Секунда молчания. Пенеола подняла глаза на помощника и тот отрицательно покачал головой.
— Капитан, Марк отключил гравитационное поле. Он удаляется от корабля, — доложил один из лейтенантов.
— Какой у него запас кислорода? — спросила Пенеола, продолжая смотреть на помощника.
— Еще на тринадцать минут, — ответил Морн.
Никто не может принять решение за капитана корабля, пока он жив. Бремя ответственности всегда лежит на его плечах и это его совесть чаще всего оказывается измазанной чужой кровью.
Пенеола закрыла глаза и задержала дыхание.
— Запускай двигатели, Морн.
— Да, капитан, — послышался сдавленный голос помощника.
Глухой гул и рывок. Еще одна прерванная жизнь. К этому нельзя привыкнуть. «К этому нельзя привыкать», — подумала про себя Пенеола и вновь обратилась к своему помощнику:
— Морн, ориентировочное время встречи со стрейдерами?
— Девятнадцать условных минут, капитан.
— Значит, времени у нас почти нет.
* * *
Поверхность луны, которую какой-то первооткрыватель обозначил на карте системы Амира как точку 3245J, была покрыта льдом. Атмосфера не пригодна для дыхания, температура — для существования. Спасательные капсулы — единственный шанс на выживание. Максимальная продолжительность сна в них — девятьсот дней. Достаточный срок для того, чтобы кто-то их нашел и еще более достаточной для того, чтобы кто-нибудь их раздавил или съел…
Они приземлились в одном из обледенелых кратеров и начали эвакуировать экипаж. Последним корабль должен был покинуть первый помощник. Пенеола терпеливо ждала, когда датчики сброса капсул по очереди начнут загораться на приборной панели. Кажется, почти все покинули корабль и остался один только Морн. Помощник явно колебался, стоя рядом со своим капитаном.
— Вам пора идти, — произнесла Пенеола.
— Капитан, разрешите остаться с Вами.
— Отклоняю Ваше прошение, Морн. Займите свое место в капсуле.
— Капитан…
— Морн, Вы слышали мой приказ! — повысила тон Пенеола.
— Капитан, я хотел сказать, что…
— Для меня тоже было честью служить вместе с Вами, — перебила его Пенеола и улыбнулась той частью лица, которая проглядывала сквозь черную стальную маску.
Морн в ответ покачал головой и отвернулся:
— Я не это хотел сказать.
— Идите, Морн. Времени не осталось.
— Я пережил их смерть и пошел дальше. А ты убила себя еще год назад!
Пенеола смотрела в спину удаляющемуся помощнику, пытаясь понять, почему он обратился к ней на «ты».
— Что за фамильярность, Морн!
— Ты вообще знаешь мое имя или для тебя значение имеет только фамилия?! — произнес Морн, останавливаясь.
— Я желаю Вам удачи, Морн, — ответила Пенеола.
— Паскудно осознавать, что женщина, которую любишь, не помнит твоего имени…
Металлическая дверь закрылась за его спиной, а Пенеола все продолжала смотреть на нее, будто выпала из реальности и вообще потеряла связь с настоящим. А потом она начала хохотать. Разве не прекрасный сегодня день для того, чтобы умереть?! Мир перевернулся с ног на голову! Урода смогли полюбить! И кто?! Тот, кто глядя на нее стоял как вкопанный несколько минут с перекошенным лицом? Атори Морн! А она полагала, что он в своем уме!
Из забытья ее вывел звуковой сигнал тревоги. Последний датчик сброса капсулы загорелся, и Пенеола запустила двигатели корабля, взяв курс на орбиту луны.
* * *
— В чем дело, майор?
— Извините, адмирал, у нас незваные гости.
— И такое бывает. Стрейдеры уже направили?
— Конечно, адмирал.
— Тогда продолжим. Когда Вы планируете завершить проект?
— Через месяц мы сможем транспортировать груз на Сайкайрус.
Внимание адмирала привлекло зрелище, разворачивающееся на экране голографического монитора на спиной майора. Интересно, что забыл этот пилотник в данном секторе?! Судя по корпусу, ему и без того хорошо досталось. Наверное, это очередные фанатики, полагающие, что умереть за Ассоциацию — самое великое, что они могут сделать в жизни.
Тем временем майор продолжал свой доклад и адмирал, в принципе, весьма внимательно его слушал.
— Что это за модель?!
— Извините?! — не понял майор, которого только что столь резко перебили.
— Кажется, это один из новых, — продолжал рассуждать адмирал. — На них устанавливают «силовые» поля, вместо плазменных.
— «Силовые»?!
— Технология предусматривает использование в качестве экрана силовое излучение, а не плазменное.
— Мы слышали о таких, но еще не встречали их.
— На передовой эти модели тоже редкость, — ответил адмирал. — Если сведения контрразведки верны, данные типы кораблей поступили на вооружение группам особого назначения сил Ассоциации всего месяц назад. Как вообще Вы его засекли?!
— Мы наблюдали за ним с момента его появления в нашем секторе.
— Значит, силовое поле было отключено.
— Вас интересует эта модель корабля, адмирал?!
— Да. Было бы неплохо доставить один образец в Центр.
— Дать «отбой» стрейдерам и выслать бомбардировщики?!
— И что они смогут?! — засмеялся адмирал. — Разве Ваши сканеры в данный момент его «ловят»?
Майор, сидящий напротив адмирала, поджал свои губы.
— Стрейдеры ведут его «визуально», — пояснил адмирал. — Только они способны при данном типе визуализации сбить его.
— Но, у нас есть камеры…
Адмирал приподнял свои брови и вопросительно посмотрел на майора:
— Вы, в данный момент, находитесь в рубке. А пилоты бомбардировщиков работают снаружи. Системы наведения их кораблей рассчитаны на слежение сканером, а не камерой. Лично я не знаком с теми людьми, которые смогли бы сбить «невидимый» на радаре пилотник в прямом бою. Может быть, Вы, майор, знакомы с ними?!
Мужчина, сидящий напротив адмирала, побагровел. Адмирал же подпер рукой свою голову и продолжил наблюдать за действиями пилота Ассоциации.
— Три стрейдера, — после недолго молчания произнес он. — Нужно быть совсем отмороженным, чтобы сунуться к ним на пилотнике.
— Он своих оставил на поверхности, — пояснил ситуацию майор.
— Оставил своих?! — переспросил адмирал.
— Выгрузил капсулы на поверхность луны. Мы не стали ничего предпринимать, рассчитывая получить информацию от этих выживших.
— И сколько их всего?!
— Мы подняли на борт двадцать одну капсулу.
— Значит, защищает своих… Редкость для Ассоциации. Нет, ну Вы гляньте, что он вытворяет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
