В тот же миг высокий вор поднял голову. Увидев устремившееся на Фиссифа человеческое тело, он обнажил кинжал, но решил предоставить своего спутника собственной участи.
Проявив неожиданную прыть, Фиссиф развернулся и тоненьким голоском закричал:
- Сливикин!
Башмаки из крысиной кожи ударили его в живот. Мышелову показалось, будто он приземлился на мягкую подушку. Голова Фиссифа глухо стукнулась о булыжник мостовой. Увернувшись от выпада Слевьяса, Мышелов перекувырнулся в воздухе и твердо встал на ноги, сжимая в руке длинный кинжал.
Однако Слевьясу, похоже, было не до него. Колени вора внезапно подломились, взгляд потускнел. Не издав ни звука, он рухнул на землю.
Одна из фигур портика сделала шаг вперед. Капюшон долгополого плаща упал на плечи его владельца, открыв обрамленное длинными кудрями юношеское лицо. Из-под свободных рукавов показались мускулистые руки с громадными кулачищами, силу которых Слевьяс тут же испытал на себе.
Стоя над распростертыми на мостовой бесчувственными телами воров, Фафхрд с Мышеловом настороженно разглядывали друг друга. Оба были готовы к драке, но пока выжидали.
- Сдается мне, нас привело сюда одно и то же, - проговорил Фафхрд.
- Сдается? Ты что, еще сомневаешься? - фыркнул Мышелов, свирепо меряя взглядом нового противника, который был на голову выше сраженного вора.
- Что ты сказал?
- Я сказал: “Ты что, еще сомневаешься?”
- Как любезно с твоей стороны, - благодушно произнес Фафхрд.
- Любезно? - переспросил с подозрением Мышелов, стискивая рукоять кинжала.
- Ну да, повторить свои слова перед лицом смерти, - объяснил Фафхрд. Не выпуская Мышелова из поля зрения, он поглядел на поясные сумки воров, потом перевел взгляд на Мышелова и сердечно улыбнулся.
- Пополам? - предложил он.
Мышелов заколебался - и сунул кинжал в ножны.
- Идет, - бросил он, опустился на колени, и тронул завязки на сумке Фиссифа. - Сливикин твой.
С его стороны было вполне естественно предположить, что толстый вор выкрикнул имя товарища.
Фафхрд, стоя на коленях у тела Слевьяса и не поднимая головы, проговорил:
- Этот… хорек, который был с ними… Куда он подевался?
- Какой еще хорек? - буркнул Мышелов. - Это была мартышка.
- Мартышка, - повторил Фафхрд. - Небольшая тропическая обезьянка, правильно? Что ж, может быть… Я никогда не был на юге… однако мне почему-то…
Молчаливое нападение с двух сторон едва ли удивило кого-то из них. Подсознательно оба они ожидали чего-то подобного.
Трое браво [1] атаковали их одновременно. Судя по манере нападавших, они решили, что их противники вооружены в лучшем случае ножами и трусоваты, как и все грабители с большой дороги. Поэтому они ошеломленно отступили, когда Фафхрд с Мышеловом вскочили на ноги, выхватили из ножен чудовищно длинные клинки и встали спина к спине.
Мышелов легко парировал выпад своего противника в кварте [2]; меч браво просвистел в миллиметре от его левого виска. И тут же Мышелов сам перешел в нападение. Противник его попятился, отражая удар тоже в кварте. Слегка замедлив движение, кончик клинка Мышелова проскользнул в прореху в защите браво с изяществом благородной дамы, которая делает реверанс, а затем прыгнул вперед и вверх, отыскал щель между двумя пластинами латной рубашки, проник в грудную клетку, пронзил сердце и вышел у наемника из спины.
Тем временем. Фафхрд, которого атаковали двое браво, отразил все их выпады в секунде и нижней приме [3] и, взмахнув мечом, что не уступал клинку Мышелова в длине и был тяжелее его по весу, снес полголовы тому из двоих наемников, что находился по правую руку от него. Отпрыгнув, он приготовился схватиться со вторым.
Но его опередили. Из-за спины возникла вдруг рука в серой перчатке, и окровавленное лезвие клинка Мышелова поразило последнего браво таким же приемом, как и первого.
Юноши вытерли кровь с мечей. Проведя правой рукой по плащу, Фафхрд протянул ее Мышелову ладонью вверх. Тот, сорвав со своей правой руки перчатку, ответил на рукопожатие. Не произнеся ни слова, парочка опустилась на колени и закончила то, от чего ее оторвали наемники. Лежавшие без сознания воры лишились своих мешочков с самоцветами. Достав из кармана куртки пару тряпок, Мышелов наскоро стер с лица слой сажи.
Потом он огляделся. Фафхрд кивнул. И оба быстрым шагом удалились в том направлении, в котором несколькими минутами раньше двигались Слевьяс, Фиссиф и их охрана.
Осмотревшись, они пересекли улицу Золотых Дел Мастеров и зашагали дальше по Монетной улице, как предложил жестом Фафхрд.
- Моя девчонка ждет меня в “Золотой Миноге”, - объяснил он.
- Забираем ее и идем ко мне домой, - решил Мышелов. - Заодно познакомишься с моей подружкой.
- Домой? - вежливо переспросил Фафхрд.
- Ну да. Я живу в Туманном переулке, - сообщил Мышелов.
- В “Серебряном Угре”?
- За ним. Кстати, можно будет туда заглянуть.
- У меня внутри все пересохло.
- Я тебя понимаю.
Фафхрд остановился, снова вытер руку о плащ и протянул ее спутнику.
- Кличут меня Фафхрдом, - сказал он.
Мышелов ответил на рукопожатие.
- Серый Мышелов, - представился он. В. голосе его слышался вызов, словно он ожидал, что над его прозвищем начнут насмехаться.
- Серый Мышелов, - повторил Фафхрд. - Что ж, сегодня ты прикончил пару крыс.
- Да, - согласился Мышелов, горделиво выпятив грудь и откинув голову. Потом смешно сморщил нос и позволил себе слегка усмехнуться. - Ты бы справился со вторым в два счета, - признал он. - Я украл его у тебя, чтобы ты знал, на что я способен. К тому же драка возбуждает меня.
- Да что ты говоришь! - фыркнул Фафхрд. - Как ни странно, меня она возбуждает тоже.
Мышелов понял, что снова улыбается. Интересно, чем так расположил его к себе этот верзила, что он и не вспоминает про свои обычные презрительные ухмылки?
Фафхрд спрашивал себя о том же. Всю свою жизнь он не доверял низкорослым людям, ибо знал, что его рост немедля воспаляет зависть. Однако этот коротышка был, похоже, исключением. Фафхрд мысленно попросил Коса, чтобы его новый знакомец понравился Влане.
Перекресток улиц Монетной и Блудниц, что в северо-восточной части города Ланхмар, освещался по ночам одиноким факелом, который отбрасывал конус света на булыжник мостовой перед дверью таверны. Из ночной тени в этот конус света вступила Влана, симпатичная девушка в облегающем платье черного бархата, из-под которого виднелись красные чулки. Украшениями ей служили висевшие на поясе кинжал с серебряной рукоятью и в серебряных же ножнах и расшитая серебром черная сумка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
