маску, целенаправленно пошла... а куда я пошла?
Ноги сами привели в глухой закуток с пошарпанным кухонным оборудованием. Уже хорошо — во-первых, никого нет, во-вторых, все нужное более-менее имеется.
Только вот надписи на всем не по-русски и даже не по-английски. В жизни не стремилась изучить иероглифы, а тут… вижу витиеватую закорючку. И понимаю, что она означает.
«Сахарозаменитель на основе… бла-бла-бла», нехорошая химия.
У них что, даже банальной стевии нет? Что за дрянь тут едят и пьют?
Быстрый обыск — действия без раздумий помогали мне не сойти с ума — принес свои плоды.
Я нашла: два банана, дынную булочку, несколько контейнеров с домашней едой и пару странных конусообразных пакетиков с соевым молоком. Судя по содержимому холодильника, он общий на коллектив. Некоторые контейнеры подписаны: Чен Артур, Ким Майкл, Дэйзи Ли… Ага, эти я убрала на место. А вот неподписанные, незакрытые и полупустые с чистой совестью проинспектировала.
Сунула в рот кусок груши, прожевала…
И тут меня снова настигло.
Я жевала правой стороной, не чувствуя никакого дискомфорта. А между тем у меня там пару дней назад удалили два нижних зуба, оставив десну заживать под импланты.
Это! Не мое! Тело!
Мамочки…
А чье же тогда?!
Глава 2
Интерлюдия 1
— Ну как вам материал?
Женщина средних лет приблизилась к фотографу, который неспешно продолжал нажимать затвор камеры, иногда слегка меняя ракурс.
— Мордашка смазливая, но скучная. Самое то для манекена. Если потом использовать его в какой-нибудь рекламной кампании, можно будет легко делать акцент на одежде, а не на живой вешалке. Но, конечно, популярности ему такие фотосеты не принесут.
Собеседница кивнула и протянула фотографу небольшой стаканчик с кофе, из которого тот охотно отпил и вернул женщине.
— И на люксовые модели точно не подойдет, — вздохнула она.
— Шутите? Тут и премиум-сегмент уже под сомнением. Только серийную молодежку или эконом. Тем более меня уже подбешивает эта отрепетированная «сладко-добрая» улыбка, сделайте потом с ней что-нибудь. — Несмотря на свои слова, мужчина одобряюще помахал модели рукой и сделал знак сменить позу на более раскованную.
— На то он и айдол. Они все под одну гребенку заточены.
— Нет, почему же. Сейчас уже практикуют разделение по ролям. Как там, эм, «монстр», «щенок», «принц», «декаданс»?
— Все равно чересчур клишированно. Быстро приедается. Впрочем, не этот, так другой, какая разница. Сама гадаю: почему только наше агентство решило пропихнуть его на большой конкурс? Шансов ноль. А ведь под это дело выделены деньги, и ему даже наняли личную помощницу.
— Последний скандал в индустрии больно ударил по многим агентствам. Вы вроде работали с «Фон Корпорейшн»?
— Не прямо, но некоторые объедки подбирали.
— Вот. Значит, после беды с той девчонкой из люкс-пула «Фон Корпорейшн» вашему руководству тоже прилетело, теперь вам нужно продержаться на плаву любой ценой. В ту трейни, говорят, вложили огромные средства, и куколка действительно подавала большие надежды. Вот уж где хватало и таланта, и огня, и индивидуальности. Кто же знал, что дочь такой семьи влезла в профессию тайком, против их воли… А теперь она пропала, и ее агентство само барахтается из последних сил, вот и такую мелочь, как вы, не то что перестало прикармливать — топит пачками.
— Да уж. Как назло, у нас, кроме этой куклы, никого подходящего нет, а засветиться в списке агентств, принимавших участие в самом престижном конкурсе «Большой Азии», — это уровень. Логично.
— Тем более кто-то все равно должен быть массовкой. Почему бы и не этот? — Тут фотограф отвлекся: — Замена костюма! И сделайте ему макияж, что ли, поагрессивнее. Нам нужен кандидат в звезды, а не примерный школьник на перемене, зачем-то примеривший кожанку.
Пока вокруг модели и декораций суетился народ, в студию незаметной тенью проникло странное существо. Здесь в принципе хватало невзрачных малорослых девчонок в бейсболках, в масках или в темных очках. Но чтобы все напялить одновременно, да еще бейсболку поверх косынки — до такого ни одна не додумалась.
Странная личность все так же неслышно и почти невидимо для других проскользила через толпу к парню-модели и оказалась прямо за его спиной.
Красавчик не успел даже глазом моргнуть, как в его руке оказался бумажный стаканчик со светло-коричневой жидкостью, а на плечи, с которых уже стянули тяжелую кожаную куртку, легли две маленькие ладошки в нитяных перчатках.
— Кофе, — сказала она. — Отпей пару глотков. И расслабься, иначе сейчас лопнешь.
— Что? Кто? А, это ты, Рита. — Парень неуверенно отпил из стаканчика. — Не подходи больше со спи… А?!
Две ладошки на плечах сжались, надавив на какие-то одному богу известные точки, отчего парнишка сначала резко вжал голову в плечи, а потом и вовсе застыл, как взятый за холку котенок.
— У тебя тут зажато так, что мышцы в камень превратились. Давай, хлебни еще кофе и присядь. Если не принять мер, то на фото будет крендель вместо айдола, а шея потом отвалится совсем.
— Ох. Этот кофе такой сладкий. Где ты его взяла? И странный он какой-то.
— Это не сахар, не бойся, — успокоили его. А потом настойчиво уволокли дальше в угол, усадили на стул и…
— Ай… У-у-уй! Ай-яй! Хва…
— Не пищи. Сейчас станет легче. Вот так… — Девушка несколько раз наклонила голову парня в разные стороны, настойчиво растирая определенные жгуты мышц. — Все, иди, тебя зовут.
— Ты ненормальная! А если у меня сейчас пятна на шее появятся?! А если синяки?
— Нету никаких пятен. Поверни голову. Легче?
— Дура… Легче, да. Только болит теперь, будто ты меня била.
— Когда сведенную мышцу отпускает, всегда так. Зато ты сейчас станешь более подвижным и живым.
Парень недоверчиво фыркнул и умчался на зов фотографа.
— Ты смотри, подслушал, что ли, наш разговор, — через какое-то время удивился мистер Гун, официальный фотограф «Большой Азии». — На живого стал похож.
— Ага, — согласилась младший менеджер агентства «Син-Син Паблик» мисс Ло. — Улыбка теперь кривовата, но зато появилась изюминка. И вроде даже характер прорезался. С более темным макияжем смотрится неплохо.
— Такое впечатление, что его кто-то разозлил и малыш забыл, что надо изображать пай-мальчика. Надо бы узнать, кто такой гений, и использовать его время от времени. Теперь я даже верю, что пацан пройдет отборочный тур.
— Кстати, мне кажется или у него красное пятно
