Читаем без скачивания Бронзовый ключ - Холли Блэк

И так было достаточно того, что Аарон все лето пил растворимый лимонад, а не приготовленный из свежих лимонов, как было в доме Тамары; спал на армейской койке, что Аластер поставил в комнате Колла; освежался под садовым разбрызгивателем, который представлял собой шланг с прорезанными ножом дырками; и ел на завтрак старые хлопья вместо поджаренных профессиональным поваром яиц. Если Аарон предстанет на этой вечеринке в глупом виде, это может стать последней каплей. Колл лишится лучшего друга.

Аластер вышел из машины. Колл, терзаемый дурными предчувствиями, поплелся в магазин следом за папой и Аароном.

Костюмы прятались в глубине зала за столиками с непонятными музыкальными инструментами из латуни и жадеитовой чашей, полной ржавых ключей. Все здесь очень напоминало магазинчик Аластера «Сейчас и вновь», разве что с потолка свисали пальто с меховыми воротниками и шелковые шарфы, тогда как Аластер специализировался на более индустриальном антиквариате. Миранда вышла из задней части лавки и в течение нескольких минут рассказывала Аластеру о своих покупках в «Бримфилде» – крупном антикварном магазине на севере – и кого она там видела. Опасения Колла усилились.

Наконец Аластеру каким-то чудом удалось сообщить ей цель их визита. Женщина окинула обоих мальчиков оценивающим взглядом, таким пронзительным, точно она видела их насквозь. Затем посмотрела на Аластера и, прищурившись, скрылась в глубинах лавки.

Аарон и Колл какое-то время развлекались, бродя по торговому залу в поисках самого странного товара. Аарон обнаружил будильник в виде Бэтмена, который после нажатия на кнопку орал «ПРОСЫПАЙСЯ, ЧУДНЫЙ МАЛЬЧИК!», а Колл откопал свитер из связанных вместе леденцов, когда вернулась Миранда и, довольно мыча что-то себе под нос, опустила на прилавок стопку одежды.

Сверху лежал парадный пиджак для Аластера. На вид он был сшит из сатина с едва различимым темно-зеленым узором и с яркой шелковой подкладкой. Пиджак определенно выглядел старым и странным, но сгорать со стыда не заставлял.

– Теперь, – сказала она, указав на Колла и Аарона, – ваша очередь.

Она отдала каждому по сложенному костюму, кремового цвета для Аарона и голубо-серого для Колла.

– Под цвет твоих глаз, Колл, – добавила Миранда, судя по виду, очень довольная собой, и Колл и Аарон натянули предложенные костюмы поверх своих шорт и футболок. Женщина захлопала в ладоши и знаком предложила им посмотреть в зеркало.

Колл уставился на свое отражение. Он плохо разбирался в одежде, но этот костюм был впору и не выглядел чудовищно. В нем он даже казался немного старше. Как и Аарон. Светлая ткань оттеняла их загар.

– Это для какого-то особого случая? – спросила Миранда.

– Можно и так сказать, – в голосе Аластера слышалось удовлетворение. – Им будут вручать награды.

– За – э-э – общественную деятельность, – уточнил Аарон. Он посмотрел в глаза отражению Колла. Тот подумал, что едва ли это можно было посчитать ложью, хотя обычно общественная деятельность не предполагает наличия отрубленных голов.

– Потрясающе! – воскликнула Миранда. – Они оба выглядят такими красивыми.

Красивыми. Колл никогда не считал себя красивым. Вот Аарон был красив. А Колл был мелким и хромым, вечно напряженным и с резкими чертами лица. Хотя, если подумать, продавцы обязаны говорить тебе, что ты выглядишь хорошо. Действуя по наитию, Колл вытащил телефон, снял свое и Аарона отражение на камеру и отправил снимок Тамаре.

Минутой позже пришел ответ: «Неплохо». Дополнением к сообщению шло короткое видео с кем-то, от удивления падающим со стула. Колл не сдержал смеха.

– Им нужно что-нибудь еще? – спросил Аластер. – Туфли, запонки… что скажешь?

– Ну, определенно, рубашки, – ответила Миранда. – А еще у меня есть много симпатичных галстуков…

– Вам не нужно больше ничего мне покупать, мистер Хант, – испугался Аарон. – Правда.

– О, на этот счет не переживай, – неожиданно легкомысленно отозвался Аластер. – У нас с Мирандой уговор. Сойдемся на чем-нибудь.

Колл посмотрел на Миранду. Она улыбалась.

– Есть у тебя в магазинчике одна маленькая викторианская брошь, на которую я положила глаз.

После этих слов мышцы на лице Аластера слегка напряглись, но практически тут же расслабились, и он рассмеялся.

– Ну, за нее мы точно возьмем еще и запонки. И туфли, если они у тебя есть.

К тому моменту, когда они вышли из лавки с огромными пакетами в руках, настроение Колла заметно улучшилось. По возвращении домой у них едва осталось время, чтобы принять душ и причесаться. Аластер, выглядящий настоящим щеголем в новом пиджаке и черных штанах, отрытых, по всей видимости, в глубинах шкафа, вышел из своей спальни, распространяя вокруг себя аромат какого-то древнего одеколона. Бормоча что-то себе под нос, он принялся искать ключи от машины. Колл едва узнавал в нем своего папу, который работал по дому в твидовых и джинсовых комбинезонах и который все лето помогал им собирать роботов из ненужных запчастей.

Аластер казался незнакомцем, что заставило Колла начать всерьез думать о том, что вскоре должно было произойти.

Все это лето его не покидало ощущение глубочайшего удовлетворения от гибели Врага Смерти. Константин Мэдден был мертв многие годы, но его тело, нетронутое тленом, хранилось в жуткой гробнице в ожидании возвращения в него души. Но никто об этом не знал, и весь магический мир ожидал, что Константин со дня на день развяжет Третью Магическую войну. Когда же Коллам принес в Магистериум отрубленную голову Врага в качестве доказательства его смерти, весь магический мир выдохнул с облегчением.

Чего они не знали, так это что душа Константина продолжала жить в Колле. Сегодня магический мир собирался отдать почести настоящему Врагу Смерти.

Хотя сам Колл не желал никому вреда, угроза Третьей Магической не миновала. Правая рука Константина, мастер Джозеф, командовал его армией Охваченных хаосом. У него был могущественный алкахест, который мог уничтожать обладающих властью над хаосом, таких как Аарон и Колл. Если ему наскучит ждать, когда Колл перейдет на его сторону, он может пойти в наступление.

Колл навалился грудью на кухонный стол. Хэвок, до того спящий под столом, взглянул на него разноцветными глазами-воронками, будто почувствовав его душевные терзания. И хотя это, по идее, должно было немного воодушевить Колла, на деле же ему стало только хуже.

Он так и слышал голос мастера Джозефа: «Ты отлично потрудился, усыпив бдительность всего магического мира, Колл. Тебе не убежать от самого себя».

Колл решительно отогнал эти мысли прочь. Все лето он работал над тем, чтобы перестать постоянно проверять себя на признаки появляющегося зла. Все лето он твердил себе, что он Коллам Хант, воспитанный Аластером Хантом, и он не повторит ошибок Константина Мэддена. Он совершенно другой человек. Другой.

Несколькими минутами спустя из комнаты Колла вышел Аарон, выглядящий весьма элегантно в своем кремовом костюме. Светлые волосы были зачесаны назад, и даже запонки сверкали. Он был не менее счастлив, чем в тех дизайнерских костюмах, что покупали ему родители Тамары.

Или, по крайней мере, он казался счастливым, пока не заметил Колла и не вгляделся в его лицо.

– Ты в порядке? – спросил Аарон. – Ты какой-то зеленый. У тебя же нет боязни сцены?

– Может быть, – ответил Колл. – Я не привык, чтобы люди на меня пялились. То есть люди иногда смотрят на меня из-за моей ноги, но это нельзя назвать приятными взглядами.

– Попробуй представить, что ты в последней сцене «Звездных войн», где все счастливы, а Хан и Люк получают из рук принцессы Леи медали.

Колл вскинул бровь.

– И кто в этой постановке принцесса Лея? Мастер Руфус?

Мастер Руфус был наставником их ученической группы в Магистериуме. Суровый, грубый и мудрый, у него было куда больше седины, чем у принцессы Леи.

– А позже, – торжественно произнес Аарон, – он наденет золотой купальник.

Хэвок залаял. Аластер с триумфом показал им ключи от машины.

– Вам станет легче, если я пообещаю, что сегодняшний вечер пройдет скучно и без каких-либо происшествий? Хоть мы и почетные гости на этом мероприятии, но, гарантирую, по сути оно нужно, чтобы Ассамблея смогла поздравить сама себя.

– Говоришь так, будто уже бывал на подобных вечеринках, – заметил Колл, отлипая от стола. Он торопливо оправил костюм, чтобы не осталось складок. Ему уже не терпелось переодеться назад в джинсы и футболку.

– Ты же видел браслет Константина, что он носил, пока учился вместе со мной в Магистериуме, – ответил Аластер. – Он получил кучу наград и трофеев. Как и вся наша ученическая группа.

Коллу действительно приходилось видеть этот браслет. Аластер отправил его мастеру Руфусу на первом году обучения Колла в Магистериуме. Всем ученикам приписывалось носить браслеты из кожи и металла. Металл менялся с каждым новым учебным годом, а еще в браслеты делали вставки из камней, каждый из которых символизировал какое-то достижение или талант. В браслете Константина было столько камней, сколько Колл ни у кого еще никогда не видел.