— Не проходили у вас такие сегодня или вчера? — спросил Мигор, оглядываясь на отца.
— Такую точно бы запомнил, — мотнул головой отец, — или ее или кого в подобной одёже. И ткань такую первый раз вижу, и обувка необычная, и покроя такого никогда не встречал.
— Я ее у тебя оставлю, может кто из путешественников ее хватиться, а где еще искать пропавшую девчонку, как не в таверне?
— Да мне то она тут зачем нужна?
— Ну выгонишь… Мне то она в дороге точно не нужна, только мешать будет, — развел руками торговец, — а в городе не до нее будет, надо еще все распродать…
— Ты где ее взял то? — в очередной раз все начали спрашивать Мигора, но тот с важным видом отмахивался, мол, погоди, дождемся знатока.
Ивер не заставил себя ждать, быстрым шагом, не теряя достоинства, но и не мешкая, пришел до того, как мы общими усилиями едва не вынудили рассказать торговца откуда он взял девчонку.
— Ивер, ты сказывал, со старым лордом на северах странствовали, и про баб в штанах помниться обмолвился, посмотри, не с тех ли краев? — не дожидаясь пока бывший дружинник подойдет к телеге задал отец вопрос, вспомнив историю, что Ивер рассказывал зимой.
Мужчина молча подошел к телеге, осмотрел лежащую девочку, почупал живчик на шее, удовлетворенно хмыкнул, после чего пошупал ткань ее зеленой курточки, особо уделил внимание штанам, потер ткань пальцами, помял швы. затем также внимательно осмотрел чудную обувку, разноцветную, на высокой белой подошве и с длинными, по хитрому пропущенными через отверстия белыми веревочками. После чего дядя вытянул пальцем из под одежды висящую на шее серебряную цепочку с круглым белым камушком, осмотрел камень, и аккуратно убрал цепь обратно под одежду. Дальше дядя осмотрел ее руки и зачем то отдельно ее ладони, между делом осмотрев странный черный кожаный браслет, с гладким утолщением с одной стороны.
Колечко на пальце не привлекло его внимания, а вот карманы на куртке — наоборот. Внимательно ощупав их снаружи, он вынул из одного несколько белых и желтых монет, несколько разноцветных бумажек и какой-то блестящий цилиндрик. Монеты тут же взяли в руки Мигор и отец и с удивлением отметили.
— Это не медь и не серебро. Они что, из стали?!
Ивер никак не отреагировал, он уже извлекал из другого кармана связку небольших, не больше пальца ключей и они полностью захватили его внимание. Каждый он изучал так, словно знал от каких замков и что они запирают. Наконец дядя закончил осмотр и задумчиво произнес.
— Я не знаю откуда она. Точно не с тех мест, когда я когда то бывал на севере. Штаны — это парусина, но более тонкая. Из чего куртка — не ведаю, похоже на шелк, но какой-то странный. Под курткой еще нательная рубаха — она из хлопка. Обувь и вовсе чудная, ничего похожего не видел, но на ноге плотно сидит, хоть бегай в такой обуви, хоть в карете едь — для всего подойдет.
— Скажешь тоже, на карете! Тут последний раз кареты год назад проезжали…
— И тем не менее, девчонка — дворянка, — твердо произнес дядя, — ну или дочка богатого купца.
— Откуда ты знаешь, — удивился Мигор, — мы же с ней еще не разговаривали?
— Одежда, при всей своей необычности имеет очень ровные швы, сшить подобное — надо не один день.
— Да мало ли где она могла взять одежду, — хмыкнул торговец.
— У нее серебряная цепь очень тонкой работы. Подобную я видел только раз, у одной графини, в столице. Сама цепь может стоить примерно десятка два серебряных империала
Я мысленно ахнул. А в толпе раздалась парочка ахов и не мысленных. Хорошая молодая корова стоит два империала! Наша таверна, хорошо если полтора империала в месяц приносит, а тут на шее целое состояние! А дядя между тем нас добил.
— Это только цепь. А на цепочке — настоящая жемчужина. Такого размера я никогда не видел, но стоит, думаю не меньше цепочки.
— А кольцо? — каким-то неожиданно неприятным, хриплым голосом спросил Мигор дядю.
— Кольцо медное, дешевое, хоть и качественной работы, скорее всего дорого как память. Кстати, в серьгах — тоже жемчуг, но там обычный, мелкий, по паре империалов за штуку. А вот что за браслет — не ведаю. Может амулет какой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А деньги такие откуда? — не унимался с вопросами торговец.
Дядя посмотрел на него странным взглядом и, и подумав пару мгновений — ответил.
— Деньги тоже первый раз вижу. Но это не сталь, сплав какой-то. Но чеканка изумительной работы, все монеты одинаковые, искусный кузнец чеканил. Но герба с орлом о двух головах — никогда не видел. В столице есть коллекционеры, которые могут купить редкие в наших краях монеты, а то и разменять согласно курса.
— Четыре ключа! Как думаешь, от чего они могут быть?
— Ключи маленькие, наверное шкатулки. Наверное в них что-то ценное, раз носит при себе, а не доверила служанкам.
— А может она сама служанка?
Вместо ответа Ивер взял руку девочки и развернул ладонью вверх. Я не понял, что он там показывает, но для купца и отца увиденное стало последним доказательством высокого рода девочки.
— Так где, говоришь, ты ее нашел? — повернулся Ивер к Мигору.
— Так прямо на дороге и лежала, аккурат посередине, и всего в версте отсюда. Старший телегой правил, он и увидел первый, а после и меня позвал. Посмотрели, что живая, да вроде как без сознания, да и решили до тебя довезти, а то посреди дороги приведем в чувство, а она на нас подумает не пойми чего. Может она сама не заметила как из кареты выпала, еще бы решила, что мы ее похитили. А тут вроде как при свидетелях…
— Надо уточнить, кто проезжал по тракту сегодня, — задумчиво произнес дядя и повернулся к отцу, — Норд, неси ее в таверну, в комнате для гостей размести, и пусть приходит в себя.
Неожиданно Мигор всполошился.
— Да куда вы ее потащите?! Ее нельзя лишний раз трогать! Я ее в город лучше увезу, тамошнему лекарю покажу. А то я уже за нее ответственность начал чувствовать!
— Ну и вези, чего тогда всполошил, — ругнулся отец, отступая на шаг, но Ивер его не поддержал.
— Нет, Норд, забирай девочку. Если где ее и будут искать, то в том месте где потеряли.
Мигор внезапно напрягся, лицо стало озлобленным и он почти прорычал в лицо Иверу.
— Это я ее нашел! И она принадлежит мне! Ты не имеешь права забрать ее у меня!
— Принадлежит тебе?! — тихим, но от этого только более страшным голосом переспросил дядя, — ты тут что, решил что у нас халифат?! Рабов решил себе завести?!
Торговец отступил на пару шагов, стремительно покрываясь потом. Старший сын Мигора попробовал было встать перед Ивером, но встретившись с ним взглядом резко побелел и споткнувшись, отступил назад. Я бросил взгляд на дядю и опешил: таким злым я никогда его не видел. Не будь он моим родственником, я бы его реально испугался. Испугался его и Мигор, это было заметно как он зачастил с речью, оправдываясь перед бывшим дружинником.
— Ивер, Ивер, ты чего? Ты не так понял! Я просто за нее теперь несу ответственность! Ну случись с ней чего, с кого ее родные спрашивать станут?
— Да где они тебя искать будут? Уж явно первым делом начнут с таверны. Норд, унеси ты ее уже!
Отец аккуратно поднял девочку на руки и оглянувшись на Ивера направился в сторону таверны. Дядя постоял немного, а потом рявкнул на всех.
— Расходитесь! Представление окончено!
После чего развернулся и широкими шагами двинулся следом за отцом. Я помчался следом, но успел услышать как торговец в сердцах воскликнул себе под нос.
— И что мне стоило посмотреть, что у нее на шее и в карманах?!
Отец унес девочку в комнату для гостей и едва он вышел оттуда, как туда сразу зашла мать, закрыв перед моим носом дверь.
— Ты куда, парень? — почему-то устало произнес дядя, — с нее надо снять обувь и штаны, они очень плотные, а надо, чтобы кровь свободно двигалась по телу, чтобы она быстрее пришла в себя. Тебе там точно делать нечего.
— Что на тебя нашло, Ивер? — так же, усталым голосом произнес отец, — далась тебе эта девчонка? Как бы она не принесла нам проблем…. С Мигором поцапались, а он наш клиент уже лет десять… ну и забрал бы он ее, глядишь и правду, городской лекарь больше пользы принесет, чем кровать у нас в таверне.
