не удивило. Полина всегда была стремительной, нетерпеливой и смелой до безрассудства.
— Ну что ты орешь, я тебя прекрасно слышу, — упрекнула подругу Аня, подхватила под локоть и повела от дома.
— Я позвала тебя обычным голосом, — оправдывалась Полина.
Обе знали, что Аня может слышать сквозь стены, но пользуется уникальной способностью неохотно.
— Достаточно одного раза. Что случилось?
— Мы уезжаем в Москву! — решительно объявила подруга.
Аня замерла на полушаге и вопросительно взглянула на Полину. Та сияла от радости:
— Я продала наш домик. Получила деньги. Через день надо съехать.
— Ты серьезно?
— А что мы теряем? Двадцать первый век наступил, а здесь как в девятнадцатом. — Полина повела рукой, демонстрируя улицу с одноэтажными домиками и кудахтаньем кур за оградами. — В станице лучшие женихи — пузатые торгаши или запойные комбайнеры, а в столице — иностранцы!
Аня в сомнении покачала головой:
— Вечно ты спешишь, Поля. Ты хотя бы подумала, где мы будем жить?
— Не имей сто рублей, а имей сто друзей! Наши интернатские в Москве уже обосновались. Приютят.
— А кем работать?
— Продавщицы везде нужны.
Аня вспомнила про магазин, в котором девушки работали, и вздохнула:
— Зарплату за полмесяца не получим.
— Пусть подавятся! У нас денежки есть. — Полина похлопала по маленькой сумочке.
— Вот так взять и уехать? — в сердцах произнесла Аня, осознав, что подруга, как паровоз, встала на рельсы и ее не свернуть.
Полина перешла к делу:
— Сейчас купим чемоданы и билеты на поезд. Вечером соберем вещи, а завтра — вперед к новой жизни. Погнали, подруга!
Нехитрый гардероб Ани Самородовой легко уместился в новом чемодане на колесиках. Рядом собирала вещи Полина. Она так вдохновенно щебетала о будущем, что Аня чуть не забыла главное из своего прошлого. Это был разорванный листок с нотами.
Половину нотной страницы с песней группы ABBA Ане отдала растроганная директриса на выпускном вечере.
— Хранилась в твоем личном деле с момента рождения, — призналась Зоя Максимовна. На удивленный взгляд девочки пожала плечами: — Больше ничего не знаю.
Прежде чем положить листок в чемодан Аня в сотый раз прочла загадочные слова, начертанные поверх нот: «Твоя мама была настоящей Вокалисткой. Когда ты вырастешь, я расскажу тебе о ней. Дирижер».
Аня посмотрелась в зеркало. Наверное, азиатские глаза у нее от мамы. И музыкальный голос тоже, раз маму звали Вокалистка.
Глава 2
В сентябре двухтысячного года Аня Самородова и Полина Ветрова приехали в столицу.
— Наша Наташка шикарно устроилась — официантка! — заверяла Полина, пока девушки добирались от вокзала в отдаленный район Капотня. — Она в Москве всё знает и нам поможет.
В панельной пятиэтажке без лифта пришлось тащить чемоданы на последний этаж. Дверь открылась на четвертый звонок. Недовольная Наталья Рыжикова предстала в распахнутом халате поверх ночной сорочки с зевающим спросонья лицом. Бывшая интернатская хулиганка, уехавшая покорять столицу три года назад, тупо смотрела на двух провинциалок в спортивных костюмах, вцепившихся в чемоданы.
Полина широко улыбнулась:
— Наташа, мы приехали. Я тебе звонила.
— Полина Ветрова? — сощурилась Наталья.
— Ну! А это Аня Самородова, солистка хора. Помнишь?
— Шустрая и горластая. — Оценила гостей Наталья, встала в проходе и сцепила руки на груди.
— Мы дом продали, и в Москву с концами.
Сообщение о продаже заинтересовало Рыжикову:
— Много выручили?
— Да так.
Полина раскрыла сумочку и небрежно чиркнула пальцем по пачке купюр. Наташа ловко выудила деньги, отщипнула полпачки, пересчитала и освободила проход:
— Ладно, поживете первое время. Дружбой сыт не будешь. Я с Настюхой эту двушку снимаю.
В коридор из соседней комнаты вышла полненькая заспанная девушка. Полина узнала интернатскую девчонку Настю Руденко, приободрилась и втащила чемодан:
— А чего вы такие сонные? Уже час дня.
— В «Hungry dog» до пяти утра пашем, — лениво ответила Наталья и закрылась в туалете.
— Где?
— Это ночной клуб. По-нашему — Голодный пес. Мы там хостес, — ответила за подругу Настя.
— Чего?
— Сразу видно девочку из станицы. Официантки по-твоему.
Зашумела спускаемая вода. Наталья покинула туалет, прошла на крохотную кухню и включила чайник.
Полина с Аней устроились на табуретках за столом с упаковками лапши быстрого приготовления и бокалами разной формы, явно прикарманенными из клуба. Полина сияла в предвкушении захватывающих перспектив.
— Ну Москва и огромная. От вокзала до вас целый час добирались.
— Час норм.
— Слушай, Наташ. Где в Москве можно познакомиться с иностранцами?
— На кой тебе?
— Еще спрашиваешь. С иностранцем можно за границу свалить.
— В нашем клубе экспаты тусуются.
— Кто? — Полина скривилась: — Нам нормальных надо, чтобы девушками интересовались, а не друг другом.
— За задницу схватят — поймешь, что им интересно, — заметила Настя.
Наташа пояснила:
— Экспаты — это менеджеры из заграницы. Завтра на халяву можете прийти, у нас по четвергам Lady’s Night.
— Блин! Вы что по-русски говорить разучились.
— Прикинь, ты в мегаполисе, а не в станице. Короче, по четвергам с семи до десяти вход для девушек бесплатный, еще и выпивку дают. Потом мужики на горячее подтягиваются.
— Какое горячее?
— На глупых и тепленьких с сиськами. И учтите, в клубе фейс-контроль. На прикид смотрят. Приоденьтесь в Луже.
— Луже? — скривилась Полина. — Мы не лягушки.
— Ну конечно, вы царевны-лягушки!
Наташа рассмеялась, менее эмоциональная Настя объяснила:
— Лужа — это рынок в Лужниках. Я расскажу, как доехать. Торгуйтесь там, как на базаре.
— Ха! Это мы умеем, — заверила Полина.
— Ну, хоть что-то. Жуйте. — Наташа залила кипятком лапшу быстрого приготовления.
Пока девушки ели, Наташа переговорила с Настей, шурша купюрами. Потом показала девушкам комнату с двумя кроватями и шкафом.
— Мы с Настей в той комнате поживем, вы в этой. Считай, за первый месяц заплатили.
В выделенной комнате на свободной стене висел красочный постер ночного клуба «Hungry dog», где извивающиеся девушки танцевали в лучах разноцветных огней.
— Эх, Анька, заживем! — воскликнула Полина, рассматривая одежду танцующих. — Такое платье хочу.
Аня подошла к окну. За длинным забором в промзоне торчали пузатые емкости, дымили высокие трубы, нити трубопроводов опутывали цеха, а тепловоз тянул цистерны с нефтью. После учащенной какофонии стремительного метрополитена Аня прислушалась к завораживающей мощи промышленного гиганта и осталась довольна. Сегодняшний день подарил ей много новых звуков.
Глава 3
Под бдительными взглядами двух охранников Аня и Полина, одетые в яркое, обтягивающее и короткое, протиснулись в двери клуба «Hungry dog». Первым делом девушки отыскали Наталью с Настей. На официантках были джинсовые шорты с бахромой, черные майки с глубоким вырезом и красные бабочки на шее.
— Ну че? — спросила Полина, демонстрируя обновки, купленные на рынке в Лужниках.
— Через плечо! Вырядились как шлюхи, —
