бывшего носителя тела, я вспомнил, что это Маша. Моя одноклассница и соседка. У меня с ней дружеские отношения и ничего больше, хотя я чувствую, как в штанах напрягается при мысли о ней. Этот Ичиро явно неровно дышит к этой Маше, но никаких действий насчёт неё он не предпринимал, странно. Так и умер девственником, благодаря моему неожиданному перерождению. Обидно, наверное.
Ученики вокруг меня старательно переписывали текст с доски, а учительница Мицу сидела за столом и смотрела куда-то в пол. Готов поклясться, что она залипает в телефон, который не видно из-за стола.
Я снова развернул бумажку и начал писать ответ Маше:
«Всё в порядке, а ты переживаешь за меня?»
Я слегка постучал одноклассницу по спине тыльной стороной ручки. Отдал ей записку и проследил за реакцией.
Маша обернулась, улыбнулась и странно на меня посмотрела, словно что-то в моей внешности изменилось за последние несколько секунд. А она симпатичная, глаза карие, большая грудь, почти не уступающая объёмом учительской, при этом тонкая талия и острый носик.
Кажется, я веду себя слишком необычно для бывшего Ичиро Васильева и буду обречён в следующие несколько дней ловить странные взгляды от каждого встречного, это постоянная морока, когда перерождение закидывает тебя в уже сформированного человека.
Через пару мгновений и получил новую записку.
«Конечно, переживаю! Кто меня будет провожать домой со школы, если тебя вдруг отчислят за домогательства к учительнице⁈ Хе-хе, извращенец!:)»
В конце она нарисовала смеющуюся рожицу.
Прозвенел звонок. Школьники начали складывать свои тетради и учебники. Учительница Мицу поднялась из-за стола и отложила телефон на стол. Я так и знал.
— Завтра будет контрольная по теме блокирования и парирования, поэтому чтобы ни одного опоздания, ясно?
— Да, госпожа Мицу — хором ответила наибольшая часть учеников.
Я поднялся и убрал тетрадь в сумку. Заметил несколько одноклассников, которые с едкими ухмылками поглядывали на меня. Судя по надменным, издевательским взглядам, владелец моего тела не был здесь в почёте. Кажется, новая жизнь будет весёлой, и первое время придётся всем объяснить, что Ичиро, который был раньше, тот, что есть сейчас — это два совершенно разных человека.
Маша собрала свои вещи и подошла ко мне. Теперь я, наконец, могу рассмотреть её лицо получше. Белая чистая кожа, выразительные глаза, слегка стеснительная и кокетливая улыбка.
— Вот это ты выдал… — улыбнулась она — Пойдём быстрее, а то сейчас эти привяжутся — Маша взяла меня за руку и потащила на выход из класса.
— Кто привяжется?
Девушка быстро вывела меня из класса, в это время я слышал за спиной смешки одноклассников.
— Ты точно нигде головой не ударялся? — уже обеспокоенно спросила Маша — Может, тебе в медпункт надо?
Она приложила прохладную руку мне ко лбу.
Как бы я ни старался вести себя естественно, это всё равно не будет похоже на предыдущего Ичиро. Нужно придумать какую-то универсальную отмазку, чтобы объяснить изменение поведения.
— Всё нормально, просто вчера получил небольшое сотрясение… — отмахнулся я и осмотрелся в школьном коридоре, пытаясь понять, куда мне нужно идти — Какой там следующий урок?
— Чего⁈ Какое ещё сотрясение⁈ Ты в больницу ходил⁈ Зачем ты вообще пришёл в школу, если… — девушка так быстро начала закидывать меня вопросами, и сама же на них отвечать, что я не успевал и слово вставить.
От этого у меня начала болеть голова, и тогда я просто заткнул ей рот ладонью.
— Давай потише, и так голова болит, тут ещё ты орёшь в уши.
Сказать, что девушка была удивлена, это ничего не сказать. Она широко раскрыла глаза и уставилась на меня так, словно я ей под юбку заглянул.
— Бв-в-в р-б-в.
— Чего? — я убрал руку от её лица.
— Спасибо… — несколько секунд девушка смотрела на меня с немым вопросом, но ничего не сказала, затем вздохнула и продолжила:
— Это был последний урок, теперь идём домой. И обещай мне, что завтра ты останешься дома. Возьми справку в больнице, чтобы тебя освободили от занятия на пару дней хотя бы, ты очень странно себя ведёшь, а вдруг ещё хуже сделаешь своей голове?
Маша откинула тёмные распущенные волосы и решительно пошла к выходу, а я следом за ней. В голове потихоньку восстанавливались базовые воспоминания моего нынешнего тела. Планировка школы, знакомые люди, родители и враги.
Коридоры школы наполнились учениками. Я заметил, что у некоторых из них на плече были завязки с гербами. У одного был кот, у другого — дракон, у третьего — черепаха. Некоторые носили на плече что-то совсем иное — например, молния, цветок или водопад. Эти символы красиво вышиты на ткани, а у некоторых выгравированы на металлическом значке. Память Ичиро подсказала, что это фамильные гербы. Я взглянул на своё плечо: у меня ничего не было. Хотя я чувствую, что также принадлежу к аристократии.
Большинство учеников шли к выходу из здания, некоторые планировали остаться и ещё позаниматься, поэтому отправлялись в столовую на перерыв.
Мы с Машей вышли на крыльцо. Ослепительное, тёплое, весеннее солнце приятно пригревало, в воздухе чувствовалась прохлада и свежесть. Во дворе школы за красивой оградкой росло дерево с бело-розовыми листьями. Сакура.
Моя проводница ушла на несколько шагов вперёд. Я почувствовал тычок в спину. Машинально сделал шаг вперёд, оказавшись на лестнице чуть ниже, чуть не завалившись на одноклассницу.
— Жить надоело, Ичиро? — сказал парень из моего класса, один из тех, кто ухмылялся на уроке.
У него было странное телосложение. Вроде бы сильные руки, но при этом таз шире плеч.
В памяти почти мгновенно отыскал нужный раздел с «врагами». Передо мной Венцеслав Безногий — школьный задира, который на протяжении двух лет терроризирует Ичиро. То плюнет ему в обед, то при других учениках заставит его начищать свои ботинки… В памяти сразу всплыло не меньше двадцати подобных случаев, и это только навскидку.
— Я смотрю, это тебе жить надоело, Яйцеслав — я посмотрел ему в
