Читаем без скачивания Птицы в нашем лесу - Владимир Флинт

Интересно дятел с шишками управляется. Найдёт шишку поспелее и несёт её в «кузницу» — на дерево, где заранее облюбовал щель или трещину в древесине. Вставит дятел в эту щель шишку, обопрётся хвостом о кору дерева — и работает клювом, только чешуйки с шишки летят! А новую шишку принесёт, старую обязательно из щели вытащит и бросит. Целая гора шишек под такой «кузницей» накапливается.

Синица-гаичка серенькая, а шапочка на голове — чёрная. Клюв у гаички маленький, тоненький, не то что у дятла. Но и она тоже для гнезда дупло себе выдалбливает. Правда, для гнезда выбирает гаичка дерево гнилое, трухлявое. Знает: долбить его легче.

Осенью собираются гаички в небольшие стайки и кочуют по нашим лесам. Неутомимо обыскивают птички каждое дерево, каждый пень; ни одно насекомое не укроется от их зоркого глаза. Звонко раздаётся в лесу пересвист гаичек.

Поползень тоже гнездо в дупле делает, но дупла сам не выдалбливает — не умеет. Найдёт он чьё-нибудь старое, заброшенное дупло и поселится там. А чтобы кто чужой в дупло не забрался, замазывает поползень вход глиной, только узенькую лазейку для себя оставляет.

Поползень — нарядная птичка. Спинка у него серая, почти голубая, а брюшко и грудь — белые; от клюва через глаз чёрная полоска идёт. И ещё одна примета: поползень умеет по коре дерева вниз головой бегать. Никто из наших птиц так не может. Лазает поползень по дереву, разыскивает насекомых, которые под корой прячутся. От орешка или семечки поползень тоже не откажется.

Поползни, синицы и дятлы зимой в тёплые края не улетают.

Где много старых дуплистых деревьев, там можно увидеть сыча-воробья. Вообще-то сыч — это просто сова, только маленькая, с дрозда ростом. Мал сыч-воробей, да удал: нет от него спасения вредным грызунам — мышам лесным да полёвкам.

Днём сидит сыч-воробей неподвижно; прижмётся к коре дерева, его и не разглядишь. Будто сучок сухой. А ночью летает он среди деревьев, охотится.

Птенцов сыч-воробей в дупле выводит. Подрастут они в дупле, станет им тесно, выберутся наружу да вокруг дупла на сучках и рассядутся. Носят им родители мышей, едва успевают накормить: детей-то иногда до шести-семи штук бывает.

Есть в наших лесах и другие совы. Днём они тоже прячутся, а вечером, только солнышко сядет, вылетают на охоту.

Чаще всего у нас можно встретить ушастую сову. На голове у неё торчат пёрышки — совсем как маленькие ушки. Потому и зовут её — ушастая. Бесшумно летает ушастая сова в сумерках над лесными полянами, над вырубками. Только зазевалась мышь или полёвка — смотришь, и попала сове в лапы!

Гнезда ушастая сова сама не строит, занимает старые гнёзда сорок. В июне появятся в гнезде совята — белые, пушистые, беспомощные.

В ельнике

Там, где собрались густые ели, всегда, даже в самую жаркую погоду, прохладно, сыро. Солнечный свет не проникает сюда, и под деревьями царит полумрак. Не порхают здесь бабочки, не ползают гусеницы, не прыгают кузнечики. Потому и птиц в ельнике меньше: здесь труднее находить корм. Тихо в еловом лесу.

Где ельник, там и клесты. Так уж они, клесты, приспособились — еловыми семенами питаются. Потому и говорят: клёст-еловик.

Летит стайка клестов, перекликается звонкими голосами: «Кик… кик… кик!..» Как увидят ёлку, у которой вершина шишками увешана, сразу по ветвям рассыплются — и пошла работа! Схватит клёст шишку, оторвёт её клювом, прижмёт лапой к ветке и отворачивает чешуйку за чешуйкой, мелкие крылатые семена достаёт. Клюв у клеста крючком, как раз подходит для такого дела. По клюву и узнаешь его сразу. А если клюв не рассмотришь, окраска поможет: она у клеста яркая, красная.

А птенцов клесты выводят в любое время года, даже зимой. Было бы шишек много, было бы чем детей выкормить, а мороз не страшен.

Маленькая синичка-московка тоже ельники любит. Она на гаичку похожа, только сверху потемнее да на затылке пятно белое заметно. Гнездо московка в дупле устраивает, но сама долбить не умеет, занимает чужое, брошенное. Чаще всего дятлова квартира к московке переходит.

Московки, как и гаички, живут у нас круглый год. Трудно им приходится зимой — холодно и голодно, но они не унывают: целый день по веткам шарят, насекомых в коре деревьев отыскивают. Так хорошо услышать морозным утром звонкий, весёлый свист этих птичек!

Чижика все привыкли в клетке видеть. А на воле, в лесу его не сразу и заметишь: сам маленький, а живёт в вершинах высоких елей. И окраска зеленоватая, под цвет еловой хвои. Да и песенка у чижа тихая, в общем хоре птиц услыхать её не легко.

Для гнезда чиж ветку повыше выбирает. Гнёздышко маленькое, тёплое, плотное — точно рукавичка. Птенцов чижик выкармливает мелкими насекомыми.

На зиму чижи от нас не улетают; с осени кочуют они по садам, по перелескам, по опушкам, отыскивают семена ольхи, берёзы, сорняков разных. Здесь-то и увидеть их легче: сами на глаза попадаются.

Где людей мало, где лес глухой, там живёт самая большая сова — филин. Голос у филина громкий, гулкий. Если кто не знает его, может ночью в лесу испугаться. Потому и зовут ещё филина — пугач. А бояться-то и нечего. Филин только для ворон, сорок, дятлов и других птиц страшен.

Мало сейчас стало филинов, редко услышишь его голос. Охранять надо филина, не беспокоить, гнёзда не разорять.

Поближе к опушке, где свету и насекомых побольше, можно увидеть серую мухоловку. Незаметная это птица, окраска у неё скромная, серая, голос тихий, незвучный, да и двигается она мало — сидит на сучке, ждёт добычу. Пролетит мимо мушка или бабочка — сорвётся птица с сучка, клювом щёлкнет — и нет мушки!

Гнездо серая мухоловка устраивает в полудупле: выгниет, вывалится сук из ствола, и получится как бы полочка маленькая, сбоку — открыто, сверху — закрыто. На такой полочке и делает мухоловка гнездо: и свету много и от дождя укрыто.

Все птицы приносят человеку большую пользу. Одни — вредных насекомых и их личинок уничтожают, другие — мышей и полёвок ловят, третьи — семена сорняков поедают.