должен быть, вот и всё! Мужчина может быть чуть красивее обезьяны, это факт, но и другой неоспоримый факт – это то, что женщина должна быть ЗА ним, а не бежать ВПЕРЕДИ него, катя перед собой коляску с ребёнком и волоча котомки с покупками, да ещё думать о том, где что достать и как всё это починить.
Размышляя над всем этим, я услышала звонок в дверь. Ох, как не хочется вставать! Может, подумают, что меня нет дома, и уйдут?
– Лара, я точно знаю, что ты дома! Открывай!
Нет, эта не подумает. Эта дверь вынесет. Эта мёртвого поднимет, но не уйдёт. Вот легка же на помине! Я поковыляла открывать дверь, сшибая на ходу какие-то вещи.
– Сейчас! Уже иду! Не стучи так, всех соседей поднимешь. Ты, как муж, вернувшийся раньше срока из командировки!
На пороге стояла Лиза. Лизонька, как ласково звал её муж. Жили мы с ней в одном доме. Эта дама Лизонька была немалого роста, 182 см, блондинка, всегда вся такая ухоженная, наманикюренная, с хорошим вкусом в одежде и шикарным парфюмом. Вот и сейчас на ней был модный комбинезон, нереально классная блузка, и пахло от неё как всегда просто умопомрачительно.
– Ну, ко мне могла бы и просто в домашнем костюме прийти. Чего ты так вырядилась? – не без удивления спросила я.
– Да я только шубу скинула и сразу к тебе. Мы отвезли детей к маме, я думала, что пойдём с Ванечкой в новый клуб, но у него на работе чего-то там прорвало. Будь проклят этот новый объект!
– Лиза, он тебя дурит! Прорвало у него! Это у него в штанах прорвало!!!
– У кого? У моего Ванечки? Да ты же знаешь, что он ни на что не способен, кроме как разрядиться раз в три дня со мной. Я его так изматываю, что в другие дни он просто без сил! Дети, продукты, дача – всё же на нём. Да ему просто некогда!
– Ну и дура же ты, Лизка! Вот увидишь, что я права. Спорим?
Лиза начала очень часто хлопать длиннющими пушистыми ресницами, и было заметно, что она вот-вот расплачется. Боже, сколько же я выпила, чтобы наговорить ей такое! Я уже давно начала подозревать, что её Ванечка что-то мутит, но чтобы вот так, в открытую ей всё это ляпнуть с порога – это перебор с моей стороны.
– Ну ладно, я же пошутила, – поспешила я исправить ситуацию.
– Ты думаешь, что он действительно налево ходит, да? – её, видимо, эта мысль никогда не посещала. Мама всегда учила Лизу, что мужчина должен быть занят, чтобы у него не возникало ни малейшего желания пойти налево. Квартиру обустроили, потом нужно дачку купить. Дачу построили – баньку. Банька готова – знаешь, милый, что-то мне в нашей квартире тошно, голова часто болит, давай переедем. И по новой… Новая квартира, новые хлопоты, новые расходы, чтобы ни на какую любовницу – ни сил, ни времени, ни денег. Но Лизка в последнее время так нагрузила своего Ванечку, что у него уже, по-моему, к ней отвращение. Что она ни скажет, он, конечно, сделает, но не с таким энтузиазмом, как раньше.
– Лар, но в трубке действительно мужик орал. Там то ли трубы не так уложили, то ли не так засыпали, короче, он сказал, что часа на 4 точно. А я вот теперь боюсь, а вдруг, правда, завёл себе?
– Ой, да брось ты, ну я спьяну ляпнула, а ты ведёшься на мою брехню.
– Слушай, а чё это ты пьяная среди недели? И ещё одна? Чё пьешь то? Ммм. Джэка? Не слабо!
– Знаешь, просто так всё совпало. Машина в ремонте, я на маршрутке добиралась, замёрзла. Потом решила согреться, ну и …
– Понятно! Ну, наливай тогда. Слушай, а что это у тебя лицо всё мокрое? Глаза видно, что пьяные, да ещё и красные. Ревела что ли? Ну-ка давай рассказывай!
– Ой, ну что рассказывать. Я же говорю тебе, что замёрзла, – пыталась я избежать разговора об истинных причинах.
– Ты мне тут не заливай! От холода не плачут! Ой, давно виски не пила! – плюхнулась она на диван и стала всматриваться мне в лицо.
Я терпеть не могу этот её взгляд. Выведет на чистую воду любого. И я сдалась.
– Я тут посчитала своих бывших парней. Получилось двадцать.
– Сколько? – сказала Лизка, отпивая очередной глоток и чуть не поперхнувшись.
– Ну, двадцать.
– Штук?
– Да.
– Парней?
– Да.
– Ну, мать, ты даёшь! Слушай, радоваться надо, что на тебя всё ещё смотрят и хотят в твоём возрасте! – начала хохотать Лизка.
Хоть мне и 35, но выгляжу я гораздо моложе. Больше 28 никто не даёт!
– Лиз, понимаешь, это, конечно, круто, что меня хотят, но я же замуж хочу, – и тут меня развезло окончательно.
Последующие 3 часа мы пили и плакали. Я не знаю, почему плакала Лизка, наверное, меня жалела, но я сама в тот вечер себя много жалела.
– Лар, я хочу чаю!
Такое может быть только в России, чтобы после алкоголя люди пили чай! Мы пошли на кухню, я достала из своих запасов настоящий индийский чай (привезла из Гоа в прошлом году), заварила чайник и неточными уже движениями наполнила большие чашки.
– Ну, так не может быть, чтобы у тебя на примете никого не было, – начала рассуждать моя подруга.
– Вот знаешь, никого! – твёрдо ответила я.
– Быть такого не может! Подумай! Ведь есть же тот, кто тебе нравится. У вас, может быть, ещё и не было ничего. Ну, просто он тебе нравится. Ну, или кому нравишься ты.
Общими усилиями мы нашли троих кандидатов в мужья. Первый – один наш общий знакомый, мы встречались как-то на паре вечеринок, и он на меня смотрел с неподдельным интересом. Но дальше взглядов дело не пошло. Второй – парень, который мне очень нравился. Мы познакомились в ночном клубе, много болтали. Но так как у него свой бизнес, он очень занятой человек, и всё общение наше сводится сейчас к переписке в чате. Ну и третий – коллега по работе. Он, правда, немного староват, как сказала Лизка, хотя ему всего-то 43, но на роль кандидата сойдёт. С кандидатами определились, теперь предстояло для каждого выработать стратегию.
– А зачем так много? – непонимающе спросила я.
– А вдруг кто-то из них сорвётся? Время потеряешь только. А так, глядишь, и к лету мы тебя замуж выдадим! – улыбнулась Лиза. – Но стратегия уже завтра. Надо думать на свежую трезвую голову.
