и пару податливых одноклассников, выполнявших различные поручения. Исполнители поручений время от времени менялись, не выдерживая гнилой эгоизм Тилека. И единственный Эркин, с седьмого класса и до выпускного, не выходил из его круга.
Эркин жил в своём эскпапистском мире и был удобным объектом издевательств со стороны всех вышестоящих в школьной иерархии. Тилек принял его под своё покровительство. Он понял, что Эркин готов терпеть унижения от одного человека, в обмен на защиту от всех остальных. Временами их общие интересы в играх, аниме и компьютерах сближали их до многочасовых обсуждений у Тилека дома. Но высокомерные издевательства со стороны последнего препятствовали настоящей дружбе.
После выпускного родители послали Тилека учиться в европейский университет на факультет физики, в которой он проявлял себя лучше всего. В его родной школе на его прогулы, шалости и наглое поведение не обращали внимания благодаря его победам на олимпиадах по точным наукам и связям родителей. В условиях же многовековой дисциплины престижного университета это привело к отчислению к концу второго года обучения.
Из-за провала с заграничной учёбой разозлённый отец лишил Тилека финансовой поддержки. Тем не менее, по возвращении сына на родину, он пристроил его в элитный по местным меркам университет, избегая позора перед своим окружением.
Поздно вернувшись к воспитанию, отец припоминал Тилеку все его грехи, которые он раньше прощал под давлением своей жены. Из-за этого неудавшийся физик решил начать свой технологический стартап, выгодно продать и избавиться от власти отца.
В разработку он взял идею, появившуюся в его голове на европейской научной почве. Один из профессоров как-то сказал Тилеку, что тот, кто совместит мобильность электрокардиографа с бесконтактностью МРТ, разбогатеет.
Тилек заболел этой идеей, точно это был вызов лично ему и за несколько дней, придумал принцип работы такого аппарата. Но даже до чертежа этот принцип не дошёл, поскольку за его маниакальной фазой последовали алкогольные выходные. А после он увлёкся вещами вне науки.
В опале Тилек не мог ждать отцовских денег на свой новый проект. Ему пришлось распродать часть своих вещей: обе игровые приставки, испанскую гитару, на которой он никогда не играл, сноуборд, набор пыльных профессиональных гантелей и что-то из одежды. В итоге, вырученной суммы хватило на прототип детали первого этапа задуманного проекта. Тилек полагал, что в таком виде деталь не годится для самостоятельной работы.
При первой проверке функционирования выявилось, что деталь влияет на работу электрических устройств, находившихся по определённую сторону от неё. Мигал свет в комнате, кондиционер выключался, смартфон не отвечал на касания. Заметнее всего это проявлялось на широкоэкранном телевизоре. На разных участках экрана появлялись мерцающие пиксели, которые исчезали после отключения устройства. Со временем Тилек заметил и другие мелкие сбои домашней техники.
Такое побочное свойство, непредвиденное в черновой задумке, делало невозможным использование детали для проекта. После нескольких дней неудачных попыток исправления этого недостатка, Тилек был готов принять требования родителей и приготовленное ими будущее. Но помог случай, а вернее кот.
У матери Тилека было два кота: агрессивный черно-белый Хром и вальяжный рыжий Ричи, которых она любила не меньше сына. Тилек их терпеть не мог, и они его тоже. Он иногда подлавливал одного из них, пока матери не было дома и придумывал истязания. Тем не менее, коты хозяйничали у Тилека, хотя и имели свою комнату. Остановить эти наглые посягательства у него не получалось, но и выгонять их каждый раз не переставал.
В один субботний день Тилек продолжал эксперименты на чёрном экране включённого телевизора. Хром и Ричи прокрались в его комнату и следили за каждым его действием. Тилек дал питание детали, повернул активной стороной к экрану. Он менял мощность и режимы работы, отчего по чёрному экрану бежали различные узоры из мелких белых пятен.
Ричи лишь приподнял свою ленивую мордочку, а у Хрома проснулся хищный инстинкт от этих манящих пятен. Прижавшись к полу, чтобы быть менее заметным для добычи, он крался к телевизору. Тилек не замечал этого охотника, переключая режимы на детали.
Хром выпрыгнул из своей засады, пролетев рядом с головой Тилека, и тот приготовился ловить падающую технику. Телевизор отшатнулся к стенке, но не упал, а Хром, приземлившийся на столик телевизора после удара об экран, застыл. Через пару секунд он замотал головой, втягивая её во вспружиненное туловище, зашипел и снова замер. Пушистое тельце медленно качнулось и Хром упал спиной на ковёр.
От его громкого падения подпрыгнул Ричи и выпрямился на своих четырёх лапах. Немного постонав, Хром задвигался живее, возвращая гибкость своим конечностям. И как только перевернулся на свои четыре лапы, выбежал прочь из комнаты.
Удивлённый Тилек посмотрел на Ричи. Рыжий кот тоже покинул комнату, стараясь не бежать и бросая осторожные взгляды на Тилека.
Гениальный и тёмный мозг Тилека посетили опасные догадки. С трудом подавив желание самому встать перед активной стороной детали, он поехал в ближайший зоомагазин. Хрома и Ричи он в тот день не смог найти для повторных тестов.
Сразу скупив десять хомяков в нескольких клетках и не обращая внимания на непонимающие взгляды продавцов, он вернулся домой.
На хомяков устройство подействовало не сразу. Тилек подолгу направлял на хомяков активную сторону детали на каждом её режиме работы. Но ни один режим не вызвал необычных реакций у животных.
Уверенный в том, что именно его деталь так подействовала на Хрома, он разобрал её для модификаций. Изменённый плавный переключатель закрутился без щелчков. Весь диапазон режимов он поделил на шкалы, от руки нарисовав значения.
Тилек испытывал мучительное ожидание, пока вращал переключатель и задерживался на каждом миллиметре. Он хотел поймать подходящий режим.
Наконец он услышал писк мучающегося хомяка. Повертел переключатель, определил точный режим на шкале и выписал себе в блокнот. С такой настройкой он прошёлся по всем хомякам и везде видел одинаковую реакцию.
Тилек убирал деталь, и многострадальный хомяк приходил в себя. Физик решил оставить воздействие. Через примерно сорок секунд мучений, хомяк затих и более не двинулся. То же самое произошло и с другими грызунами.
Получив десять мёртвых тушек, довольный Тилек скрестил руки за головой и улёгся на пол. Он задумался о перспективах использования этой детали, но мысли его сбились криками внизу. Различив гневный голос отца, он вскочил.
За последние несколько дней он пропустил занятия из-за работы над своим проектом. Он выезжал из дома на учёбу, но спрятавшись на парковке, продолжал ковыряться в детали. Тилек предположил, что через университетские связи отцу донесли об этом.
Тилек спустился. Мать, всегда баловавшая Тилека, заступалась за сына, обвиняя мужа
