важно сказала:
— Гусь-лебедь.
Тут Кощей говорит:
— Пусть полетает.
Баба Яга замялась:
— Кощеюшка, лучше не надо. Он небо страсть, как любит. Вырвется на волю — не поймаем. А зверь-то неведомый, что у него на уме никто не знает. Колдовству ещё два дня держаться. Вдруг беду накличет.
Кощей слушать не стал:
— Выпускай! Хочу посмотреть, как летает, пока волшба твоя не пропала.
Ну, Баба Яга и хлестнула легонько зверушку верёвкой. Загоготало, зашипело, взмахнуло огромными крыльями и поднялось к самому солнцу чудище. А там курлыкнуло, дернулось, вырвало из рук Яги веревку и унеслось прочь.
Баба Яга растерянно посмотрела на Кощея:
— Ой-ой, что теперь будет…
— Отследим и поймаем, — утешил Кощей, обернулся Чёрным змеем и улетел.
Позади его замка рос густой кустарник. В нём таился волшебный пруд с русалкой. Стоило сказать: «Покажи то-то…», как русалка хвостом разглаживала воду и появлялось нужное изображение. Вот к этому пруду и направился Кощей Бессмертный.
Баба Яга, недолго думая, в ступу залезла, взмахнула помелом и отбыла вслед за товарищем.
А гусь-лебедь, налетавшись вволю, приметил небольшое озерцо и опустился передохнуть.
Рядом деревенька стояла. В самом крайнем доме семья жила: отец с матерью и двое ребятишек. Родители на рынок собирались и старшей дочке наказывали: «За братцем смотри, одного не оставляй. Обедом накорми, и сама поешь.»
Вот они ушли, а дети гулять отправились. Скоро наскучило девочке с малышом возиться. Она и подумала: ничего не случится, если он на травке поиграет, а она рядом с подружками побегает. Посадила мальчика на травку, а чтобы было ему чем заняться, палочку нашла — земельку ковырять.
Братец сначала палочкой ямки в земле ковырял, а потом придумал с травой сражаться. Палочка стала мечом, он — богатырём, а трава — врагом. Не заметил, как у озера оказался. Смотрит, а там птица неведомая плавает.
У мальчонки в кармане штанишек ломоть хлеба был припасён на всякий случай. Стал он хлеб в воду крошить. Гусь-лебедь подплыл и принялся за еду: то одной головой повернётся, то другой.
Мальчику чудесная птица приглянулась, он весь кусок ей скормил. Потом заметил, что за гусем-лебедем верёвка тянется. Пожалел он зверушку неведомую, чуть-чуть в воду зашёл и палочкой верёвку подтянул.
Гусь-лебедь зашипел, но малец объяснил, что хочет освободить того. Пока развязывал, ласково приговаривал, нахваливал: «Ах, какой ты удивительный. И гусь, и лебедь разом! А огромный-то какой. Как лодка!». Гусю-лебедю по нраву пришлось такое обхождение. Он не шипел, не уплывал, а терпеливо ждал избавления от неволи. А дождавшись радостно загоготал и крыльями по воде забил. Обрызгал спасителя своего с ног до головы.
Мальчик развеселился и в ответ обдал птицу водой. Наплескались они вдоволь. Ребятёнок до нитки промок, но от друга нового уходить не хотел. Он новую игру придумал.
— Ты такой большой и сильный, и так здорово плаваешь. А давай в корабль играть. Ты будешь кораблём, а я капитаном. Мы поплывём в дальние страны и встретим Синдбада-морехода. Можешь покатать меня? Если тебе не трудно, конечно. Совсем капельку?
Гусь-лебедь подплыл ближе и боком стал. Мальчик осторожно на него забрался и обхватил, для удобства и надёжности, лебединую шею руками.
Тем временем Кощей с Бабой Ягой узнали, где искать беглеца. Яга вернулась в избушку. Сожгла в печи полынь с подорожником, а пепел выскребла и в платок завернула. Вышла на крыльцо, ветер призвала и в него весь пепел вытряхнула, а потом приказала:
— Неси к гусю-лебедю.
Сама на крыльце осталась — поджидать.
Прилетел ветер к озерцу, потеребил осоку, покачал на волнах кувшинки. А гусю-лебедю вспомнилась вдруг старушка в красном сарафане, и тотчас захотелось к ней вернуться. Так он и сделал. Взмахнул крыльями и устремился к избушке на курьих ножках. А мальчик на его спине остался.
Сестрица, заигравшись с подружками, про наказ родительский забыла. Опомнилась, когда увидела в небе неведомую птицу, уносящую братца. Испугалась девочка и бросилась вдогонку.
Гусь-лебедь летел по поднебесью, радовался ветру, солнцу и маленькому мальчику на спине. А мальчик тоже сначала радовался приключению и полёту. Он кричал: «Эге-гей, я на летучем корабле!», — а потом замёрз, стал чихать и кашлять. И вскоре закоченел так, что когда гусь-лебедь опустился возле избушки, не мог ни пошевелиться, ни слово сказать, ни чихнуть,
Баба Яга, как увидела, что за подарочек её питомец принёс, заохала-заахала, на птицу заругалась:
— Ах ты, гусь-лебедь, неразумный! Ты зачем дитя притащил? Да ещё заморозил? Что теперь обо мне люди подумают?
Кое-как отцепила заледеневшего ребёнка от птицы, в избушку отнесла, укутала в одеяла и на печь посадила.
У старушки кот жил. Он как раз на печи спал, но почуяв рядом ледышку, проснулся. А проснувшись, потянулся, замурчал, спинку выгнул, хвост трубой поднял, и давай вокруг гостя ходить — то одним боком прижмётся, то другим потрётся, то на колени ляжет.
Немного отогревшись, мальчик громко чихнул и закашлялся. Баба Яга чай от простуды заварила, налила в самую красивую кружку с золотыми и серебряными яблоками по бокам и вручила мальцу. Сама принялась тесто замешивать.
— Бабушка, а ты кто? — трясясь под одеялами и клацая зубами от холода и волнения поинтересовался ребёнок. Родители говорили, что нельзя к незнакомым в гости ходить, вот он и испугался немного.
— Как кто? Яга. Баба Яга.
От неожиданности мальчонка, только что хлебнувший отвар, фыркнул. Чай попал в нос, ребятёнок снова закашлял и чихнул, обрызгав примостившегося рядом кота.
— Врушка! Яга страшная, злая, она маленьких детей ест. Куда тебе до неё!
У Бабы Яги характер был неуравновешенный, вспыльчивый. Рассердилась она и разобиделась. Какой невоспитанный ребёнок! Она беспокоится о его здоровье, лечит, родителям вернуть собирается, а он напраслину наговаривает, хочет страшной видеть. Ну, раз хочется ему страха…
— Я, значит, не Баба Яга? А вот так, — старушка схватила помело, обернулась вокруг себя и стала: нос крючком, космы торчком, горб за спиной и лохмотья вместо сарафана, — и тесто я замешиваю для того, чтобы тебя в нём испечь и съесть.
Мальчишка испугался, дёрнулся и выронил кружку. Остатки чая вылились на кота, а кружка упала и разбилась на два осколка — на одном серебряное яблоко, а на другом золотое. Поднялась кутерьма. Малой кричит, из одеял старается вывернуться и с печи слезть, кот рядом носится и дурным голосом мяукает. А Баба Яга ещё пуще пугает — страшным смехом смеётся.
На самом деле она тесто замешивала и заговаривала для лечения. Знала старая, что если человека им обернуть, в тёплую печь положить, да подождать, чтобы прогрелся хорошенько, то
