Лита спрыгнула со стола и прошла мимо него, надевая перчатку. У Мориши будут проблемы, когда Уэллс вернется, но с этим можно будет разобраться потом. Лита, по крайней мере, узнала, что Шеридан в камере Деленн, а, следовательно, и Маркус находится там.
Она быстро прошла по коридорам, одаривая охранников улыбкой или кивком. Каттер был там, но ему она не улыбнулась. Лите не требовалась телепатические способности, чтобы узнать, о чем он думает.
Чем ближе она подходила к своей цели, тем медленнее она шла. Она практически чувствовала страх и ненависть, исходившие из комнаты, пропитанной ими за долгие недели допросов и боли. Лита была внутри разума Деленн уже шесть раз, и ей не нравилось это ощущение. У нее не было причин любить минбарцев, но она чувствовала страх, горе и муку в ее разуме, и это заставляло ее нервничать.
Кроме того, там было что–то еще, что–то, чувствующее Литу.
Но не весь страх, горе и мука исходили от Деленн. Поворачивая за угол, она чуть не врезалась в Маркуса. Он, очевидно, ходил взад–вперед, и она чувствовала озабоченность в его разуме. Он отошел от нее и кивнул, что, по всей видимости, означало извинение. Потом он отступил в сторону. Она взглянула на него и улыбнулась. Она потратила много времени на совершенствование этой улыбки.
- Сатаи Деленн в своей камере, - сказал Маркус. - С ней капитан Шеридан.
- Я пришла сюда ни за Сатаи Деленн, ни за капитаном Шериданом.
- А?
- Я пришла за вами. Не хотите ли поужинать со мной сегодня? Я не слишком хорошо готовлю, но думаю, смогу что–нибудь сообразить.
Он просто пялился на нее.
- Мисс Александр...
- Так я чувствую себя школьной учительницей. Меня зовут Лита, а вас - Маркус.
- Вы едва меня знаете.
- Узнаю вас получше за ужином. Встретимся у меня... скажем, в восемь.
- Я не знаю, где вы живете.
Она снова улыбнулась и легко прикоснулась к его лбу.
- Теперь знаете.
Она совершенно не ожидала такой реакции. Он накинулся на нее и прижал ее к стене.
- Никогда не делай этого! - крикнул он. - Никогда!
Она посмотрела ему в глаза, и ее улыбка увяла. Едва ощутимый телепатический укол и он отступил, потирая лоб. Это было всего лишь недолгим приступом боли.
- И ты никогда не делай этого, - сказала она. - Только если я сама попрошу.
Он посмотрел на нее. В его глазах была боль, и смятение, и вопрос.
- Почему? - прошептал он.
- Что "почему"?
- Почему вы приглашаете меня поужинать?
Она снова улыбнулась.
- Узнаете, когда придете.
- В восемь часов, - прошептал он, и она кивнула. - Я буду там. И... спасибо.
Она взглянула на него и снова уловила страшную боль, лежавшую за его глазами. Внутри он почти кричал. За внешним фасадом, за телохранителем или воином, было одна только боль. Медленно, мягко, она протянула к нему руку. Он не двинулся, не издал ни одного звука. Он как будто приветствовал ее прикосновение, физически и духовно. Она медленно стянула перчатку и коснулась его щеки.
- А, мисс Александр. Хорошо, что вы здесь так рано. Ваше рвение весьма похвально, - Лита подпрыгнула, как ужаленная. Раскрывая рот, она повернулась и увидела Уэллса. Он стоял и смотрел на нее, скрестив руки, с выражением терпения на лице. - Я ждал вас через три часа, и мне очень интересно знать, как вы прошли мимо Мориши. Но неважно, хорошо, что вы проявляете такой энтузиазм. Следуйте за мной.
Он прошел мимо Литы, и она взглянула на Маркуса. Медленно натянула перчатку, не отводя глаз. Боль и смятение все еще были там. Он резко отвел взгляд.
- Я приду, - снова сказал он.
Лита шла за Уэллсом в камеру Деленн и улыбалась. Ее улыбка была не такой, как обычно. На этот раз в ней была искренняя радость.
* * *- Мы не можем игнорировать возможность этого, Уильям, - отрезала Президент Крэйн. - Опасность очень серьезная, поверьте мне.
- Но, мадам Президент, - ответил генерал Хейг, зная, что он обречен с самых первых слов. - В прошлом нарны всегда были надежными союзниками. Если мы сейчас отвернемся от них...
- Надежные, говорите? - усмехнулся вице–президент Кларк. - Они не оказывали нам никакой военной помощи, несмотря на нашу поддержку в их войне с центаврианами. Они продают нам оружие по грабительским ценам, и только когда им это удобно. Они правят нашими людьми в наших же колониях и налогами выжимают из них все соки. А как только у них начинается свара с центаврианами, или тучанками, или т'ллинами, предполагается, что мы немедленно должны прийти на помощь. Если вы так себе представляете надежного союзника, то не хотел бы я встретиться с тем, кого вы называете врагом.
- Враг - это минбарцы, как вы прекрасно знаете, вице–президент, и если мне дадут выбор между минбарцами и нарнами, я выберу нарнов. Если бы не их интервенция, то, скорее всего, нас бы даже тут не было.
- Может быть и так, Уильям, - ответила Крэйн. - Но центавриане могут оказаться лучшими союзниками. Они предлагают отличный договор, и мало что просят взамен.
- Мадам Президент, центавриане не смогут победить нарнов. Примите это, как непреложную истину. Так же, как и нарны не смогут разбить центавриан. А мы, в нашем текущем положении, вряд ли сможем соперничать с расой плюшевых медвежат! Если мы предоставим нашу пренебрежительно малую военную мощь центаврианам, то они не вернут нам наши колонии, потому что не смогут. А нарны, надо полагать, продадут нас всех минбарцам, и Проксиму-3 ждет та же участь, что постигла Землю.
- Но нарны попросили нашей военной помощи в следующей войне с Центавром, - произнес Кларк. - Учитывая, что эта война начнется через год–два, мы должны решать, окажем мы ее, или присоединимся к Центавру, и...
- Вице–президент, в любом случае, - вмешался Хейг, - это не имеет смысла, если минбарцы раньше нас всех уничтожат. Вы все читали отчеты мистера Уэллса о допросе нашей минбарской пленницы. Они до сих пор воздерживались от завершающего удара только из–за борьбы за власть в Сером Совете. Учитывая, что один из соперников находится сейчас в наших руках, логично будет заключить, что этот... Синевал... беспрепятственно совершит переворот в Сером Совете, а затем пойдет войной прямо сюда.
- Осмелюсь предположить, - подала голос генерал Такашима, бывший начальник штаба генерала Франклина, после его смерти приглашенная в правительство, - что проблема заключается не в минбарцах и не в нарнах, а в наших вооруженных силах. Как вы все знаете, "Вавилон" капитана Шеридана составляет практически всю нашу военную мощь. У нас нет ни ресурсов, ни средств для постройки новых больших кораблей, а нарны ничего такого нам не продадут. Мы еле в состоянии восполнять потери истребителей. А Шеридан... себе на уме. Если фактический глава нашей армии решит попросту проигнорировать все наши приказы, как он уже неоднократно поступал, то наши споры и обсуждения потеряют всякий смысл.
- Именно, - произнес Хейг, глядя на Такашиму, но не упуская из виду Кларка. Было хорошо известно, что Такашима была в его команде. - Как раз тут наши союзники могут войти в игру. Вы все читали отчет лейтенанта Ивановой, я полагаю. Она предложила нам полную и безоговорочную поддержку со стороны этих таинственных чужаков. Все что они хотят - это жить в мире. И если для этого надо истребить всех минбарцев, то пусть так и будет. Она желает ответа, и мне придется дать его ей. Я полагаю, нет нужды напоминать об абсолютной мощи этих пришельцев?
- Нет, - сказала Крэйн. - Нужды нет. Меня как раз и беспокоит эта их абсолютная мощь. Мы ничего не знаем об их расе. Мы не видели ни посланника, ни полномочного представителя, только лейтенанта Иванову. Она предлагает нам помощь расы, которую никто из нас не видел, в деле уничтожения минбарцев. Но если они настолько могущественны, то почему сами с ними не разделаются? И не я одна сомневаюсь в этих чужаках. Капитан Шеридан формально заявил о своих... подозрениях...
- Мэри, вы ведете себя по–дурацки, - отрезал Кларк. - А капитан Шеридан просто боится лишиться своей незаменимости. Они предлагают нам самую лучшую надежду на окончание этой войны. Нам не придется доверять им. Нам нужно только вступить с ними в союз.
- Я согласна, - произнесла Такашима.
Крэйн окинула взглядом остальных: они либо склонили голову, либо вслух соглашались. Она знала, когда следует отступить.
- Ладно. Скажите лейтенанту Ивановой, что мы принимаем ее предложение о союзе, но она должна остаться на Проксиме-3, и она должна быть ответственна перед нашим собранием за действия ее союзников. Вы отвечаете за это, Уильям. Вы поняли?
- Безусловно, мадам Президент.
* * *Шеридан молча наблюдал за жестоким допросом Деленн. Он наблюдал, как Уэллс вытряхивал из нее информацию по крупинкам. Он ни разу ее не ударил, не дотронулся, вообще не причинял физического вреда, но он сумел разрушить все, чем она была и все, во что она верила всего несколькими хорошо рассчитанными словами. Он говорил о Земле, о разбитых мечтах, о потерянных и сломленных душах. Он говорил о бесчисленных жертвах, он говорил о сердце человеческой расы - планете Земля - и как оно ушло навсегда.
