ужасно трясти. Открыв глаза, я поняла, что мы уже не в городе, а едем по размытой, грунтовой дороге. Вокруг простилались поля и колоски пшеницы то и дело бились о машину. Проехав какую-то деревеньку, мы остановились. Дальше дороги не было. Закинув рюкзак за плечи, я огляделась. Справа начинался лес, а слева и впереди был луг.
— Куда дальше? — спросил Саша. Он был на год старше меня и приходился родным братом Оле, они двойняшки. Шустрый, озорной парень, с хитрыми жизнерадостными глазами.
— А дальше нам туда, — указал Кирилл на тропинку, спускающуюся немного под уклоном и скрывающуюся в высокой траве, — нам до реки километр или полтора топать еще
Кирилл — парень Оли. Ему двадцать два. По сути, лидер нашей компании. Огромный шутник, к тому же спортсмен. Мне нравится его приятная улыбка и то, что на него можно положиться.
Солнце поднималось все выше, становилось все жарче. Хорошо хоть догадались взять с собой чистой воды. А то лимонад лимонадом, а облиться было бы нечем.
Вокруг очень красиво. Травы колышутся от дуновения ветра и походят на волны, особенно в дали. На этих волнах поднимаются, пестреют цветы. Кое- где по пути попадаются кустарники, напоминающие острова в бесконечном пестром море зелени. На небе нет ни одного облачка, ни птицы и, возможно, из-за этого оно кажется высоким, непреступным, необъятным и мертвым.
В голове крутится какая-то дурацкая мелодия, услышанная еще в машине. Она уже порядком надоела, но перебить ее другой не получается. Все идут, молча, разговор не клеится. Становится все жарче, тропинка петляет из стороны в сторону, что еще больше утомляет. Так мы и дошли до реки.
Присев в тени раскидистого дерева, мы блаженно вытянули ноги.
— Ох, вот это отдых — стирая пот, сказала я — никто не хочет искупаться, а то, кажется, у меня от жары все внутренности оплавились.
Все оказались не против. Только оказавшись в воде, мы поняли, что поторопились. Она оказалась холодной, не ледяной, но для наших распаренных тел было достаточно, чтобы мы также быстро вылетели из нее, как и прыгнули. После такого купания все сразу приободрились.
Там, где мы остановились, нам не очень понравилось. Спустившись немного вниз по течению реки, нашлось замечательное место для ночевки. Небольшая полянка в тени деревьев с хорошим подходом к воде и пологим бережком, отлично подходившим для того, чтобы позагорать.
Парни занялись установкой палаток, а мы осматриванием местности. Тропинка, по которой пришли, уходила в лес, и возможности пройтись по берегу не было. Дерево, росшее у самой воды, наклонилось слишком низко, и на ее ветке можно было удобно сидеть и смотреть в воду. Река настолько чистая, что можно рассмотреть, как маленькие рыбки снуют между камней. В водорослях рыбёшки собираются в стайки, и если кинуть в них камешком, то они вмиг разлетаются в разные стороны. А если долго стоять на одном месте, пескарики привыкают к тебе, подплывают и щекотят ноги плавниками. Это так забавно.
Мы разбрелись кто куда, после того, как разместились в палатках. Я легла поближе к воде. Жара практически спала. Легкие дуновения ветерка колыхали травинки, цветы, листву на деревьях, ласкали своим прикосновением кожу. На ромашку рядом со мной приземлилась пчелка. Я видела впервые ее так близко. Можно было рассмотреть её брюшко, головку. Она часто перебирает лапками, жужжит прозрачными крылышками. Я сорвала лист лопуха и поднесла его к глазам. Плотный, мясистый лист просвечивался на солнце, его прожилки, точно вены, покрывали всю его поверхность. Интересно.
Я перевернулась на живот. Все сейчас для меня казалось таким загадочным и интересным. Крутой противоположный берег был покрыт кустарником. У воды росла высокая, цветущая белыми бутонами- парашютами трава. Из воды кое-где выступали камни, и непослушная вода обтекала их, стараясь разрушить, перепрыгнуть. Она ударялась в них и перелетала маленькими струйками и капельками, создавая целый мини- каскад. У берегов по чистой глади бегали водомерки, оставляя за собой едва заметную рябь. На небе теперь проплывали облачка, воздушные, как зефирки.
На плед забежал муравей. Я хотела его раздавить, но передумала. Хорошенько вглядевшись в траву, у меня сложилось впечатление, что она кишит жизнью: маленькие жучки, муравьи, кузнечики. Он создали в траве свой собственный мир, экосистему, не нуждающуюся в цивилизации. В голову пришло сравнение с чудным миром из книг «Артур и минипуты.»
Я так увлеклась идеями о микромире, что совсем забыла про ребят. Едва обернувшись, я увидела Сашу. Он сидел под деревом. Возможно, мне показалось, но, когда я обернулась, он дернулся и повернул голову в другую сторону. Это что? Он наблюдал за мной?
День клонился к вечеру. Нужно было поужинать, мальчишки развели костер и подвесили котелок. Усевшись у костра, поедая свой нехитрый ужин, мы начали вспоминать истории из детства. Мы знаем друг друга очень давно. С Олей и Сашей мы жили в соседних подъездах, поэтому историй и приколов хватало. Так уютно было сидеть с друзьями, смотреть на языки пламени, угольки и угасающий закат. Искры с треском подлетали в небо, наверно хотели стать маленькими звездочками в нашей огромной вселенной.
Кирилл накинул Оле на плечи свою ветровку. Они обнимали друг друга и выглядели такими счастливыми. «Счастье заразительно» подумалось мне, но на душе стал грустно. В этот момент мне захотелось, чтобы меня тоже кто-нибудь обнял, хотелось смеяться, чувствовать, что я кому-то нужна.
Ребята отошли к реке. До нас с Сашей доносился их смех. Я посмотрела в их сторону. В тусклом холодном свете луны у воды стояло два силуэта. Они прильнули друг к другу. Кирилл наклонил голову, он что-то шептал ей на ухо, а потом поцеловал. Я отвела взгляд. Саша сидел напротив и подкидывал в костер щепки. Подперев голову рукой, он внимательно поглядел на меня.
— О чём задумалась? — спросил он, щуря глаза.
— Да так, ни о чем. Наслаждаюсь тишиной.
Мне не хотелось сейчас ни с кем говорить. Я желала раствориться в темноте, в костре, слушать, как стрекочут сверчки вот и всё. Я хотела спать.
— Ну, ладно, — он опустил голову и продолжил чертить веточкой на песке.
Наша парочка вернулась, и Оля подозвала меня к себе.
— Кирилл обещал завтра сюрприз для всех. Ты не обижаешься на меня?
— Нет. А должна?
Сейчас между нами почему-то стояла неловкость.
— Да, нет, мне просто показалось. Ты такая грустная. Значит, мне показалось?
— Да, тебе показалось. Я просто устала с дороги. Ладно, спокойной ночи, — я обняла ее и поцеловала в щеку. Все пора спать!
