Убийца пытался оправдаться, ссылаясь на раздвоение личности. Хиллсайдский душитель, Джекил и Хайд.
Нью-Йорк, 1977-й. Шесть человек застрелены, еще семь – ранены. Убийца – Дэвид Берковиц, скромный почтовый служащий. Сын Сэма.
Чикаго, 1978 год. Тридцать три жертвы, мальчики, зарыты в подвале и во дворе дома Джона Уэйна Гейси, Клоуна-убийцы.
Бостон, 1963-й. Тринадцать женщин открыли двери симпатичному незнакомцу и встретили свою смерть от рук Альберта де Сальво, Бостонского душителя.
Университет Калифорнии, 1973 год. Сын сотрудницы администрации университета убивает шесть студенток, которых подсаживал к себе в машину со служебным пропуском. Он же убил собственную мать. Эдмунд Кемпер, убийца с IQ гения.
Флорида, 1979-й. Самый известный, самый привлекательный, самый загадочный из серийных убийц. Тед Банди. Дважды бежал из-под стражи. Предположительно убил сорок женщин. Ни в одном убийстве не признался.
Через шестьдесят дней его казнят.
В студии работает художница, восстанавливающая лица людей по их останкам – точнее, по черепам. В прямом эфире она должна восстановить и показать зрителям лицо одной из жертв Убийцы с Грин-Ривер.
Проходит несколько интервью с родственниками жертв. Сколько бы родные ни пытались обелять себя и девушек, невозможно не обратить внимание на сходство их биографий – неблагополучная семья, побег из дома, исправительные учреждения, наркотики и, наконец, проституция как способ добычи денег.
Спустя пятнадцать минут после начала шоу на телефонные линии уже поступило несколько тысяч звонков. Среди них сообщения о предполагаемых педофилах, о похищении двух девочек, о подозрении на убийство в соседнем доме. Один из звонивших сообщил, что Убийца с Грин-Ривер за выпивкой признался ему в своих преступлениях. Вся информация передается полиции для проверки.
Так что же с ошибками? О них забыли?
Нет, они идут следующим блоком.
«Ошибки, сделанные преступником, дали полиции ценные зацепки. Сейчас мы приоткроем над ними завесу тайны».
На экране снова кадры полицейской хроники. 13 ноября 1983 года. Служебная собака обнаружила разложившийся труп – первый, который убийца закопал в землю, а не бросил в воде или на берегу. Почему? Похоже, он ошибся с выбором жертвы. Женщина была на восьмом месяце беременности.
Вторая ошибка – машина. В 1983 году убийца водил пикап, и у следствия есть пять свидетелей, видевших жертвы возле такого пикапа. Трое утверждают, что он был марки «Форд» выпуска конца 1960-х, двое настаивают на «GMC». Всем запомнился белый задний бампер, натяжная крыша светлого оттенка чуть выше уровня кабины. И пятна грунтовки на борту.
Скорее всего, убийца неоднократно перекрашивал свой автомобиль.
Если кто-то из зрителей замечал, что один из его соседей часто перекрашивает машину и она подходит под это описание, в студии ждут его звонка.
И вдруг неожиданное заявление – убийца позвонил сам! Его немедленно соединили с детективом Дэвидом Райхертом, который знает о серии убийств, пожалуй, больше всего, ведь он ведет это дело с самого первого случая. Что же он сказал?
Дэвид Райхерт разочарован: звонивший давал расплывчатые ответы или увиливал от вопросов. Он осторожно выбирал слова и не сообщил никаких данных помимо того, что именно его и ищет полиция. Сначала детектив еще думал, что убийца играет с ним, но на вопросы о жертвах он ничего ответить не мог.
Дэвид Райхерт посоветовался со знаменитым Джоном Дугласом, основоположником психологического профилирования, из Академии ФБР в Куантико, и они сошлись во мнении, что, будь это действительно убийца, он указал бы хоть какие-то детали, чтобы подтвердить свою личность.
Тем не менее его не сбрасывают со счетов. На вопрос журналистки, может ли Дэвид с уверенностью утверждать, что звонил не убийца, детектив отвечает: ни в коем случае. Этот человек обещал прислать дополнительную информацию, и Райхерт рассчитывает ее дождаться.
Теперь на экранах – рассказ о журналистском расследовании, которое по собственной инициативе провели несколько сотрудников центральной газеты Сиэтла, об одной из жертв убийцы, а далее – интервью с настоящим сутенером, завлекавшим проституток на Си-Так обещаниями наркотиков и денег.
Репортаж с полицейского рейда, на котором детектив Ларри Гросс выследил двух клиентов – их называли «джонами», – пытавшихся подсадить проститутку себе в машину. Их остановили: мужчины объяснили, что просто шутили с девушкой. У обоих проверили документы, Ларри дал каждому свою карточку и попросил звонить, если они заметят поблизости кого-то подозрительного:
– Здесь ходит другой парень. И он не шутит.
На этом мужчин отпустили.
Шоу перевалило за середину: теперь речь идет о серии убийств в Сан-Диего. В них подозревают того же преступника. Патрик Даффи задает следователям прямой вопрос: это тот самый убийца? Ответа нет.
Художница заканчивает с черепом; на вылепленную ею голову надевают парик. Если кто-то видел эту девушку или что-то знает о ней, его просят позвонить. Лицо коричневое – оно вылеплено из глины. Глаза черные – их настоящий цвет неизвестен. Единственной приметой можно считать неровные зубы, выступающие вперед. Опознает ли кто-нибудь жертву по скульптуре? Это кажется маловероятным.
Очередная рекламная пауза – и самое интересное! Ведущие предлагают составить психологический портрет убийцы. Что о нем известно? Что можно предположить с достаточной степенью уверенности?
На экране компьютера демонстрируются срезы мозга. Где-то там проходит тонкая грань между ненавистью и любовью. Они разделены пространством не толще волоска. Что, если детская травма или сотрясение вызвали замыкание? И теперь убийца не способен к нежности и дружбе, а единственное, что вызывает у него эмоциональный отклик, – это страдания другого человека?
А вот и «отец профилирования» – тот самый Джон Дуглас из Куантико. Что скажет о психологии убийцы он?
По мнению Дугласа, следствие имеет дело не с сумасшедшим. Убийца с Грин-Ривер – здравомыслящий человек, к тому же очень и очень умный. Он прекрасно отличает добро от зла. В охоте за жертвами он удовлетворяет свое навязчивое стремление к манипулированию, доминированию и контролю над другими людьми, их унижению – физическому и эмоциональному. Вот почему он выбирает самых слабых и пассивных – таких контролировать легче всего.
Очевидно, в детстве он сам подвергался насилию – психологическому или физическому, им пренебрегали в семье, он испытывал гнев и фрустрацию. Впоследствии это могло привести к увлечению садомазохистской порнографией, а также жизненным неудачам, финансовым проблемам, сложностям в отношениях. В возрасте 25–28 лет все эти проблемы всплывают на поверхность, и убийца выходит на охоту. Он ищет свою первую жертву.
Совершив преступление, он начинает проявлять большой интерес к следственному процессу. Он может хранить вырезки из газет со статьями о своих «подвигах», вести дневник, коллекционировать «трофеи» – одежду или украшения, принадлежавшие жертвам, – и даже дарить их значимым женщинам в своей жизни. Этих женщин он может приводить
