– Пожалуйста, просто Рик.
– Рик, – повторила она с тенью улыбки, заставившей замереть его сердце.
– От кофе не откажусь.
– Прошу. – Принцесса повела его по длинному коридору на кухню. – Ничего, что мы сядем тут, а не в салоне?
Он покачал головой, стараясь не выказывать разочарования. «Оборванцев» не приглашают в салон.
Тогда принцесса, словно прочитав его мысли, толкнула соседнюю дверь.
– Как видишь, Рик, на то есть причины.
Первым, что привлекло его внимание, была зияющая дыра в штукатурке, оголявшая солидную часть перекрытий. Из нее доносился странный шорох. Опоссум? Разбитые стекла на полу и клубы пыли в воздухе также не способствовали размеренному чаепитию и светской беседе.
– Пожалуй, на кухне будет в самый раз, – натянуто пошутил он.
Хотя там их ждала немногим лучшая картина. Несмотря ни на что, в воздухе витал приятный аромат ванили и специй, а помещение единственное не выглядело заброшенным.
Нелл пригласила его за массивный дубовый стол с резными ножками. Девушке, выросшей в окружении прислуги, должно быть, невыносимо находиться в таких условиях. Только сейчас он заметил следы усталости на ее лице, в движениях и голосе.
– Переезжаешь? – предположил Рик, вспоминая гору коробок в парадной.
– Въезжаю.
«В эту дыру?» – ужаснулся он про себя. Что ж, это тоже не его дело, но когда такие мелочи останавливали Рика Брэдфорда?
– Что происходит, Нелл? – услышал он собственный голос.
– Серьезно? – Она скрестила руки на груди.
«Серьезно что? Неподдельный интерес? Желание помочь?»
– Ну да.
Она протянула ему фарфоровую чашку на блюдце и только после того, как налила кофе с молоком и предложила ему сахар, присела напротив.
– Просто я так привыкла к тому, что все в курсе, – пояснила девушка. – В курсе моего положения.
Даже среди грязи и беспорядка она сияла, как яркая звезда, а он… пожалуй, идеально вписывался.
– Я недавно в городе, – напомнил Рик. – Ходят слухи, что твой отец на грани разорения.
– Он и еще сотни людей, – вздохнула Нелл.
Стекольное производство Смайт-Уиттэкеров с незапамятных времен обеспечивало всю округу рабочими местами. Страшно представить, что будет, если эта отлаженная с годами система вдруг рухнет.
– А как же инвестор?
Нелл коротко кивнула:
– Он вложится в фабрику, но для отца это ничего не меняет. У него, видишь ли, еще куча долгов.
– Кризис затронул всех нас, – осторожно заметил Рик.
Девушка с нарочитым интересом уставилась в свою чашку.
– Дизайнерские вещи, машина с водителем, пент-хаус на Бонди Бич, – вымолвила она после небольшой паузы и сделала руками характерный жест: – Пуф! Все исчезло. Эти живописные развалины – единственное, что мне осталось.
Ее слова звучали не слишком грустно.
– Нелегко было расстаться с прошлой жизнью? – спросил Рик, желая все же понять, что творится в ее голове.
– Сказать по правде, я никогда не считала эту жизнь своей. – Она коснулась пальцами виска и зажмурилась, словно от боли.
– Отношения у вас с отцом натянутые, – угадал он.
Нелл рассмеялась, и лицо ее тут же расцвело.
– А ты на редкость бесцеремонный, – сказала она без тени упрека. – Мы ненавидим друг друга. В последнюю встречу он намекал на свадьбу. Собирался продать меня, как верблюда! И знаешь кому? Делани-младшему.
На мгновение Рик потерял дар речи.
– Но Джереми ведь… – Он еще думал, травмировать ее психику или лучше не стоит.
– Гей, – закончила девушка. – Я знаю. Все вокруг знают. Какой позор.
– Значит, ты отказалась?
Нелл закатила глаза:
– За кого ты меня принимаешь?
– Прости, но, учитывая ситуацию… – Рик замялся. Он пока не знал, как к ней относиться. – У тебя ведь не все гладко, я прав?
Она пожала плечами:
– Кое-что успела вложить в свой собственный бизнес.
– И как ты собираешься восстанавливать чертов особняк? Где возьмешь деньги? И что это за бизнес такой? – Великое множество вопросов, не дававших ему покоя, посыпалось наружу.
– Капкейки, – просто ответила девушка. Глаза ее на мгновение осветило вдохновение.
«А, ну да, – подумал Рик, – капкейки. Принцесса тронулась умом».
Оставив его в замешательстве, Нелл вскочила с места и, не говоря ни слова, принялась порхать по кухне, выставляя небольшие коробочки, затерянные по разным уголкам этого беспорядка, на поднос. Рик только и успевал следить за изящными движениями принцессы.
– Клубника со сливками, – объявила она, потянув за ленточку, и его взору предстал аппетитный розовый кексик, покрытый белой глазурью с марципановой ягодкой на верхушке.
– Черный шоколад с кремом «маракуйя». – Очередное маленькое чудо показалось из темно-коричневой коробки с золотым бантом.
– Лимонный шербет. – Ярко-желтый бисквитик, украшенный засахаренным цветком фиалки, опустился на блюдце.
Рик сглотнул.
– И мой любимчик. Соленая карамель, – закончила она.
Он не понимал, как именно эти кулинарные шедевры решат финансовые проблемы Нелл, но все же не мог не восхищаться. Ему бы и в голову не пришло, что она способна делать что-то своими руками.
Недоверие нисколько не смутило девушку.
– Да, представь себе, принцессы умеют печь, – ответила она, широко улыбаясь, и указала на блюдце: – Угощайся.
– Ты не положила себе.
– О, я уже ела сегодня.
– Как можно устоять перед таким? – удивился Рик, борясь со слюноотделением.
– Это непросто, – Нелл улыбнулась, – но чтобы влезать в платья, приходится многим жертвовать.
– Тебе не о чем беспокоиться, поверь. – Он еще раз окинул взглядом фигуру девушки и протянул руку к карамельному кексу, который выглядел чуть попроще всех остальных. Украшенный лишь молочным кремом и стружкой, он несколько выбивался из этой разноцветной гаммы.
Пока он расправлялся с десертом, Нелл продолжила свой рассказ:
– Сейчас стало больше заказов, так что я целыми днями на кухне: башни на свадьбы и дни рождения, выездные чаепития. Клиент может выбрать любую муку, начинку, крем, вплоть до украшений, а может полностью положиться на мою фантазию. Как говорится, любой каприз за ваши деньги.
Рик кивнул, вытирая губы салфеткой. Единственное, о чем он мог сейчас думать, был взрыв вкуса, контраст сладкого бисквита и хрустящих соленых песчинок у него на языке. Он никогда не пробовал ничего подобного и пытался запомнить каждый оттенок. Привычка, которая выработалась у него в тюрьме. Чтобы хоть ненадолго отвлечься от тех ужасов и грязи, он, бывало, закрывал глаза и перебирал в памяти яркие эмоции из внешнего мира, которые ему доводилось испытать: брызги океанской воды на коже, ветер в волосах, ароматы акации и эвкалипта в национальном парке. Он добавил бы сюда вкус выпечки Нелл.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
