хотя бы на свой день рождения! Ты ведь не робот!
Я понимаю, что подруга права, но не могу отключить свои мысли.
— Давайте зажжём свечи, — вдруг предлагает мама и быстро достаёт откуда-то спички.
Мама с энтузиазмом пытается зажечь всю эту красоту, но вижу, что ей сложно.
— Настя! Загадывай! — подбадривают меня родные. — Чтобы все твои мечты сбылись!
Тихо шепчу про себя: «Чтобы проект удалось закончить», — и внутренне стыжусь этих слов. Разве можно так эгоистично думать, когда вокруг столько тепла и любви? Моя семья совершенно невиновата в том, что я застряла под давлением работы.
Свечи гаснут с лёгким негодованием. Все аплодируют, а мне по-прежнему кажется, что мой начальник сидит за столом в уголке, требуя от меня отчётов.
— Откуда деньги на отпуск? — неожиданно спрашиваю, обводя комнату взглядом.
Это вопрос, который у меня на самом деле вырывается из ниоткуда.
— Это подарок от всех нас, — недоумевающе отвечает мама, и я вижу её гордость.
В душе начинает тлеть неуверенность. Как я могу себе позволить отпуск, если на кону счастье моей семьи?
— Спасибо, очень приятно, — выдавливаю я. — Но, может, лучше вернуть? Деньги нам нужнее…
Но потом закрадывается маленькая мысль: «А может, пора всё-таки вздохнуть и разрешить себе немного счастья?»
— Не говори глупостей, — строго произносит мать. — Здесь никто не даст мне соврать, ты уже много лет работаешь на износ, чтобы помогать нам. Но пришло время выдохнуть. И вообще, я внуков увидеть хочу. А с твоей работой я до них не доживу.
Становится не по себе. Мама права. Да, с такой работой я не вижу ничего вокруг себя. Мне некогда ходить развлекаться, некогда, да и что уж там, не за какие деньги куда-нибудь съездить, чтобы отдохнуть.
— Настя, сестрёнка, — Мариша обнимает меня. — Поезжай, ты заслужила. Мы справимся.
— Ты такая умничка…
Я пытаюсь улыбнуться, но внутри меня всё сжимается. Я не знаю как сказать, что вся эта радость перечёркивается долгом. Он маячит передо мной, словно непрошенный гость на празднике.
Отвожу взгляд в сторону. Внутренние противоречия разгораются с новой силой.
С одной стороны, мечты о просторах моря и ярком солнце, с другой — тревога из-за проекта, который должен принести хороший бонус.
— Давай, просто съезди, — Татьяна не унимается. — Ты же понимаешь, что Сёме только дай волю, он тебя на цепь посадит. Только вот все плюшки он себе заберёт. Ну же, море ждёт тебя! Позволь себе отправиться в мир новых эмоций! Мы так старались, чтобы подарить тебе это путешествие.
Я вздыхаю, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Вспоминаю, каково это — быть счастливой, пусть даже на мгновение. Смотрю на подругу с благодарностью и медленно киваю.
— Хорошо… я подумаю, — наконец, произношу я, и на мгновение в сердце загорается маленький огонёк надежды.
***
Утро выдаётся серым и дождливым, но я решительно направляюсь в офис. Сердце колотится в груди, но я заставляю себя чувствовать уверенность.
Вчерашний праздник оставил приятное послевкусие, но мысли о предстоящем разговоре с Семёном Витальевичем сжимают меня, как тиски.
Я открываю дверь и сразу ощущаю напряжение в воздухе.
Коллеги занимаются своими делами, но будто чувствуют, что грядёт буря. В самом углу, у окна, стоит Семён. Смотрит на меня с недовольным выражением лица.
— А вот и наша звезда! — с сарказмом встречает он меня. — Поздравляю, что успела добраться. Я ожидал увидеть тебя пораньше.
Я, стараясь скрыть волнение, просто кидаю ему приветственный взгляд и иду к своему столу. Открываю проект, но не успеваю начать работу. Начальник продолжает:
— Знаешь, мне не нравится, когда сотрудники уходят домой, недоделав работу.
Я заставляю себя сдержать глубочайший вздох. Внутренний страх виснет на моей шее, как камень. В груди закипает недовольство, и я тихо произношу:
— Я не обязана задерживаться, особенно когда планировала свой день рождения с родными.
Но Семён неумолим:
— Не забывай, кто здесь начальник. В твоём положении — уволить всегда проще, чем держать на работе бездельницу.
Эти слова ударяют меня, как молния. Я не могу позволить ему запугать себя, хотя внутри накатывает паника. Отвечаю, стараюсь звучать твёрдо:
— У меня есть право на отпуск. И даты уже давно утверждены. Я уезжаю сегодня вечером и не собираюсь задерживаться допоздна.
Семён кривит губы, а в его глазах вспыхивает раздражение:
— Если уедешь, не рассчитывай вернуться! Можешь сразу собирать свои вещи.
Угрожающий тон, но внутри меня как будто пробуждается стержень, который давным-давно потерялся:
— И по какой же статье вы меня уволите? По собственному я не уйду, — твёрдо заявляю. — Хотите сократить, давайте! Но готовьте все выплаты, что мне положены по закону.
Собственный голос звучит как чужой. Неужели это я?
Семён ничего не отвечает. Злобно зыркает и уходит в свой кабинет, громко хлопнув дверью. Слышу перешёптывания коллег, но никто не вмешивается.
Спокойно дорабатываю до конца рабочего дня и уезжаю домой.
Собрав свои вещи, я быстро выкатываю чемодан к выходу. Скидываю ненавистный офисный пиджак и сразу чувствую себя гораздо легче.
Всё кончено!
Уставшая, но взволнованная, я еду в аэропорт.
В аэропорту настроение меняется на взвинченное. Я мечусь из одного терминала в другой, следуя указателям, но они, кажется, ведут только в никуда.
Толпа, гудение, крики, а я теряюсь в этом шуме, как маленький ребёнок.
Внезапно я натыкаюсь на огромную мужскую фигуру. Резкое движение, и я смотрю вниз — на белоснежную рубашку, испачканную кофе. Моя кровь стынет от ужаса.
— О боже, мне так жаль! — вырывается у меня, когда я поднимаю взгляд.
Мои глаза останавливаются на симпатичном мужчине с ухоженной бородой и строгим выражением лица. Он кажется мне знакомым, но неузнаваемым и властным. Страх накатывает вновь.
Его тёмные, почти чёрные глаза излучают уверенность. Загадочный блеск зрачков будто источает угрозу. Сжимаюсь в комочек:
— Простите, я совсем не хотела… Я тороплюсь, надо… — я не знаю, что сказать, ком в горле мешает.
Мужчина, не сводя с меня глаз, молча выбрасывает свой недопитый кофе.
Подумав о полном провале дня, в который я вложила все свои надежды и мечты, я резко оборачиваюсь и уношу ноги прочь. Оставляю незнакомца в недоумении и с запачканной рубашкой.
Страшно до жути, слышу позади низкий голос и молюсь, чтобы это был не он.
Не знаю, что на меня нашло, никогда так не поступала. Но было
