Читаем без скачивания Точка кипения - Али Найт

«Кровь. На твоих руках была кровь, Пол», — вот что я хочу сказать, но сдерживаю себя.

— Какого пса?

— Что?

— Что это был за пес?

— Какая-то помесь лабрадора, кажется. — Он смотрит себе под ноги. — Я должен был оттащить его и ужасно расстроился.

Я пристально смотрю на мужа, стоящего в кухне, в сердце нашего дома, его отпрыски находятся рядом. Я знаю его лучше, чем он знает себя сам. Он часто говорит мне это. И я знаю, что когда он смотрит себе под ноги, то он врет.

— Ты знаешь, какая порода, но не знаешь, какого пола.

Пол бледнеет.

— Прошлой ночью собака была «она». Сегодня утром это «он».

Он пожимает плечами, его лицо ничего не выражает.

— Думаю, вчера все казалось более реальным. Собаки могут казаться такими же, как люди, когда они ранены. — Он допивает оставшийся чай и сметает крошки с костюма. — Я должен идти. — Он подходит и заключает меня в крепкие объятия, медленно раскачивая из стороны в сторону, а потом нежно целует в лоб. — Ах, Эгги, ты всегда следишь за моим благополучием!

У меня высокий лоб, который я всегда ненавидела. Вскоре после того, как я начала проводить время с компанией Пола, он поддразнивал меня, при друзьях называя яйцеголовой и тем самым ужасно унижая. Но спустя несколько месяцев, когда я начала мечтать, чтобы он в меня влюбился, я стала Эгги,[1] и из всех его ласкательных имен это мне нравится больше всего. Мы идем рука об руку к входной двери, и на его лице играет слабая улыбка. Я помогаю Полу надеть пальто, а он оглядывается по сторонам в поисках шарфа и портфеля.

Из кухни слышатся крики и визг.

— Мама, Ава пролила молоко на мои комиксы!

— Тебе лучше пойти туда, — говорит Пол, открывая дверь.

— У тебя все в порядке?

Я прижимаюсь к нему и замираю, пытаясь не думать о вопросах, на которые так и не получила ответы. Он кивает и отпускает мою руку.

— Ты уверен?

— Как никогда, — отвечает Пол.

Но, идя по дорожке, он выглядит грустным.

— Мама!

Я вхожу в гостиную. Вопль Авы усиливается на несколько октав. Я вижу свернутое одеяло, под которым мой муж спал ночью, вмятины от его тела еще видны на диванных подушках. Он должен был встать очень рано, чтобы смыть последствия прошлой ночи. Когда мы разговаривали, я так и не осмелилась спросить у него кое-что, потому что эмоции еще явно не улеглись. Что могло заставить его так рыдать на полу нашей кухни? Пять лет назад отец Пола умер от внезапного приступа. Я и подумать не могла, что мужчина может проявлять такую скорбь, как он тогда. До прошлой ночи.

Глава 3

Меня зовут Кейт Форман, и я счастливица. Мне часто говорили об этом друзья и семья, и я действительно в это верю. Я много чего достигла: восемь лет я замужем за самым замечательным человеком на планете, у нас двое прекрасных здоровых детей и большой роскошный дом, о каком я даже и не мечтала. Мне тридцать семь лет, мне не нужно красить волосы, и я все еще могу носить одежду, которую покупала до рождения Авы (не Джоша; материнство накладывает на нас свой отпечаток, как бы мы ни пытались этого не замечать). Случайно, запланированно, благодаря тяжелой работе или шансу — мне на самом деле все равно; я счастлива, так же как и Пол, и только это имеет значение.

Я знаю, что Пол счастлив, потому что недавно он признался, что любит меня больше, чем наших детей. Он спросил меня, считаю ли я, что это неправильно, на что я засмеялась и покачала головой. Иногда я думаю, что не заслуживаю Пола. Его семья намного состоятельнее моей, он ходил в лучшую государственную школу, его мама живет в милом особняке недалеко за городом; он вырос рядом с теннисным кортом, братьями и сестрами, первыми изданиями книг на полках и картинами — ценными или нет, похоже, никто не знает или никого это не волнует. Все это намного впечатляюще и романтичнее, чем пустая коробка в пригороде моей мамы и отчима, где на стене гостиной гордо развешены наши с сестрой Линдой фотографии с выпускного.

Я встретила Пола в свой первый день в университете. Тогда я была Кэти Браун. Фактически он был первым человеком, которого я встретила, покинув отчий дом. Я поехала туда на велосипеде, а мама везла мои вещи в машине и должна была встретить меня в студгородке. Пол был третьекурсником, он водил фургон и иногда подвозил отставших и велосипедистов к нашим корпусам. Я была единственной, кого он подобрал на пути, и я сразу же в него влюбилась. Он сильно загорел и был в отличной форме после долгих летних каникул, проведенных где-то в Европе. Пол держал руль одной рукой, высунув локоть в опущенное окно, а жара и последние дни лета привносили в нашу поездку некую приятную таинственность. Пока мы неслись по широкой окружной и сбавляли скорость на дорогах большого и незнакомого мне города, я чувствовала неподдельную радость от того, что мне преподносила жизнь, и волнение, какого уже не испытать. Пол был на два года старше и по-доброму поддразнивал меня тем, что я первокурсница. Он флиртовал, а я все принимала за чистую монету. У него были большие карие глаза и темные, стоящие торчком волосы, которые Пол смущенно приглаживал. Сегодня они всё такие же. Глядя, как он вытаскивает из кузова мой велосипед, я подумала, что в университете, наверное, будет полно таких же ярких, интересных парней. Стоит ли говорить, что это оказалось не так. За следующие несколько недель я внимательно изучила весь студгородок, но его видела лишь мельком. Пару раз он помахал мне рукой из толпы, вот и все. Я завела новых друзей, погрузилась в университетскую жизнь, отвлеклась на другие отношения. После выпуска я уехала в Лондон и почти не вспоминала о нем. Пять лет спустя моя подруга Джесси начала встречаться с Пагом, который, кроме того, что обладал таким нелепым именем, тусовался с Полом.

Пол был тогда женат на Элоиде. Сначала мне показалось, что Пол сказал «Элоиза», но нет, даже ее имя должно было быть другим — и сложным. Она была натуральной блондинкой. Я не горжусь тем, что произошло спустя год, но у них, слава Богу, не было детей, что делало ситуацию не такой грязной. Просто между нами была связь, которую невозможно отрицать. Первая ночь, которую мы провели вместе, была одним из главных событий в моей жизни. Не стоит и говорить, что наш секс… У меня нет слов, чтобы должным образом описать глубину и искренность всего этого. Я забеременела через два месяца после его развода. Наша история на этом не закончилась, она становилась только лучше и лучше. Пол сделал мне предложение во время уик-энда в Париже, когда я была на седьмом месяце беременности, и мы поженились, когда Джошу исполнился год. Малыш выглядел на нашей свадьбе просто прелестно, когда крутился во все стороны в своем белом костюмчике моряка с голубой отделкой. Моя мама качала его на протяжении всей церемонии в милой деревенской церквушке. После этого она заплакала и сказала, что я поступила очень правильно.

За время совместной жизни мы три раза меняли жилье: квартиру на дом в викторианском стиле, а потом на наш огромный трехэтажный дом возле парка. Пол руководит телекомпанией и очень в этом преуспел. Поэтому мы и осуществили этот обмен. Если так пойдет и дальше, кто знает, что еще мы сможем приобрести. Или, может, Пол скоро выйдет на пенсию. Я больше не работаю полный рабочий день. До того как встретить мужа, я занималась маркетинговыми исследованиями, анализировала поведение потребителей («Мы суем свой нос в чужие дела и получаем за это деньги!» — частенько посмеивались мы возле кулера с водой), но после того, как у меня появился Джош, интересы у нас с Полом стали общие, и я, воспользовавшись случаем, стала исследовать уже телевизионный рынок, чем до сих пор и занимаюсь. Сейчас я работаю в передаче «Криминальное время». Это еженедельное шоу в таблоидном стиле, которое основывается исключительно на видеозаписях, сделанных камерами слежения и зрителями на свои мобильные телефоны, — мы помогаем ловить преступников, от мелких воров до убийц. Даже несмотря на то, что я работаю три дня в неделю, Пол говорит, что я халтурю. Хотя иногда это меня и раздражает, справедливо будет сказать, что мое место — это дом, а место Пола — работа, и мы соединяемся где-то посредине, как четкая диаграмма Эйлера-Венна.

Это утро должно было быть таким же, как любое другое: возня с упаковкой обедов, выпроваживание Джоша и Авы в школу. Обычно почти ничего не может вывести меня из себя, но сегодняшние перебранки детей раздражают до мозга костей. По всему кухонному столу и на стуле разлито молоко, Джош трясет промокшим журналом так, что на стены летят брызги. Мои дети испорченные, и в этом виновата я, потому что слишком много им позволяю и слишком уж стараюсь компенсировать то, чего сама была лишена в детстве. Хотя Пол не против, он очень снисходительный.

Я вхожу в этот хаос в кухне, поднимаю крикетную биту Пола, к которой даже не притронулся и на которую совсем не обращает внимания его неспортивный сын, и возвращаю ее на место в коридоре. Меня вдруг осеняет: я так близко подошла и чуть не ударила его ею, а он даже не догадывается об этом. Поскорее бы 12:30 и обед с Джесси. Сегодня я выпью вина.