Он встал, словно ненароком поигрывая мышцами живота, и сообщил в пространство:
– Схожу в душ, а ты лечись пока…
И вышел. Алиса изобразила в его честь почти классический фейспалм, чуть не выронив парацетамол. Лечиться… Будем лечиться, чего там.
Таблетка скользнула в горло под напором «Балтики», и Алиса просто мгновенно почувствовала, как ей полегчало. То ли коктейль подействовал, то ли сработал эффект плацебо. Как знать. Если не помрёт сегодня от таких адских смесей, больше никогда не будет пить!
Новый знакомый обернулся неожиданно быстро. Обычно такие красавчики принимают душ по часу… Вошёл – и на Алису пахнуло свежестью тела, дежурным гель-душем с мужским ароматом. Она присела на кровать, держась подальше от Фёдора, размышляя, где могла оставить одежду в лихом пьяном угаре. А он небрежно растянулся на постели и спросил:
– Почему ты пошла в педвуз?
– Детей люблю, – рассеянно ответила Алиса, пытаясь вспомнить, не спускалась ли в сауну.
– Настолько? – удивился Фёдор. – Нет, я понимаю – своих, но любить свору сопливых, драчливых, крикливых чужих обормотов… Это выше моего понимания!
– Каждому своё! – отрезала она. – Дети намного искренней взрослых, с ними легче общаться, если им не врать.
– А ты что, никогда не врёшь?
– А зачем?
– Как зачем?! Все врут когда-нибудь в жизни…
– Не вижу смысла.
Алиса не видела смысла и в этой беседе. Что толку задавать ей вопросы, если скоро они расстанутся навсегда, и он забудет о её существовании!
А вдруг не забудет? Может, она так показала себя ночью, что он влюбился безоглядно и на всю жизнь? Алиса глянула на белокурого принца из-под приопущенных ресниц и мысленно покачала головой. Нет, тут полный облом. Никаких шансов…
Федор внезапно подсел к ней, запустил руку в волосы, лаская её затылок:
– Может, хватит болтать?! Займёмся более приятным делом?
Алиса от неожиданности не успела воспротивиться, и её губы встетились с его губами. Поцелуй оказался нежным, хоть и немного собственническим, властным, по-мужски сильным, опьяняющим сильнее всякой водки… Алиса попыталась сопротивляться, чисто из вредности – чего он тут с ней мачо строит – а потом внутренне махнула рукой. Гулять так гулять! Хоть один раз, но с таким красавчиком…
Вышло раз, и ещё раз, и ещё… Нет, не много-много, всего три. И после третьего раза Алиса снова отправилась в душ, а вернувшись, заявила Фёдору:
– Ты, конечно, на высоте, но больше меня сегодня не трогай!
– Сливаешься? – он снова показал белые зубы в улыбке. – Я думал, ты выносливей!
– Завтра продолжим, если будет желание! – Алиса в ответ подразнила его языком, особо ни на что не надеясь. К её величайшему изумлению, Фёдор с усмешкой кивнул:
– Завтра так завтра. Сделаешь мне массаж? Прямо сейчас?
– О как! – Алиса медленно заправила выбившуюся из-за уха прядь и облизала губы. Боже, что она делает?! Но спросила низким томным голосом:
– Нормальный или на всё тело?
– Нормальный, – хрипло ответил Фёдор. Простыня в районе его бёдер слегка шевельнулась. Алиса улыбнулась сама себе: неужели она сорвала куш?! Теперь главное – не переиграть! Но и не остаться обычной тихоней…
– Поворачивайся на живот!
Фёдор повиновался с явной неохотой, наверное, хотел держать её в поле зрения. Алиса поплотнее завернулась в полотенце и оседлала его ноги. Сейчас она казалась себе прожжённой гетерой, соблазнительницей высшего уровня, почти гейшей. Иллюзия опытности возбуждала и пьянила, хотя в глубине души Алиса всё так же робела перед белокурым принцем… Куш? Да поди ж ты… Но назвалась груздем – полезай в кузов. Играть придётся до конца.
Массаж Алиса делать умела и любила. Тренировалась на кошках, то есть, на папе. Когда он приходил уставший после суточного дежурства и, приняв душ, растягивался на диване лицом в подушку, Алиса усаживалась на его спину и мяла плечи тонкими, но сильными пальцами. Папа только постанывал от наслаждения, а потом говорил: «Доча, однажды в своей жизни ты сделаешь счастливым какого-нибудь балбеса!»
Быть может, именно Фёдор станет этим балбесом?
Пока он урчал от удовольствия и пытался тереться задницей о её ноги, Алиса с благоговением разминала безупречные мышцы. А потом Фёдор уломал её спуститься в кухню в одном полотенце и, чертыхаясь, варил дрянной кофе в щербатой турке. После кофе они обшарили всю дачу в поисках одежды, нашли свои шмотки почему-то в сугробе у крыльца. Сушили их перед электрическим камином, грызя самодельные сухарики из стратегических запасов Маришиных родителей, и Фёдор то и дело наклонялся к Алисе, притягивая её за затылок, целовал губами, пахнущими поджаренным хлебом, ничуть не смущаясь выползших из комы товарищей по пьянке. Алиса смеялась над его бородатыми анекдотами, ворошила растрёпанные светлые волосы и думала, что этот день останется навсегда в её памяти как самый счастливый в жизни.
Мариша подскочила сзади и обняла их обоих за плечи, затормошила:
– Дети мои! С вас хоть картину маслом пиши! На свадьбу позовёте, надеюсь?
Алиса смутилась. Какая, к чёрту, свадьба! Неизвестно, встретятся ли они с Фёдором ещё раз – а эта туда же! Свадьба!
А принц неопределённо хмыкнул, расправив плечи, ответил вопросом:
– Свидетельницей или главной свахой?
– А пофиг! – беззаботно отмахнулась Мариша и ткнула Алису в бок: – Ну! Что я тебе говорила в машине?
– В какой именно фразе какого монолога? – съязвила Алиса. – Ты ж п@здишь без перерыва!
– Ладно, замяли! – подмигнула ей Мариша. – Ща будем убирать срач – и по домам!
Когда она унеслась по своим делам, Фёдор тихо спросил у Алисы:
– Ты дашь мне свой номер? Договоримся, когда в ЗАГС идти и в какой ресторан гостей приглашать.
А вот теперь самое главное – остаться искренней и без фальшивой нотки…
– Какой ЗАГС! Мариша шутит, а ты подыгрываешь.
– А вдруг я влюбился насмерть? – шепнул он ей на ухо, щекоча дыханием шею. Алиса прикрыла глаза:
– Дай лучше ты свой номер, встретимся в городе, пригласишь меня в кафе…
– Ну давай, – согласился он, доставая мобильник. Алиса записала номер в своем телефоне и тут же нажала на иконку вызова. Из Айфона шестой модели послышался металлический лязг с претензией на музыку и хриплый голос солиста, немногим отличающийся от собачьего лая. Раммштайн! Последняя нежная любовь младшего братца-обормота! Как такое можно слушать? Это же насилие над ушами и музыкальным слухом!
Вероятно, все эти мысли отразились у Алисы на лице, потому что Фёдор быстро сбросил звонок и, кашлянув, прокомментировал:
– Надо же, какая музычка у меня стоит для незнакомых номеров! Поменять надо.
Ну да, ну да, конечно, в Айфон такие ставят как раз для музыки по умолчанию… Алиса подняла брови, и Фёдор рассмеялся, обезоруживающе, просто:
– Ну люблю Раммштайн! Побей меня тапком!
– Тапка нету! – усмехнулась Алиса. Принц всё больше нравился ей. Жаль, если они больше не встретятся.
Глава 2. Рождённые ползать научатся летать
Домой Алиса попала только в половине третьего. Снег падал всю дорогу, пока приятель Мариши развозил по домам половину компании. Фёдор простился с ними у метро, и Алисе показалось, что он посмотрел на неё особенно и долго. Впрочем, вполне возможно, что это ей только показалось. Как только он вышел, Мариша попыталась неделикатно выведать подробности ночи, но Алиса так же неделикатно послала подругу подальше. Не рассказывать же, что ничего не помнишь! А утро выдалось таким хорошим и мимимишным, что это стоило держать при себе и то и дело окунаться в щекочущие воспоминания.
Дома, как ни странно, все, кроме папы, были в сборе. Брат Женька в одних трусах и наушниках сидел на кухне, с мрачной мордой лица греясь у батареи, и ел суп. Мама в зале быстро говорила по телефону, одновременно подкрашивая глаза. Прижав трубку ухом к плечу, она жестом подозвала Алису, и стало ясно, что произошло что-то неприятное.
Мама зажала ладонью микрофон и быстро, гневно зашептала:
– Где тебя носит?! Ты в каком виде?! Переоденься, поешь супа и едем к бабуле! Вчера приступ был опять!
– Как приступ? – Алиса от неожиданности села на диван. – Это серьезно?
– Когда тебе исполнится восемьдесят три, ты поймешь, что в этом возрасте серьезно, даже когда у тебя платочком перед носом помашут! – сердито заметила мама. – Чтоб через десять минут была готова, папа заедет и нас всех отвезет!
Все ещё в шоке, Алиса пошла в комнату. Не глядя натянула черные джинсы, черный свитер с серебристым сердечком, вышитым на груди, и полезла в сумку за косметичкой. Достав небольшую торбочку, услышала глухой стук по столешнице. Оказалось: кольцо зацепилось за застёжку, а теперь упало. Алиса подобрала его, покрутила в руке. Очень милый перстенёк из цельного камня, местами чёрного, местами серого, с прожилками и крапинками рыжего, а сверху словно присыпанный прозрачным песком. Необычное украшение. Алиса никогда его раньше не видела. Чьё бы это могло быть? Небось вчера кто-то из девок спьяну сумки перепутал… Ну и поделом! Как раз под наряд подойдёт!
