мне сразу не сказали, что у вас…ТАКИЕ бойцы? — Обратился я к Фёдору, когда мы проходили через ворота. — Тогда бы я взял их без раздумий.
— Но вы же хотели лично убедиться в их мастерстве.
— Ну да. Сейчас и посмотрим…
Мы минули ворота, обошли раскидистые деревья, мешающие обзору, и встали прямо напротив главного дома. А в главном доме…
Творилось страшное.
Трёхэтажный особняк, когда-то, наверное, красивый и величественный, сейчас выглядел, мягко скажем, — не очень. Из-за взрывов во всём доме полопались окна, деревья, что стоят по бокам — пылают огнём. Главная дверь выбита, а на крыльце валяются осколки кирпича, осыпавшегося сверху.
Я успеваю заметить, как в дом вбегает последний из бойцов. Через секунду с первого этажа начинает доноситься звук распыления макпа. Из двери на улицу постепенно распространяется чёрный туман непонятного происхождения. В окне на втором этаже я замечаю человека в тёмно-красной одежде. Он мелькает в одной из комнат, но быстро скрывается.
Выходит, ублюдки всё ещё там, и не успели скрыться.
Ну, посмотрим, что с ними сделает «ТЬМА»…
— А что это за туман такой? — Спрашиваю я у Фёдора.
— Скажем так… лучше в него никому не попадаться.
В один момент туман ускоряет своё движение, и за считанные секунды наполняет собой всё здание. Он валится из окон на всех этажах, проникает даже через зазоры в стене. После этого на втором и третьем этаже случаются одновременные взрывы. Кто-то очень сильно кашляет, а кто-то кричит так, будто его пытают.
С небольшого балкончика на третьем этаже спрыгивает неизвестный. Он летит прямо на лестницу, ведущую в дом, и расшибается о ступеньки. Прыжок веры провалился. Я поморщился от звука сломанных костей, и предложил Фёдору посмотреть, что там происходит.
— Ни в коем случае. — Предостерёг меня Фёдор. — Пока они не закончат, туда лучше не соваться.
— Без проблем. Пусть бойцы работают. — Развёл я руками.
Ждать пришлось недолго. Потому что остальные, не считая того, кто сбросился с балкона, сдались очень быстро. Буквально через минуту чёрная четвёрка вышла на улицу. Кажется, они всё это время даже не двигались с места. Но… как тогда… этот чудо туман меня пугает.
Главный из группы подошёл к нам с Фёдором, чтобы доложить обстановку.
— Всего в здании находилось шесть человек. Четверо из них, к сожалению, мертвы. Они стали сопротивляться, и не оставалось другого выбора, кроме как убить их.
— А что с остальными двумя?
Парень в чёрном обернулся к своему напарнику, что проверял незнакомца, лежавшего на лестнице. Он повертел головой.
— С одним. Второй, всё-таки, мёртв. Выпрыгнул с балкона и получил травмы, несовместимые с жизнью.
— Печально… а что с последним-то хоть?
— Сломаны обе руки и правая нога. А так, в целом, жить будет. — Как-то даже играючи сказал человек в чёрном.
— Ох, господи…
— Но вы же сами сказали оставить в живых хотя бы одного. Мы и оставили. Одного.
— Нет-нет, всё в порядке, парни. Это я так, устал немного…
Фёдор смотрел на меня своим идеально выбритым лицом, будто чего-то дожидаясь.
— Что-то случилось? — Спросил я у него.
— Как вам мои бойцы?
— А-а-а. Вы об этом. Бойцы отличные. Даже, можно сказать, они нехило так превысили мои ожидания. Так что… с радостью бы принял их в свою команду. А вы сами-то как, хотите на меня поработать? — Я кивнул главному из чёрных.
— Какой приказ поступит от полковника — такой и выполним. — Твёрдо ответил он.
— Полковник? — Я повернулся на Фёдора.
— Иначе бы я вам не позвонил. Пройдёмте в машину, чтобы обговорить нюансы?
— Конечно. — Сказал я, и мы с Фёдором пошли к его машине. Бойцам же был отдан приказ убрать за собой трупы. А того, кто остался, отвезти к ним в штаб, и оказать первую помощь.
Фёдор сел на переднее сидение, а я, как обычно, на заднее.
— Ваши парни меня очень впечатлили. — Сказал я.
— Польщён.
— Скажите, а где они воевали?
— Много где. В Ливии, в Сомали, в Конго, в Афганистане, в Корее, на Балканах. И это далеко не весь список.
— Чьи приказы они там выполняли?
— Мои.
— Это я понимаю. Но кто руководил вами?
— Так скажем, мы с парнями выполняли заказ государства. Выступали в роли солдат, не включённых в официальные списки.
— Понял. Но почему с вами распрощались? …ну, я имею в виду, почему теперь вас не отправляют в горячие точки? Почему вы стали не нужны государству?
— Было много разных процессов, и все они сложные. Но всё пошло под откос, когда сменилось правительство… Новые люди не захотели иметь дел со старыми вояками. А ссоры с высшим руководством лишь усугубили ситуацию… в итоге, последние три года мы с парнями только и делаем, что берёмся за всякую грязную работу. Зарабатываем себе на хлеб банальным наёмничеством. Иногда везёт, иногда не очень. И никак не получается найти что-то постоянное.
— Это очень странно. Таких, как вы, должны с руками оторвать. Разве ни один из родов не пытался нанять вас на постоянную основу?
— Была история. — Фёдор положил руки на руль. — Глава одного крупного клана взял нас к себе на службу. Мы охраняли его, убирали конкурентов. В один момент вскрылось, что клан промышляет такими вещами, что… да, я понимаю, что мы уже давно не солдаты, а обыкновенные наёмники, но… убивать одних богатых упырей, когда тебя просят другие богатые упыри — это одно. А когда просят ликвидировать женщину, ребёнка, или бабушку. Или сделать чего похуже, чем просто убить… нет, мы таким заниматься не будем.
Отчего-то вспомнился тот самый подвал в магазине комиксов, где на ноутбуке я обнаружил…
— И когда я прямо сказал хозяину, что меня такой расклад не устраивает, он прогнал нас. Прогнал, и сказал, что больше ни один приличный род нас к себе не примет. И он не солгал… с того момента дела стали совсем плохи.
— Миллион в месяц вас устроит?
— Миллион… — Удивился Фёдор. — Мы таких денег уже давно не видели. Конечно, устроит.
— Тогда договорились. — Я протянул Фёдору руку, и он пожал её.
Когда мы вышли из машины, трое бойцов уже уехали, остался лишь главный. Они отправились приводить в чувства поломанного, но живого, а нам оставили всех мертвяков.
«Спасибо за подарочек…»
Главный из группы, наконец, снял маску. Он оказался обычным таким мужиком. Лет тридцать пять на вид, добродушные ямочки на щеках. Светлые волосы. Я ненароком улыбнулся, когда увидел его лицо. Контраст бросался в глаза. Не верилось, что этот мужик способен на такие вещи, что пятнадцать минут назад творились в
