— Попалась! За тобой должок!
На мой живот ложится обжигающая ладонь, которая прижимает к твердому мужскому телу, а уха касается заставляющий замереть шепот.
Дорогие читатели!
Вот мы и встретились с Ронаном (это сын героев книги "Ведьма для огненного дракона, или Ошибка призыва" https:// /ru/book/vedma-dlya-ognennogo-drakona-ili-oshibka-prizyva-b417415).
Готовы узнать, зачем он похитил принцессу? Все ответы найдутся в этой истории)
Глава 2. Должок
По телу пробегает волна. Я пытаюсь сдержать её, но, как и раньше ничего не выходит. В кожу будто бы вонзаются тысячи маленьких иголочек, которые сильнее всего ощущаются в висках. Зажмуриваюсь, а после слышу испуганный ропот толпы.
– Фонтан замерзает!
Распахиваю глаза. Проклятье! Теперь он похож на ледяную композицию, искрящуюся на солнце, а лавочки вокруг припорошены тонким слоем снега.
Ромашка в моих руках леденеет и, выпадая из пальцев, разбивается на осколки.
— Горгулья срань! — вырывается у меня.
— Такая милая девушка, а ругаешься, как конюх, — решил пошутить драконище.
Ох, не вовремя! Резко разворачиваюсь, отталкиваю его руками, полными магии. Быстрее! Мне надо поскорее убежать с площади, пока моя разбушевавшаяся магия не натворила еще дел. Хотя куда уж сильнее?! Заморозить фонтан Вселюбящей!
Там, где мои руки касаются груди дракона, расползается корка льда, под которой алеет пятно от моего морса. Я тут же убираю руки, а парень ошарашенно опускает взгляд и ослабляет хватку.
— Что за?! — задается он логичным вопросом.
Но объяснять ему “что за” у меня времени совсем нет.
Петляю среди зевак, которые слишком заняты рассматриванием ледяного фонтана, и ныряю в один из самых незаметных переулков. За пару лет прогулок “под личиной” я уже выучила все самые скрытные пути вернуться в замок, поэтому по дороге не встречаю ни единой души.
В пути настигает мысль, что дракону сильно повезло, что он… дракон. Прикоснись я сейчас к обычному человеку, дела его были бы печальными. Мог и замёрзнуть насмерть.
До замковых стен добираюсь спокойно. Большая часть горожан празднуют на главных улицах, а здесь и в обычные дни редко ходят. Матушка была бы в ярости, если бы узнала, что я хожу по таким местам…
Нет, про это сейчас лучше не думать.
Перешагиваю через дурно пахнущие лужи и замечаю, как они тоже покрываются плёночкой инея. Оглядываюсь, молясь Богине, чтобы никто меня не преследовал. Дракон какой-нибудь, например. Или стражник. Лёд-то растает, но шпион или преступник из меня так себе.
Проникаю на территорию замка и, через сад крадусь к служебным помещениям. Влетаю на кухню к самому очагу и протягиваю над ним руки. Только огонь помогает усмирить хотя бы ненадолго мою разбушевавшуюся стихию. Огонь и… кое-что еще, о чем я совсем не хочу даже задумываться.
В чане на соседнем очаге что-то булькает и парит, распространяя по всей кухне до урчания в животе аппетитный аромат.
— Милая, опять лед хулиганит? — кухарка Анита качает головой и переворачивает тесто.
Надо же, я так спешила, что даже не заметила ее, хотя она совсем не маленькая, чтобы оказаться незаметной. На кухне явно жарко — Анита засучила рукава выше локтей, и все равно ее лоб покрыт испариной. А меня морозит, зубы стучат как зимнюю стужу, того и гляди можно будет как под музыку под этот стук танцевать.
— Ты бы понежнее с нашим очагом, а то затухнет, как мы обед-то делать будем? — Анита кивает на заметно утихшее пламя.
Похоже, магия снова усилилась, а я все так же не умею с ней обращаться. Вдох-выдох. И снова. Раз на десятый чувствую, как покалывание становится все тише, а сердце бьется ровнее и медленнее.
Вот несносный драконище! Так напугал! Надо было его совсем заморозить. Так бы и сделала, не будь он в делегации из драконьей страны.
При мысли о нем, о его горячих руках сердце опять сбивается с ритма, но магия не получает нового всплеска, напротив, совсем угасает и прячется в самом центре груди. Фух…
— Тетушка Анита! — в кухню врывается поваренок-сын кузнеца. — Вы госпожу не видали? Ее величество ищет ее, мечет гром и молнии. Слуги рассказывают, что она пару стульев заморозила и разбила, в таком гневе! И чего не хватает принцессе? Жила бы и горя не знала.
Я поджимаю губы и хочу сделаться невидимой. Чего мне не хватает? Жизни.
Им не понять — они могут свободно перемещаться по городу, убегать за крепостные стены, играть в веселые игры… не думать о том, что в любой момент, любая неожиданность может привести к взрыву ледяной силы. А меня с детства опекали, держали в замке, будто в тюрьме. Я и гуляла-то только под присмотром нянюшки в галерее!
Пока однажды не сбежала. Потом я сделала это снова и снова… И ничего ни разу не происходило!
Во всем виноват этот драконище со своими ручищам огненными! Если бы не он, ничего бы не произошло!
— Ой, — тут поваренок замечает меня и испуганно вздрагивает. — Ваше Высочество…
Останавливаю его жестом. Не хочу я его извинений и расшаркиваний.
— Где сейчас ее величество? — спрашиваю я, чтобы иметь возможность прошмыгнуть в свою комнату, не встретившись с ней.
Итак, чувствую, ждет меня разговор: замороженный фонтан даже в конце лета это нонсенс, матушка точно поймет, как так вышло. И что будет потом? Снова запрут? Даже думать об этом не хочу. А ведь еще пару часов назад я была счастлива, что придумала, как оказаться в академии…
— Она в…
— В кухне, — раздается пронзающий до самых костей своим холодом голос моей матушки.
Глава 3. Решение
Даже мне, ведьме с врожденной магией льда, хочется съежиться в комочек и сделать вид, что я впала в зимнюю спячку. Даже воздух начинает скрипеть от холода. Кажется, ещё немного и мы увидим пар своего дыхания.
— Матушка, я… — судорожно соображаю, что бы мне ей сказать такое, чтобы она перестала на меня так смотреть.
— Быстро приведи себя в порядок и явись в мой кабинет, — говорит она, обдавая меня новой порцией льда. — И не заставляй себя ждать.
Она поднимает юбки и выходит из кухни. И как только не побоялась вообще сюда зайти? Ведь здесь же испачкаться можно.
Анита, похоже, забыла про необходимость дышать, так что когда каблуки мамы отходят достаточно далеко и становятся не слышны, она делает первый вдох и кашляет. Сын кузнеца и вовсе обнаруживается сидящим у стены, подтянув к груди колени и дрожа то ли от холода, то ли от страха.
Я как-то сразу ссутуливаюсь и уныло выдыхаю: не так я мечтала провести сегодняшний день. Оглядываюсь по сторонам, понимая, что после появления тут матушки оба очага погасли, а тетушка Анита с тоской смотрит на остывающий котелок.
— Извини, — виновато пожимаю плечами и тоже покидаю кухню.
— Да… ничего, Ваше Высочество, — отзывается она.
Стыд набрасывается на плечи. Поджав губы, я поднимаюсь к себе в комнату самым дальним из возможных путей. После яркого калейдоскопа в городе наш замок казался совсем уж серым и унылым. Из украшений только невзрачные серые гобелены, да встречающиеся время от времени флаги с гербом.
Цвет у них насыщенно-малиновый, хотя магия у всей нашей семьи ледяная. Немного не стыкуется, но на самом деле объяснение есть объяснение. Это цвет снежноягодника, который можно собрать только в наших краях в разгар зимы. О его свойствах легенды ходят.
Комната встречает меня опостылевшими розовыми стенами и кроватью, с которой свешивалось атласное одеяло, грозившее вот-вот оказаться на полу. Чем дольше я здесь и чем очевиднее моя проблема с магией, тем сильнее эти стены на меня давят. Будто клетка. Золотая клетка. И я понятия не имею, как из неё выбраться.
Боюсь представить, что теперь будет. Мама на меня злится, дракон может начать охоту.
— Госпожа! — ко мне кидается моя служанка, испуганно хватая меня за руки. — Что же это такое?! Тут такое рассказывают, такое!
