За те месяцы, которые прошли после того, как впервые была отмечена годовщина событий 11 сентября 2001 года, динамически развивались два взаимосвязанных и доминирующих процесса: подготовка к войне в Ираке и ухудшение экономической ситуации в США. Взаимодействие этих двух процессов будет определять форму глобальной конъюнктуры в последующие несколько лет. Великий президент-мыслитель Буш и его твердолобые советники, кажется, решительно отмежевались от ханжеской формулы 1990-х годов, провозглашенной Клинтоном: американское превосходство + поддержка союзников + постоянное вмешательство в мировые конфликты = захвату власти над миром; что сопровождается напыщенной риторикой о «третьем пути». Похоже, теперь эта формула отброшена. Оставим в стороне моральную сторону вопроса, почему несправедливая война может стать справедливой на том основании, что ее поддержит Совет Безопасности ООН; ясно, что Соединенные Штаты могут легко и просто получить поддержку вторжению в Ирак. Французам и русским дадут взятку, а китайцам предложат несколько мелких концессий на Тайване, тем самым побудив их проголосовать за войну или воздержаться. Однако Чейни и Рамсфилд отлично знают, что англо-американские бомбовые рейды в Ирак в течение пятнадцати лет остаются в Совете Безопасности ООН безнаказанными. Эти страны являются лидерами единственной в мире империи и, в случае маловероятного вето в Совете Безопасности, будут вести себя соответственно.
С тех самых пор, как Верховный суд США санкционировал победу Буша на выборах, контроль над мировой нефтью, кажется, поглотил всю энергию американского государства. Это основная причина войны против Ирака. Все разговоры об «оружии массового уничтожения» — это сказки, сочиненные с тем, чтобы напугать граждан у себя дома и в Западной Европе. Немногие в Европе верят в то, что Ирак несет угрозу какой-либо стране. В последний раз он применял химическое оружие против Ирана и собственного курдского населения в 1980-е годы, и это оружие было поставлено в Ирак Соединенными Штатами. Рональд Рейган, чтобы выразить одобрение Белого дома, послал тогда в Багдад специального курьера, некоего мистера Дональда Рамсфилда, который теперь отвечает за Пентагон.
Хотя множество апологетов США в европейской прессе бурно отрицает тот факт, что это война из-за нефти, а не благодеяние, которое «принесет демократию» в Ирак, их единомышленники в Соединенных Штатах страдают оттого, что у них таких иллюзий нет. Зато есть Томас Фридман, непотопляемый флагман средств массовой информации США, который отказывается набрасывать плотный покров на реальность.
«Действительно ли война, которую команда Буша готовится развязать в Ираке, будет войной из-за нефти? Я отвечаю коротко и ясно — да. Любая война, которую мы начнем в Ираке, будет — целиком или частично — войной из-за нефти. Отрицать это смехотворно… Я говорю, что возможная война в Ираке — это война за нефть, потому что иначе объяснить действия команды Буша невозможно. Почему они выходят против Саддама Хусейна с 82-й воздушно-десантной дивизией, а против Северной Кореи — в лайковых дипломатических перчатках, тогда как Северная Корея уже имеет ядерное оружие и ракеты для его запуска, есть сведения о том, что она с легкостью продает опасное оружие любому желающему, более того, она держит под прицелом своих ракет 100000 американских солдат и имеет лидера, который обращается со своим народом гораздо более жестоко, чем Саддам?»[1]
Значит ли это, что мистер Фридман против такой войны? Оставьте эту мысль: «У меня нет проблем с любой войной из-за нефти, если мы сопроводим ее какой-нибудь реальной программой сохранения энергии». Являлось ли целью этой специальной колонки вовлечение «зеленых» в войну против Ирака? Если да, такой стимул был не нужен. Немногие из западных лидеров потребуют обещания «программы сохранения энергии». Они жаждут и счастливы войти в любой кровавый круг, лишь бы только авансом были розданы «гуманистические» обещания.
На деле Фридману не нужно отправляться в Юго-Восточную Азию, чтобы отыскать государство, которое сейчас намного опаснее, чем Ирак. Отличный пример имеется на Ближнем Востоке, и не так уж далеко от Ирака. Это страна, которая регулярно вторгается в соседние государства, ни во что не ставит резолюции Совета Безопасности ООН, оккупирует территории, которые ей никто не позволял красть, угрожает жителям этих территорий, соотнося их с понятием унтерменш (недочеловек), и обладает целым арсеналом ядерного и химического оружия. Однако Израиль — великий неприкасаемый для американской политики. После 11 сентября и Конгресс, и Сенат США согласились с резолюциями, предоставившими Израилю режим «карт-бланш», заранее одобрив все его будущие действия.
В арабском мире тоже не все однозначно: эксцентричный эмир Катара, дающий средства и обеспечивающий штаб-квартиру арабского телеканала «Аль-Джазира», разрешил США построить в Катаре самую крупную в регионе военную базу, которая хвастает недавно законченной взлетной полосой длиной в 13000 футов для приема тяжелых бомбардировщиков. Нет сомнений, что Ирак атакуют именно с этой базы, хотя комментаторы «Аль-Джазиры» осуждают агрессию США.
Идея о создании полунезависимой сети арабского телевидения была впервые высказана журналистами Всемирной службы Би-Би-Си («ВВС World Service») и получила поддержку британского Министерства иностранных дел. Было подписано соглашение с компанией «Радио и телевидение “Орбита”» («Orbit Radio and Television Service»), взявшейся создать программу новостей на арабском языке на канале «Орбиты» специально для стран Ближнего Востока. Однако «Орбита» принадлежит Саудовской Аравии, поэтому финансирующие ее люди не дали разрешение на то, чтобы в новостных бюллетенях критиковали саудовского короля. Проект закончил свое существование в апреле 1966 года после передачи ролика о публичной казни. Би-Би-Си с потерями отступила, а ставшие ненужными арабские журналисты начали поиски нового пристанища. Им повезло, поскольку их поиски совпали со сменой правителей в крошечном арабском государстве Катар.
В 1995 году Хамад бен Халифа Аль Тани, сын старого эмира, пообещав модернизировать государство, сверг своего отца-традиционалиста. Он начал с драматического жеста, отменив Министерство информации. Когда его проинформировали о крахе предприятия Би-Би-Си, он предложил журналистам штаб-квартиру в городе Доха и 140 миллионов долларов, чтобы возобновить работу телеканала. Отец и дед Хамада сообща имели 452 автомобиля, в том числе несколько штук, собранных вручную специально для них. По сравнению с этим собственная телестудия не должна была показаться дорогим удовольствием; к тому же она принесла эмиру такой престиж, которого он никогда не имел. Вдохновленный результатом своих действий, Хамад на муниципальных выборах 1999 года разрешил женщинам голосовать и выдвигать свои кандидатуры наравне с мужчинами. Это был выстрел из ружья по саудовским лучникам, который и был воспринят как таковой.
В сущности, ни один из журналистов, которые пришли на работу в новый канал, не был уроженцем Катара. Родившийся в Сирии Файзал аль-Касим, самый неоднозначный телеведущий «Аль-Джазиры», а ныне один из самых уважаемых журналистов арабского мира, изучал драматическое искусство в Гуле и. десять лет был якорем спасения арабской службы Би-Би-Си. Его шоу «Противоположное направление» отличается политическими дебатами и конфронтацией такой интенсивности, какую редко встретишь в западных телепередачах. Когда я встретился с аль-Касимом в Абу-Даби, он только что закончил давать интервью местной газете и отбивался от других журналистов и поклонников. Я спросил, становится ли меньше жалоб на его шоу: «Жалобы никогда не прекратятся, — ответил он. — Люди не могут поверить, что я сам выбираю гостей и сюжеты. Никакие власти никогда не пытались повлиять на меня или подвергать меня цензуре, и я намного свободнее, чем был даже на Би-Би-Си».
Вначале правительство Катара каждый день получало как минимум одну официальную жалобу на канал от правительств других арабских стран, в первый год — больше сотни. Каддафи отозвал из Катара своего посла после того, как канал показал интервью с лидером ливийской оппозиции; Ирак пожаловался, когда канал назвал сумму, которая была истрачена на церемонию празднования дня рождения Саддама Хусейна. Тунис разгневался, когда канал заявил о нарушении прав человека на его территории; иранские газеты обиделись за «пятна на белых одеждах» аятоллы Хомейни; в Алжире в нескольких больших городах отключили электричество, чтобы не дать своим гражданам посмотреть программу, в которой алжирская армия обвинялась в участии нескольких массовых убийствах. Арафат возражал против того, чтобы интервьюировали лидеров «Хамаза», а «Хамаз» в свою очередь был разгневан появлением в «Противоположном направлении» израильских политиков и генералов. В 2003 году корреспондент «Аль-Джазиры» в Газе был арестован палестинскими властями за то, что сказал больше, чем им было нужно.
