хочу доказать, что призраки существуют…
— Тогда нам не по пути, — прервала его Розария.
— Но… зачем тогда вы следите за Ритой? — растерялся парень. — А до этого следили за Дажьевой?
— Это не твое дело, — отрезала женщина.
— Нет, мое! Если вы не поможете мне, то я заявлю в полицию на вас!
— И как ты им объяснишь полученные сведения? — усмехнулась в трубку Змеева.
— Скажу правду. Меня и так считают чокнутым. Еще одним фактом больше — не суть.
— Хорошо, — сдалась Розария. — Я верю тебе.
— Йес! — радостно воскликнул Андрей.
— Но подтвердить твою правоту не имею права, — тут же осадила его Змеева. — Скажи, из-за чего тебя считают психом?
— Не верят, что я видел призрака брата Риты.
— То есть в том, что тебя считают психом, виноват Олег Нурин? — подкрадывающейся змеей прозвучал голос женщины.
— Да.
— Тогда у нас общая цель! Наказать Нурина!
— Он и вас подставил?
— Он убил моего сына! — зло выдохнула Розария, отчего Андрей проникся всей серьезностью ситуации. — Я хочу ему отомстить. Но просто развоплотить его будет слишком просто. Я хочу, чтобы он страдал!
— И как вы думаете этого достичь? — решительность и злые нотки в голосе собеседницы дали понять Андрею, что с незнакомкой не стоит спорить. Если кто из них двоих и является сумасшедшим, то это она.
— Слушай, а ты не хочешь получить сверхъестественные силы? — вдруг вкрадчиво спросила Змеева.
— Допустим… — настороженно ответил Андрей.
— Не бойся. От тебя ничего такого не требуется. Просто мне показалось забавным, если брат и сестра окажутся по «разные стороны баррикад».
— Это как? — не понял Шеремет.
— Это значит, что ты сейчас же берешь свою жопу в кулак и мчишься ко мне, — процедила Змеева. — Тогда у тебя есть шанс не только поквитаться с Нуриным, но и получить огромную силу, недоступную обычным смертным. Иначе, забейся в самый дальний угол и не отсвечивай! Ты меня понял?!
— Понял, — сглотнул от страха Андрей. — Буду через пятнадцать минут.
* * *
Увидев Сияну Горицыну, я чуть не воскликнул «попалась! Но все же сумел удержаться и проследить за маршрутом женщины. А та, не останавливаясь, прошла до администратора и легким движением руки ни слова не говоря забрала список-артефакт, который я и сторожил. Значит, я был прав! Это именно Горицыны наняли того духа, для своих темных делишек. Но что они хотели добиться в конечном итоге? Просто набрать энергии? Для чего? Провести ритуал, наподобие Змеевых, чтобы сделать своего предка богом? Или еще что-то?
Мне предстояло решить, как поступить дальше: «отпустить» Горицыну и проследить за ней, или попытаться выбить из нее сведения на месте? Последнее крайне нежелательно из-за свидетеля — девушки-администратора. Важность сохранения тайны о существовании медиумов никто не отменял. Но за меня все решила сама Сияна. Когда она обернулась к выходу, то заметила меня, скромно сидящего на скамейке в паре метров от входной двери. Уж не знаю, о чем она подумала в тот момент, но следующие ее действия дружественными не назовешь.
Замерев лишь на доли мгновения, она тут же стала чертить какой-то темный символ. Ждать, что она создаст, я не стал и незатейливо ударил глифом деления, напитав его по минимуму. Убить не убью, но концентрацию точно собью. Так и получилось. Женщина покачнулась, а почти сформированный навник развеялся. Но на этом Горицына останавливаться не стала. Пара резких взмахов, в воздухе повис незнакомый символ. Не божественный, не чувствую от него той опасности, что испускал тот же знак Чернобога. Но все же опасный. Создав знак, Сияна толкнула его в мою сторону, и развернула листок-артефакт. В мою сторону полетела волна негатива, на ходу трансформируясь в огонь. Подставляться под нее я не видел смысла и легко уклонился, стартанув к женщине. Нужно не дать впитать ей силу артефакта!
Я не успел. Всего полсекунды не хватило, но в женщину уже полился поток темной энергии, собранной искусственными темными. Он был столь велик, что женщину выбило из собственного тела, явив мне ее духовный облик. Он пока мало отличался от своей материальной составляющей. Но это длилось недолго. Горицына продолжала впитывать поток льющейся из артефакта темной энергии. Лицо ее заострилось. Щеки впали, как и глаза. А вот язык наоборот — вытянулся, став тонким и раздвоившись на конце. За спиной тонкую ткань призрачной рубашки прорвали перепончатые крылья. Из-под юбки стал вытягиваться толстый хвост рептилии. Женщина похоже сама не контролировала уже процесс, потому что ее глаза смотрели уже не на меня, а сквозь мое тело. Все ее естество буквально наслаждалось происходящими переменами. Девушка-администратор за стойкой ресепшена смотреть на преображение хозяйки спорткомплекса не стала и спряталась под стойкой. Мудрое решение. Я тоже решил, что пора заканчивать тупо рассматривать чужое преображение и самому заняться своим усилением.
Резко развернувшись на месте, я бросился к кадке с пальмой. От нее сейчас почти ничего не осталось. Атака Сияны неизвестным глифом сожгла декоративное дерево дотла, и оплавило саму кадку. Но до моего айфона не добралось. Сформировав круг активации, я потянул руку вперед, одновременно потянув свой предмет привязки мысленно себе навстречу. В нем моя энергетика, так что отзовется, в этом я не сомневался. Вот только пока я все это проделывал. Сияна пришла в себя и выпустила мне в спину новую волну призрачного огня.
Мою задницу обожгло, заставив дернуться в сторону и сорвать активацию. А Сияна на этом не останавливалась. В меня полетела россыпь спрессованных темных шаров огня. Вот блин, потомки Горыныча, хреновы! Хоть и дальние, а плюются огнем не хуже своего далекого предалекого предка. И что мне делать? К айфону она меня подпускать не намерена. И как бы не уничтожила его, пока я тут бегаю.
Словно подслушав мои мысли, Сияна перестала атаковать меня и развернулась к почти уничтоженной кадке с сожжённой пальмой. Я обернулся и с ужасом посмотрел на подбирающуюся к моему телефону темную. В ее пасти стало зарождаться новое пламя, гораздо более концентрированное, чем прежде. Я не сомневался, с его помощью она уничтожит мой айфон, а следом меня притянет к себе душа мира. Это будет полный и окончательный конец моей текущей «жизни»!
«Предмет привязки — единственное, что позволяет духу продолжить существовать в материальном мире, и не уйти к душе мира,» набатом
