Читаем без скачивания Остров страсти - Карен Робардс

Кэти вздохнула, опустила подбородок на переплетенные руки и устремила взгляд на пляшущие за кормой волны. Если бы что-нибудь развеяло ее невыносимую скуку!

Солнечный луч, переливаясь, блеснул на рукаве ее голубого платья, и Кэти с отсутствующим видом скосила на него глаза. Все-таки что за прелесть это платье, подумала Кэти, в очередной раз любуясь изящным каскадом кружев, который спускался от плеч к тонким запястьям. Это было ее любимое платье. Глубокая голубизна парчи делала глаза Кэти такими же темными и загадочными, как само море; тугой корсаж подчеркивал ее узкую талию и округлые груди. Неудивительно, что она как магнитом притягивала к себе внимание вахтенных матросов, занятых разматыванием каната.

В нетерпении Кэти несколько раз топнула ножкой о палубу. Ее грудь то вздымалась, то опускалась в такт ударам. Какой-то белобрысый верзила, начищавший в десяти футах от Кэти медные поручни, бросил свое занятие и, поглощенный волнующим зрелищем, разинул рот. Уголком глаза заметив его восторженный взгляд, Кэти чуть слышно хихикнула и повернулась к нему лицом. В ее голубых глазах промелькнули озорные искорки, она улыбнулась и приготовилась заговорить. Но едва она вымолвила первое слово, как чьи-то пухлые пальцы крепко ухватились за ее рукав.

- Не дело вам с этой матросней разговоры водить, мисс Кэти. - Марта подкралась к ней тихо, как кошка. - Что скажет ваш папа? Да и сами знаете ни к чему вам эта публика. Вот приплывем в Лондон, и вы, мисс, за герцога замуж выйдете, богатого да пригожего.

- Ох, Марта, помолчи! - раздраженно ответила Кэти своей седой нянюшке, которая вцепилась в нее бульдожьей хваткой. - Я буду разговаривать с кем мне захочется. И вообще я просто хотела спросить, когда наконец мы доберемся до Англии.

- Еще неделя, а то и больше, мэм, - сказал матрос, радостно ухмыляясь Кэти и напрочь игнорируя недовольную мину Марты.

- Еще неделя! - вздохнула Кэти, томно взмахнув ресницами и пустив в ход неотразимую игру ямочек на щеках. - Это же целая вечность! О, морские путешествия так скучны! Я бы хотела чем-нибудь заняться, чтобы скоротать время.

Она снова улыбнулась матросу, и он в ответ плотоядно ощерился.

- Пойдемте-ка отсюда, мисс Кэти, - сказала Марта, шокированная столь дерзким поведением своей подопечной. Она твердо стиснула руку девушки и попыталась уволочь ее от перил. Кэти упиралась изо всех сил, и Марта в отчаянии обернулась ко все еще ухмыляющемуся матросу.

- Эй, служивый, займись своим делом и перестань пялиться на молодых леди, а не то я пожалуюсь капитану.

Матрос скорчил презрительную гримасу и открыл было рот, чтобы ответить старушке в самых энергичных и содержательных выражениях, но, к счастью, в этот момент над их головами раздался истошный крик.

- Вижу парус! - слова доносились откуда-то сверху.

- Где? - сразу же грянул хор голосов.

- По левому борту! - отозвался сверху впередсмотрящий. Все, кто находился на палубе, повернули головы влево и принялись напряженно всматриваться в морскую даль. Кэти даже привстала на цыпочки, стараясь уловить малейший признак приближающегося корабля, но ничего не смогла увидеть, кроме бесконечной воды с белыми шапками пены. Горизонт, который закатное солнце окрасило в ярко-оранжевый цвет, был абсолютно чист.

- Это просто ошибка, - разочарованно сказала Кэти нянюшке. - Там нет ничего похожего на корабль.

Белобрысый матрос взглянул на нее с улыбкой.

- Немудрено, что вы ничего не видите, мэм. Этот корабль от нас ох как далеко. Но корабль и вправду есть, раз Дэйв так говорит. Он сидит на самой верхушке мачты и смотрит в подзорную трубу. А мы увидим этот корабль только завтра утром. Если, конечно, он не двинется противоположным курсом.

Убедившись, что матрос прав, Кэти все равно оставалась на палубе до самой темноты, силясь разглядеть крошечный белый треугольник паруса. В конце концов холод и настойчивые увещевания Марты заставили ее спуститься в свою каюту. Там она сразу же закуталась в одеяло и, свернувшись калачиком, улеглась на краю постели. Дрожа от озноба, Кэти ждала, пока Марта готовила для нее горячую ванну. Когда ванна была готова, Кэти высыпала туда обильную порцию розовой ароматической соли - как обычно, это вызвало неодобрительное кряхтение старушки - и с блаженным вздохом погрузилась в воду, чувствуя, как холод уходит из ее тела.

Пока она нежилась в ванне, Марта бродила по каюте и собирала беспорядочно разбросанную одежду Кэти, чтобы аккуратно развесить ее в стенном шкафу. Одновременно нянюшка громко ворчала, упрекая Кэти за фамильярное обращение с обыкновенным матросом. А что касается добавления в ванну ароматической соли, то тут и говорить нечего! Они обе прекрасно знали, что так делают только определенного сорта женщины. Марта вздохнула и сказала, что бедная матушка мисс Кэти, должно быть, не раз перевернулась в гробу, видя столь вульгарное поведение своей дочери.

Кэти слегка улыбнулась этой тираде и, закрыв глаза, еще глубже погрузилась в пропитанную розовым ароматом воду. Ворчание Марты ее нисколько не волновало: она давно привыкла к нравоучениям нянюшки. Не обращая внимания на сердитое бормотание, Кэти стала обдумывать свой завтрашний туалет. Она хотела выглядеть ослепительнее прежнего. Сегодня, разговаривая с матросом и видя восхищение в его глазах, Кэти получила огромное удовольствие. Завтра она намеревалась пленить этого матроса до конца. Может быть, платье из желтого шелка... Она продолжала строить планы на завтра, пока не уснула.

На следующее утро, одевшись в бледно-желтый шелк и собрав свои золотистые локоны в изящную высокую прическу, Кэти представляла собой картину, способную затмить солнце. Закончив туалет, она сразу же ринулась на палубу посмотреть, не видно ли вчерашнего корабля. Она увидела его, как только подошла к перилам. Это было прекрасное судно, совсем не похожее на тот неуклюжий военный корабль, на котором она путешествовала. Идущий под полными парусами, он напоминал грациозную птицу; его гордый высокий бушприт разрезал волны с необычайной легкостью. Корабль увеличивался в размерах, и Кэти поняла, что он приближается к "Анне Грир" с фантастической скоростью.

- Он... он такой красивый, - громко проговорила Кэти, когда к ней подошел белобрысый матрос, с которым она беседовала прошлым вечером.

- Верно, - сказал матрос. - Но капитан Хогг... Ну, в общем, он не помнит, чтобы у лягушатников был такой парусник. Этот корабль, мэм, идет под французским флагом, но больше походит на какой-нибудь американский бриг. Пока мы не узнаем этого наверняка, капитан приказал всем леди вернуться в свои каюты. Просто на всякий случай...

Кэти живо обернулась к нему, и матрос смущенно закашлялся.

- Что значит "на всякий случай"? Уж не думает ли капитан Хогг, что это... это... пираты?!

Голос Кэти дрогнул на последнем слове, и матрос посмотрел на нее встревоженно. Если их кораблю действительно угрожает нападение пиратов, то не меньше, чем самих пиратов, следовало бояться женской истерики. Он проглотил слюну и торопливо выпалил:

- Нет, мэм, конечно, нет. Просто капитан хочет знать наверняка, на всякий случай. Скорее всего, это новый французский корабль, которого мы раньше не видели. А пока, леди, вам будет лучше посидеть в каюте.

Потом он обратился к Марте, которая только что поднялась на палубу, и повторил приказ капитана. Вдруг раздался свисток боцмана, и матрос торопливо умчался на его зов.

- Мисс Кэти, пойдемте вниз, - сказала Марта, схватив девушку за руку и пытаясь силой увести ее от перил.

- Никуда я не пойду, и оставь меня в покое! - крикнула Кэти, решительно вырвавшись из объятий няни. - Я хочу остаться на палубе, чтобы самой увидеть все, что произойдет. Да мы в каюте с ума сойдем от страха, не зная, что случилось на самом деле. Нет, нет, если начнут стрелять, мы успеем спуститься вниз.

Марта, прекрасно знакомая с упрямством Кэти, перестала ее уговаривать. Пускай сэр Томас сам перевоспитает эту своевольную девчонку. А сейчас они обе того и гляди попадут под пули! Сердито поджав губы, Марта осталась стоять с Кэти.

Незнакомый корабль подошел еще ближе, и Кэти смогла рассмотреть его имя - "Маргарита", выведенное на носу размашистыми черными буквами. По палубе "Маргариты" сновали люди, на расстоянии выглядевшие не крупнее муравьев. Какая-то высокая неподвижная фигура стояла на шканцах и через подзорную трубу наблюдала за "Анной Грир".

Вдруг на глазах Кэти трехцветный квадрат шелка, который развевался на флагштоке "Маргариты", медленно пополз вниз. На его место поднялось черное полотнище, слишком хорошо знакомое Кэти по рассказам за чашкой чая в лиссабонских гостиных. Впервые услышав о черном пиратском флаге, Кэти гордо сказала, что никаким пиратам никогда в жизни не удастся ее напугать. Теперь, когда она столкнулась с ними лицом к лицу, она почувствовала, что страх, словно железный обруч, стягивает ее горло и не дает вздохнуть.