Читаем без скачивания Кодекс Крови. Книга III (СИ) - М. Борзых

твоих целей, — уже вполне по-деловому повела беседу Коброва, отставляя в сторону бокал с вином и перенеся к себе поближе графин с водой. — Но здесь уж извини, покупали мы эти земли по рыночной стоимости, поэтому подарков не жди.

Вот теперь передо мной сидела собранная, уверенная в себе деловая женщина, готовая ради процветания своего рода перегрызть горло кому угодно. Разительная перемена произошла молниеносно, отчего я испытал уже настоящее восхищение сродни эротическому возбуждению. Хороша! Целиком и полностью понимаю отца! Моя мать была красива спокойной домашней красотой, а Елизавета Александровна… роковая женщина.

— Ну тогда приступим к торгам, — не менее плотоядно улыбнулся я.

* * *

Особняк Кобровых я покидал абсолютно удовлетворённый. Во внутреннем кармане парадной формы лежал мой экземпляр договора купли-продажи бывших земель Виноградовых. Обошлось мне сие удовольствие в приличную сумму, во-первых, потому что Кобровы были держателями основного объёма бывшей вотчины Виноградовых, а, во-вторых, Елизавета Александровна действительно умела не только торговаться, но и аргументировать свою цену.

Сия женщина не просто продавала землю, но и виноградники, на ней расположенные. Часть сортов Кобровы сумели не только сохранить после бывших владельцев, но и продолжали заниматься селекцией последние четверть века. Вот именно за образцы этих растений Коброва и торговалась до посинения. Я уже готов был выкорчевать эти селекционные сорта с помощью магов земли и жизни и отдать ей, но только фиг вам, Елизавета Александровна продавала либо всё в комплексе, либо никак.

Более того, в ценник Коброва хотела включить ещё и бочки из того самого лимузенского дуба, который в своё время вызвал аллергию у Крысина. Вот только здесь она просчиталась. После случая с Аркадием Ивановичем я полюбопытствовал сроком годности бывшего семейного достояния Виноградовых. Фактически, использовать эти бочки возможно было в пределах полувека, дальше свойства древесины резко снижались, и бочка превращалась в деталь интерьера.

Поэтому бочки, купленные за бесценок два десятка лет назад, в большинстве своём уже отслужили свой срок. А потому заламывать за них цены, как за новые, не вышло, хоть и очень хотелось.

Под конец торгов Коброва не выдержала и высказалась в запале:

— Да вы, Михаил, упырь под стать своему деду!

— Ну вот, а не далее, как два часа назад не вы ли утверждали, что я — вылитый отец? — рассмеялся я.

— Была не права! — сдула Елизавета Александровна непослушную розовую прядку с лица, — вылитый дед! Тот тоже за лишнюю копейку удавился бы!

— Ну, не переигрывайте, сударыня! — я шутливо погрозил ей пальчиком, — вы собирались без зазрения совести впарить мне десять негодных бочек из лимузенского дуба по цене чуть менее трёх тысяч рублей за штуку! Не такие уж и копейки, — поддел я графиню, — мне сегодня таверну в припортовой зоне за такую цену предлагали и то дешевле сторговались.

Коброва заинтересованно взирала на меня, словно на необычную зверушку, впервые увиденную в зоосаде.

— Зачем вам это всё, Михаил? У вас денег куры не клюют, земель больше, чем у многих старых княжеских владетельных домов. Зачем? — она обошла стол и присела на его самый край так, что ткань соблазнительно обтянула её бёдра. Руки графиня сложила под грудью, только подчеркнув её высоту и практически девичью упругость.

Ай да лиса! Ай да Кобра! Это же надо настолько дозированно использовать свой дар, чтобы большинство гостей восприняло это как лёгкое физическое влечение и потеряло концентрацию.

Зря, конечно, дед не одобрил выбор отца. Каким бы кобелём отец не был, но даже женщин он выбирал с умом: одну — для души, другую — на благо рода. Такая как Коброва ещё бы деду фору дала со временем. Я задумался по поводу Надежды. Судя по унаследованному цвету волос, девушка могла перенять и дар матери. А такую кобру можно было бы и пригреть на груди. Но графиня ждала ответа, и я ответил максимально честно и максимально расплывчато:

— Не знаю, спросите, что попроще! Я не помню даже, как выпросил у императора земли вокруг какого-то озера Абрау, но выпросил же зачем-то!

Коброва соскочила со стола в возмущении и даже руками всплеснула:

— Боги, дайте ему мозгов столько же, сколько везения и наглости отсыпали!

Я лишь вздёрнул бровь, отреагировав на последнюю реплику и ожидая пояснений. Они не заставили себя ждать.

— Серьёзно? Ты не знал, что земли вокруг Абрау — это самые что ни на есть родовые земли Виноградовых, выкупленные короной у разорившейся ветви пару сотен лет назад? Там уникальный климат для виноделия, и, если не ошибаюсь, Маша говорила, что там должен стоять родовой алтарь, сердце родовых земель!

Оп-па! А о существовании родовых алтарей Миша даже не слышал. Нет, я, конечно, поставил на наших землях накопители, но до алтарей им ещё лет триста копить благодать. А тут где-то есть бесхозный наполненный алтарь, который я абсолютно случайно выменял у императора на какую-то привилегию.

«Боги с ними с мозгами, пусть мне везёт и дальше так же, можно?» — мысленно попросил у мироздания и в ответ услышал два приглушённых смешка от Винограда и Комаро.

— Не знал, — ответил я Кобровой и пожал плечами, как само собой разумеющееся.

— И, конечно, ты не знаешь легенды о завещании последнего князя Виноградова, что следующим главой княжеского рода станет маг, разбудивший родовой алтарь? — с ехидной улыбочкой уточнила графиня.

— Елизавета Александровна, я напрямую общаюсь с наиболее заинтересованной в обретении главы рода Виноградовых сущностью, — я указал на серьгу в ухе, чтобы не выглядеть голословным, — и, поверьте, про алтарь там не было сказано ни слова.

Коброва онемела. Она с открытым ртом взирала то на меня, то на серьгу и не могла вымолвить ни слова.

— Да кто же ты такой, сукин ты сын⁈ — наконец, выругалась графиня и тут же прикрыла рот ладошкой, — с тобой даже боги разговаривают!

— Ну, по вашим словам, скорее, кобелиный, — ухмыльнулся я нахально, — а вообще, граф Михаил Юрьевич Комарин, красавчик, миллионер, военный, спаситель принцесс и закрыватель прорывов изнанки шестого уровня — к вашим услугам.

Я сделал шутовской поклон и поцеловал ручку графине.

— Михаил, а вы супругу себе не ищете? — заинтересованно уточнила графиня.

— А вы сейчас себя или дочь предлагаете рассмотреть в качестве кандидаток? — не менее заинтересованно уточнил я, окинув Коброву жарким взглядом.

— К сожалению, Надежда уже влюблена в графа Мангустова, а я, увы, замужем, но ради такого зятя я не поленюсь родить и воспитать ещё одну дочь! — абсолютно серьёзно предложила графиня.

Я мысленно присвистнул от целеустремлённости этой женщины. Вот что значит стратегическое мышление во всей красе.

«Ох, деда, с ней ты знатно просчитался!»

— Пока не ищу, но оценил щедрость вашего предложения, Елизавета Александровна, и обязательно его обдумаю.

На этом моменте мы с Кобровой распрощались. Давно я не проводил вечер с такой пользой, как сегодня. Графиня, сама того не понимая, указала мне верное направление для дальнейших действий. Если раньше я планировал провести ритуал на землях Виноградовых в Адлере, то теперь мой путь лежал к озеру Абрау. И нет, я не собирался будить пресловутый алтарь, я собирался заставить это сердце сделать всего один удар и указать на место поиска самого подходящего для рода кандидата. На всё про всё у меня остался один день.

* * *

Нужно отдать должное, когда я ночью набрал Белухину и рассказал, что мне срочно нужно попасть в Абрау, она отреагировала спокойно, будто бы и не участвовала в коллективной женской пьянке.

— Собирайся, к полуночи заберу из Адлера, — вот и весь её ответ. Умела она говорить коротко и по делу.

— Я буду не один.

— Естественно, Тигрова и Выдрина не забудь, — хохотнула Мария Петровна.

А вот о мужчинах я как-то не подумал, что не делало мне чести.

— Я имел ввиду других пассажиров, если честно, — пришлось признаться в собственной забывчивости, — со мной будут женщина и ребёнок.

— Да хоть драгунский полк в придачу, — отмахнулась баронесса, — места всем хватит. Только ты разрешение на посещение Абрау получил? Земля в ведомстве короны, туда кого попало не пустят.

— У меня документы на владение ею на руках, не должно возникнуть проблем.

Белухина восхищённо присвистнула.

— И на замок?

— Да вроде бы и замок в бумагах фигурировал, — я как-то особо не интересовался, чем меня корона наградила, сейчас меня волновал только родовой алтарь.

— Счастливчик, — мечтательно вздохнула Белухина, — денег в него вложить, конечно, придётся немеряно, но результат будет загляденье!

И баронесса оказалась совершенно права.

Пока же мне предстояло предупредить всех участников полёта, что мы покинем город в полночь. Тигров