Частенько в магазинчик заходит молодой адепт ордена черных пантер, а то бишь черной магии, и пока все полки с магической литературой по сто раз не перероет, при этом уж очень нехорошо на меня косясь, не уходит. И, кстати, покупать ничего не покупает. В общем, раздражал он меня просто жуть; мелкий хлюпик, с постоянно немытыми волосами (что я уж и не знала, какого они у него в нормальном помытом состоянии цвета) и неприятным взглядом.
Да, по одному судить нельзя, но так этих "странных" в неделю куча бывает, то посох свой оставят, то полки перевернут, а мне потом расставляй, а то вообще, на тайные встречи приходят, как будто места другого нет.
Зимнее снежное утро. Ярко светит солнце, отражаясь от выпавшего совсем недавно белого снега. Улицы расчищены и посыпаны песком. Людей еще немного.
Зима у нас приходит поздно и о её суровом нраве и переменчивом характере, ходят легенды; то она подарит нам капель, продолжающеюся практически всю зиму, а то совсем не щадит бедных смертных, посылая суровые, очень холодные месяцы. Вот и сейчас на улице мороз и мало кто решается покинуть свой теплый уютный дом до обеда. У нас в стране даже работать перестают, когда градусник переваливает за тридцать. Но, не смотря на это, некоторые вроде меня, все также трудятся.
В нашем государстве с погодой вечно случается что-то странное, так что нам загодя приходиться запасаемся всем, включая деньги и медикаменты, чтобы ни дай боги, не попасть впросак. А то у нас года четыре назад, помнится, это было весной, шли сильные непрекращающиеся дожди. Тогда ни то, что из дома, на улицу выйти нельзя было. Воды чуть ли не по пояс, у некоторых и первые этажи затапливало, хотя у нас уже лет триста, строят по принципу: ни дождь, ни снег, ни ураган. В общем, около месяца наш город был похож на водное царство, с островками в виде жилых и нежилых построек. Конечно, жизнь на этом не прекратилась, всех желающих перевозили на лодках до пункта назначения, все-таки уленцы живут так из поколения в поколение и не очень-то обращают внимание на погоду.
Я прошла меж домов, вдоль узкой улочки, свернула на более оживленный переулок и прогулялась вдоль него. Домики не больше двух этажей, выложенные из серого камня, стоят стройными рядами. Вымощенная мостовая, по которой то и дело ездят магические повозки, или же велосипедисты.
Утром, еще до рассвета, по городу проезжает несколько магических фургонов, которые собирают мусор, а потом они перерабатывают и превращают его в более полезные предметы (ну там, ночные горшки и еще какой-то хлам, точно сказать не могу). В общем, эти драндулетки (как их прозвала детвора), считаются достижением местных магов, которым они с гордостью делятся с другими странами, и весьма успешно, к слову сказать.
Наша маленькая страна — Уления, так же славится: сдобными плюшками, добрым нравом горожан и весьма расхлябанным правителем, который по сто раз на дню меняет себе фавориток. Благо еще не женат, а по слухам так вообще не собирается, но это его личное дело, которое меня совершенно не интересует.
Живем мы, уленцы, здесь по мере сил и средств, счастливо и достаточно скучно. Развлечений почти никаких, а толкаться на танцульках, в надежде подцепить себе какого-нибудь кавалера, просто нет желания. Поэтому живу я серой мышкой и особо не жалуюсь, потому что мне все и так как есть, нравиться, хотя…
— Здравствуй, Мари, опять опаздываешь?!
— Здравствуйте, миссис Хоккинс, — я поздоровалась с хозяйкой булочной, дородной симпатичной женщиной средних лет. — Я не опаздываю, я задерживаюсь, — добавила я, весело улыбнувшись.
— Ну, тогда удачи, — вдогонку сказала мне женщина.
— Спасибо, — крикнула я, на мгновение оглянувшись.
Лавка была уже недалеко, сердце забилось от волнения. Все-таки постоянные порицания выбивают из колеи, но шаг убавлять я не стала. Глубоко вздохнула, поправила выбившуюся из прически прядь и вошла внутрь.
Все как всегда: светло, пыльно, куча книжных полок, небольшой столик с кассовым аппаратом, пара кресел, стул, переносная лестница и небольшой шкафчик для верхней одежды.
Я скинула свой полушубок и повесила его в шкаф, сняла зимние сапожки, переодеваясь в более удобные туфли, и тяжело вздохнула, уже представляя перекошенную от негодования физиономию мужчины.
Хозяина как не странно, нигде не было видно, но я, если честно, и не собиралась его искать.
Если он в подсобке, то новые книги привезли и ему лучше не мешать. А может и вообще кто-то пришел, или у хозяина настроение плохое и ему жизненно необходимо побыть одному. В общем, я протерла тряпкой пыль со стола, прошлась меж рядами книг, проверяя их расстановку, а потом, убедившись, что все в порядке, решила разжиться парой-тройкой книжечек. Залезла на стремянку и внимательно начала водить пальчиком по знакомым корешкам: "История религий", "История Орденов", "Мировая История", "История Улении", а вот и "История Древних Времен". Взяла книгу в руки и уже собиралась спуститься, но тут страшно хлопнула дверь в подсобку, и я от неожиданности оступилась. И лежать бы мне в постели с переломом конечности и, причем не одной, если бы не…
— С вами все в порядке? — осведомился темноволосый молодой мужчина, ставя меня на пол.
— Спасибо, — неуверенно выдала я, пытаясь поудобнее обхватить книгу, кою я из рук даже при падении не выпустила.
— Пожалуйста, — на автомате произнес он, становясь вмиг серьезным.
Черты его лица напряглись, и незнакомец в ожидании уставился на меня.
Еще один странный тип, заключила я, хотя и симпатичный.
— Что-то не так? — вежливо спрашиваю.
Незнакомец уже собирался мне ответить, но тут из подсобки вышел разъяренный господин Форгус.
— Ты еще здесь?! Я же сказал, что у меня этой книги нет, и никогда не было! — на повышенных тонах произнес старик.
— Я понял, — напряженно ответил мужчина, кинув на меня странный взгляд, а потом быстрым шагом выйдя из магазина.
Я перевела взор с входной двери на хозяина, пытаясь хоть что-то понять, но безуспешно.
— Иди домой, Мария, сегодня можешь отдохнуть, — выпалил старик, доставая мой полушубок из шкафа.
— Но… — было начала я.
— Никаких "но"!!! Сегодня и завтра, можешь отдохнуть.
Меня эта ситуация очень взволновала. Я еще никогда не видела господина Форгуса настолько взволнованным.
— Ну, что застыла? Давай надевай сапоги и иди домой, да вот еще, возьми, — мне в руку впихнули три золотых, что меня совершенно смутило, ведь это моё недельное жалование.
Вот так, ошарашенная и ничего непонимающая, я вышла из магазина. Господин Форгус тут же за мной закрыл дверь на замок и повесил табличку — "закрыто". Но делать было нечего, холодно, да и идти больше вроде бы некуда. Хотя если подумать, то можно и в кафе зайти — выпить горячего шоколада и пирожных Элизе принести, раз хозяин сегодня расщедрился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
