбища не разрушили, но это только для того, чтобы иметь возможность и дальше грабить нас. Они не уходят, а обосновываются в какой-нибудь деревне, выстроенной в горах, а когда им требуется провизия или рабы, то нападают на наши поселения.
- Почему ты пришел именно ко мне? - спросил Тарзан. - Ведь я не вмешиваюсь в дела племен, находящихся за пределами моих владений, пока они не начинают нападать на деревни моего народа.
- Я пришел к тебе, потому что ты - белый, - ответил Кабарига. - И этими бандами тоже руководит светлокожий человек. Всем известно, что ты воюешь с дурными белыми.
- Тогда другое дело, - сказал Тарзан. - В таком случае я пойду вместе с тобой.
Так Судьба, пользуясь услугами черного вождя Кабариги, повела Тарзана на север. Его народ не имел ни малейшего представления о том, куда и зачем ушел их повелитель. Даже малыш Нкима - близкий и доверенный друг - не знал этого.
ГЛАВА 2. СТРАНА МИДИАН
Абрахам, сын Абрахама, стоял на склоне кратера давно потухшего вулкана. За его спиной и чуть выше лепились пещеры, выдолбленные в мягкой вулканической породе, которые служили жилищами для людей его народа. Вокруг небольшими группками стояли мужчины, женщины и дети его племени.
Они обратили лица к небу, и на каждом застыло выражение удивления и страха. Люди прислушивались, прислушивались напряженно, долго, потому что из гущи облаков, висевших над краем кратера, простиравшегося миль на пять, доносился странный, зловещий гул. Такого здесь никто никогда не слыхал.
Звук нарастал, заполняя все пространство. Казалось, он исходит из белесых небес, находящихся прямо над людьми, вселяя в души слабых неизбывный ужас. Потом гул постепенно стих, оставшись лишь в памяти людей, но когда они решили, что он больше не вернется, он возник снова, грохоча над головами охваченных ужасом жителей.
На противоположном краю кратера расположилась еще одна группа, испытывавшая те же страхи. Это были люди Элиа, сына Ноуха.
Одна из женщин, стоящих возле Абрахама, обратилась к нему:
- Отец, что это? Мне жутко.
- Тот, кто верит в Бога, не знает страха, - ответил Абрахам. - Это ересь говорит в тебе, женщина! Лицо той побледнело, она задрожала.
- Отец мой, вам же известно, что я не еретичка! - закричала бедняжка.
- Молчи, Марта, - приказал Абрахам. - Может быть, это Христос вновь пришел на землю, как было предсказано еще во времена Павла. Пришел, чтобы вершить над нами свой суд.
Его пронзительный, вибрирующий голос вознесся над толпой. Стоящий неподалеку ребенок внезапно рухнул на землю и стал корчиться в судорогах, на губах его выступила пена. Женщина вскрикнула и потеряла сознание.
- Боже, если это ты, снизойди к рабам своим, жаждущим твоего благословения и твоих приказаний, - молился Абрахам.
А потом вождь тупо добавил:
- А если это не ты, так хотя бы не ниспошли на нас зло.
- Может, это Гавриил, - брякнул высокий бородач.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
