маги. Перед смертью она сказала мне, что это не выдумка и что мне сможет помочь Виктория из старшей школы магии. Мама покинула этот мир. Но я иногда общаюсь с её душой. Раньше я не выделялась, училась с ровесниками. Мы боялись, что моих способностей начнут бояться. Но тут пришло время раскрыться. И, узнав о моём таланте, меня тут же перевели к вам.
– И как я могу помочь? – я была напряжена, как, впрочем, и близняшки.
– Нам нужно отправиться на приём.
– Кто нас туда пустит?
– Мы сделаем это в астральных телах. Мы просто помешаем принцу! Чтоб он не винил принцессу Ким.
– Интересненнько. Сколько раз ты выходила в астрал? – спросила я, которая никогда не пробовала.
– Редкие магистры способны на такое, – заметила Алёна.
Я легко различала сестёр по небольшим деталям – в классе я одна умела это делать. У Алисы был более круглый подбородок, а у Алёны он был острее, и, когда Алиса улыбалась, у неё появлялись ямочки на щеках, а у сестры – нет. Но это я заметила со временем. Сначала девочки открыли мне секрет: у Алёны на руке был шрам. В детстве она хотела прочитать мысли собаки, а та укусила её за руку. И первое время я различала их только по этому шраму. Позже заметила и другие детали. Например, у Алёны были более острые брови, когда она удивлялась. Вот и сейчас это было заметно.
– Никогда, – вздохнула Полина, – Но мы объединим наши силы, и всё получится.
– Я читала про астральные миры. И пишу по ним доклад на конференцию. В них легко заблудиться. Это опасно!
– Ты многое знаешь. И у тебя достаточно сильная магия. Моя магия усилит твою. Девочки будут контролировать происходящее. – Полина посмотрела на сестёр.
– Что-то мне во всё это не верится, – сказала Алёна.
– А мне интересно попробовать, – с горящими глазами воскликнула Алиса.
– Не разделяю твой энтузиазм, – покачала головой я.
– Пожалуйста! Это важно для всех нас и для нашего мира.
Через телепатическую связь мы услышали незнакомый женский голос:
– Моя дочь не обманывает вас. Меня зовут Елена Штраус. Это действительно критическая ситуация. Только вы можете помочь.
– Я читала о Вас. Вы практиковали выход в астрал и были приближены ко двору. Королева часто общалась к Вам за советом.
– Всё верно. Мы были подругами.
– Простите, а то из-за чего вы умерли… связано с выходами в астрал? – бестактно поинтересовалась Алёна, но я поняла, что она волнуется за меня.
– Нет. Никак не связано, – спокойно ответил голос Елены.
Некоторое время мы молчали.
Я посмотрела на Полину и увидела в её глазах сияние надежды.
– Хорошо, мы попробуем, – решила я.
Голос Елены проинструктировал нас, как вести себя в астрале.
– Перед входом вы почувствуете жжение в груди. Не расцепляйте руки, это физическое ощущение даст ваша нить Ариадны, ваша нить домой, – закончила мать Полли.
Мы должны были лечь на пол. Но перед этим пришлось разобрать вещи близняшек и многочисленные журналы моды для девочек, которые они так любили.
– Когда-нибудь я их сожгу, – ворчала я.
– Ну, Вик, ну, не ворчи. Ты сама иногда берёшь их почитать.
– Ладно, займёмся делом.
Я и Полли устроились на полу. Полли легла слева от меня. Как объяснила Елена, слева – энергия жизни, справа – энергия смерти. Поэтому Алёна должна держать за левую руку Полли до самого возвращения наших душ из астрала. Задача Алисы – следить, чтобы в комнату никто не вошёл, ведь выходы в астрал школьникам строго запрещены (за это могли исключить!).
Мы с Полли закрыли глаза. Я начала вглядываться в темноту, мысленно представляя, как дух отделяется от тела и стремится вверх. Если вы думаете, что для магии нужны какие-то заклинания, то вы ошибаетесь. Достаточно силы мысли. Чем лучше вы представляете желаемое, тем лучше результат. Главное оружие любого мага – визуальный образ, поэтому первое, чему учат в школе магии – это изобразительное искусство.
Мы пролежали так несколько минут. Постепенно во тьме стали появляться бледно-голубые буквы. Затем они стали гореть ярким синим светом, как неоновые. Надпись шла по кругу на каком-то древнем языке. Елена предупреждала нас об этом. По её словам, надпись означала «Здесь есть граница миров».
В груди появилось жжение, будто на неё поставили что-то горячее. Я почувствовала, что меня тянет куда-то вперёд, проваливалась во что-то мягкое и зажмурилась.
– Можешь открыть глаза, – сказала Полли.
Я открыла и увидела большой светлый холл. На стенах было много зеркал в золотых старинных рамах, а потолок подпирали многочисленные колонны, расписанные золотыми узорами. Узоры напоминали журавлей. Ощущения были странные, необычные. Будто сон, в то же время – слабость, как во время болезни, и ощущение тошноты.
– Пошли, – скомандовала маленькая волшебница.
Но мы не шли: мы стали плавно двигаться, точно плыть.
Перед нами появилась парадная лестница с золотыми ступенями. Оказалось, что мы были на втором этаже. Внизу лестницы стояло много гостей – видимо, в ожидании приглашения наверх.
– Смотри, это принц!
Полли указала на молодого человека. Он сидел недалеко от нас на мягкой софе, обшитой красным бархатом. От гостей его скрывала одна из колонн. Он был напряжённо задумчив.
– Идём к нему, – Полли потянула меня за руку, не дав собраться с мыслями.
Мы приблизились принцу Глебу, которого я раньше видела только по Интернету или в журналах. Но вдруг я заметила, что лицо молодого человека будто из воска; у него не было глаз – как у манекенов из торгового центра.
Мы посмотрели вниз: люди у лестницы тоже не шевелились. Спустившись, мы убедились, что гости тоже похожи на манекенов.
– Мы попали в какой-то другой мир. Возможно, не до конца закончили переход, – предположила я.
– Надо возвращаться в исходную точку и пробовать снова.
Мы вернулись на второй этаж. Я вновь посмотрела на принца. Вдруг с его лица осыпался песок, и стало видно глаза. Он резко встал. Его дерганье напоминало движения плохо смазанного робота. Он прошёл мимо нас, повторяя одну фразу: «Я люблю Ким».
Мы поспешили на то место, где появились в этой реальности, и встали в исходные позиции. Полли взяла меня за руку. Мы закрыли глаза.
– Полли, тебе надо почувствовать руку Алёны. Так мы найдём путь домой.
– Хорошо.
Вскоре я опять увидела синие буквы и почувствовала жжение в груди. «Главное, крепче держать руку Полли», – думала я.
Ощущение провала. «Можно открыть глаза». Открываю. Я нахожусь в том же холле дворца. Но свет приглушён. Колонны уже не величественно, а грузно поднимаются вверх. Я одна. Полли нигде не видно.
