У царя-полуварвара была дочь, цветущая, как самые цветистые его фантазии, пылкая и властная, подобно ему самому. Как бывает в таких случаях, он в ней души не чаял и любил ее больше всех на свете. В числе его придворных был некий молодой человек, чья благородная кровь и низкое положение ставили его в один ряд с традиционными романическими героями, влюбленными в дочерей самодержцев. Эта дочь самодержца была вполне довольна своим возлюбленным, ибо красотой и смелостью он превосходил всех в государстве, и любила его с жаром, который благодаря известной доле варварства был на редкость жгучим и сильным. Их счастливая любовь длилась много месяцев, пока однажды это не стало известно царю. Он не мешкал и не колебался касательно того, как надлежит поступить. Юношу незамедлительно ввергли в узилище; был назначен день его испытания на царской арене. Это, конечно, являлось особо значительным событием, и государь, как и весь его народ, был страшно заинтересован ходом и развитием испытания. Подобного прежде не случалось никогда; испокон веков ни один подданный не осмеливался полюбить царскую дочь. В последующие годы это стало явлением достаточно заурядным, тогда же было новым и поразительным.
Клетки всего царства проверили в поисках самых диких и безжалостных зверей, из которых надлежало выбрать для выхода на арену наиболее свирепое чудовище; многочисленные юные красавицы подверглись осмотру компетентных судей, дабы молодой человек получил достойную невесту, если только судьба не уготовит ему иной удел. Разумеется, все знали, что обвинен юноша не напрасно. Он любил царевну, и ни он, ни она, ни кто-либо еще даже не подумал это отрицать, но и царь не подумал как-либо вмешиваться в ход судилища, доставляющего ему столь великое наслаждение и удовлетворение. Какова бы ни оказалась развязка, от юноши избавятся, а царь получит эстетическое удовольствие, наблюдая за ходом событий, которые определят, совершил ли молодой человек преступление, когда позволил себе полюбить царевну.
Пришел назначенный день. Огромные галереи были до отказа набиты людьми местными и прибывшими издалека; толпы тех, кому не удалось войти внутрь, сгрудились вокруг стен. Царь и придворные расселись по местам напротив двух дверей - роковых порталов, страшных своим сходством.
Все было готово. Подали знак. Дверь под престолом отворилась, и возлюбленный царевны вышел на арену. Его, рослого, красивого, светловолосого, встретил гул, исполненный восхищения и тревоги. Половина зрителей не знала, что среди них живет такой великолепный юноша. Неудивительно, что царевна его полюбила! До чего ужасно, что он здесь!
Проходя по арене, юноша согласно обычаю повернулся поклониться государю; но думал он не о царе: взор его был прикован к царевне, сидящей по правую руку отца. Не будь ее природа наполовину варварской, вероятно, она и не пришла бы; но ее страстная, горячая душа не позволяла ей обойти своим участием событие, столь сильно ее интересующее. После оглашения указа о том, что ее возлюбленный должен решить свою судьбу на царской арене, она ни днем, ни ночью не думала ни о чем другом, кроме этого великого события и многого, с ним связанного. Обладая большей властью, большим влиянием, большей силой характера, чем кто-либо иной, ранее оказывавшийся в подобном положении, она свершила то, чего не удавалось никому другому: узнала тайну дверей. Она знала, в каком из помещений за этими дверьми находится клетка с тигром, а в каком ожидает невеста. Сквозь эти толстые двери, плотно занавешенные изнутри шкурами, никакой звук, никакой знак не мог дойти к тому, кто приблизится поднять засов на одной из них; но золото и сила женской воли открыли царевне тайну.
И она знала не только, в каком помещении пребывает невеста, готовая выйти, зардевшаяся и сияющая, если отопрут ее дверь, - знала царевна и то, кто она. В награду обвиненному, буде он окажется оправданным, назначена была одна из самых красивых и пленительных придворных девиц, и царевна ее ненавидела. Она часто замечала, или ей казалось, что замечала, как это прелестное существо бросает восхищенные взгляды на ее возлюбленного, и порою ей сдавалось, будто взгляды эти не были оставлены без внимания. Время от времени она видела, что они разговаривают - лишь мгновение-другое, но и за краткий срок можно сказать многое; быть может, речь шла о сущих пустяках, но откуда ей знать? Девушка была очаровательна, однако она дерзнула поднять глаза на возлюбленного царевны; и всей густотой дикарской крови, унаследованной от бесчисленных предков, варваров в полной мере, царевна возненавидела ту, что сейчас дрожала и рдела за безмолвною дверью.
Когда возлюбленный повернулся, взглянул на царевну, сидевшую бледнее и белее кого-либо в безбрежном океане взволнованных лиц, и взоры их встретились, он увидел - благодаря той силе быстрого постижения, которая дается тем, чьи души слились воедино, - что ей ведомо, за какой дверью кроется тигр, а за какой стоит невеста. Он и ждал, что она будет знать. Он понимал ее характер, и душа его была уверена, что царевна не успокоится, пока не уяснит себе то, что скрыто ото всех других зрителей, даже от царя. Единственное, на что мог надеяться юноша, было, при всей своей невероятности, то, что царевне удастся проведать тайну; и, едва посмотрев на нее, он понял, что удалось.
И тогда его быстрый, нетерпеливый взор спросил: "Которая?" Ей это стало ясно, как если бы он прокричал вопрос полным голосом. Нельзя было терять ни мгновения. Вопрос занял один миг; ответ не мог быть дольше.
Ее правая рука лежала на барьере, покрытом подушками. Быстро, едва заметно она двинула рукой вправо. Это видел только ее возлюбленный. Все другие взоры были прикованы к человеку на арене.
Он повернулся и твердым, стремительным шагом пересек пустое пространство. Каждое сердце замерло, каждое дыхание пресеклось, каждый взор жадно впился в него. Без малейшего колебания он подошел к правой двери и отворил ее.
И вот в чем суть рассказа: кто вышел наружу - тигр или невеста?
Чем больше размышляешь над этим вопросом, тем труднее на него ответить. Он требует изучения человеческого сердца, он вовлечет нас в извилистые лабиринты страстей, выбраться откуда нелегко. Подумай об этом, любезный читатель, однако так, словно решение зависело бы не от тебя, но от пылкой царевны-полуварварки, чья душа доведена до белого каления пламенем отчаянья и пламенем ревности. Она его потеряла, но кто его получит?
Как часто, наяву и в сновидениях, она вздрагивала от дикого ужаса и прятала лицо в ладонях при мысли о том, что ее возлюбленный отворяет дверь, по ту сторону которой дожидаются беспощадные тигриные клыки!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
