Когда я подошёл к воротам метров на пять, вспыхнул яркий свет и из динамика донеслось недружелюбное ворчание:
— Кого это принесло ещё?
— Измененный 1764.3.2, — ответил я.
Первые цифры — это мой порядковый номер. Вторая — номер серии. Изменённые третьей серии — новейшая разработка корпорации «Инсауро» Ну а третья цифра — номер модификации, такая модификация вообще только у меня наличествует, мне её индивидуально сделали, мол, давай зафигачим, а ну как не помрёт? В общем, можно было бы гордиться, если бы это было моей заслугой. Можно было бы похвастаться, если бы речь шла о навороченном гаджете, а не о моей сущности. Да и перед кем хвастаться — простые люди не поймут, а другим изменённым пофигу. Большинству из них, по-моему, вообще на все пофигу.
— Подойди к черте, — донеслось из динамика. Свет чуть притух, а слева от ворот в паре метров от стены засветилась голубоватым светом линия с полметра длинной. Я послушался, на стене в полутора метрах от земли напротив меня вспыхнул огонек сканера, пробежал по мне лучами того же цвета, что и линия, и погас.
— Шляются тут по ночам, — проворчал динамик. — Откуда идёшь и зачем?
— Открывай, — я проигнорировал вопрос и двинулся к воротам.
Я обозначился, мой номер есть в списках у стражников, и этого вполне достаточно, чтобы впустить меня за первые ворота — в шлюзовую камеру. Сканировать меня здесь — совершенно лишнее, всё равно сканер в шлюзе просканируют детальнее, а система охраны города, как только я назвался, сообщила стражнику кто я такой, когда и из каких ворот вышел, и ленивому уроду даже жопу от кресла отрывать не пришлось. Бесит! Не люблю стражников!
— Так с чем припёрся? — спросил динамик, а ворота тем временем и не думали открываться. Зато красный огонёк под глазком камеры, расположенной немного выше сканера, горел, значит, за мной продолжают наблюдать. Раздражение росло.
— Задание корпорации «Инсауро», — буркнул я и спросил, внезапно догадавшись: — Сканер показал, что со мной что-то не так?
— Нормально всё, — донесся голос из динамика, вальяжно так, будто какое-то одолжение мне делает.
— Так открывай! — издевается, что ли?
Что за натура такая у людей, что в этом мире, что в прежнем — как только почувствуют над тобой хоть какую-то власть, им обязательно нужно повыпендриваться?! Особенно это проявляется у мелких чиновников. Бе-сит!!
— Откуда припёрся такой красивый, спрашиваю? — глумливый голос из динамиков, ворота закрыты.
Вот с-сука! Я в одно мгновение рывком приблизил лицо вплотную к камере и рявкнул:
— Оттуда, где ты со страху обосрёшься, привратник!!! Открывай ворота и готовь рапорт на имя главы корпорации «Инсауро» о том, почему ты задержал агента корпорации со срочным заданием!
Из динамика донеслось какое-то бульканье, кашель, потом все резко оборвалось (видимо, микрофон догадался выключить), и створки ворот, наконец, пошли в стороны. Я, конечно, блефовал насчёт срочности задания, но при этом ничем не рискуя — проверить, насколько срочное у меня дело, полномочий хватит только у командира стражи Ньюхоума, барона Джоселуна, как, кстати, и возможность передать рапорт главе корпорации господину Авенгойру. А если этот баран-привратник притащат Джоселуну рапорт о собственном должностном правонарушении, тот, конечно, накажет придурка, но без особого запроса из корпорации, которого, по понятным причинам, не будет, отправлять ничего никуда не станет.
Когда проходил шлюзовую камеру, услышал приглушенную ругань:
— Какого хрена ты до него докопался, баран?! — вопрошал смутно знакомый голос.
— Он же из этих… они же не должны так… ээ… реагировать… — оправдывался голос, недавно раздававшийся из динамика.
— Изменённые, чтоб ты знал, вообще-то тоже людьми считаются!
«Ага, считаются!» — хмыкнул про себя я. — «Только вот далеко не всеми — многие нас больше за машины принимают, а если и за людей, то даже не второго, скорее, третьего сорта! Хотя, надо признать, насчёт машин… доля истины в этом присутствует».
— Хочешь, чтобы он, проходя мимо, «случайно» тебе на ногу наступил так, чтоб ты упал, а потом в попытке тебя поймать «случайно» сломал тебе руку в трёх местах? — продолжал нравоучения первый.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так они же это… им же нельзя… в смысле, не могут они …?
— Этот может! Всё, сгинь с глаз моих!
Сержант Рон встретил меня у выхода из шлюза — я участвовал с ним в одном деле совместно со стражей и узнал его сразу. Стража тогда кого-то ловила, контрабандистов, вроде, я особо не вникал (мне сказали, что серьёзной угрозы они не представляют даже для патрульных городской стражи, а я придан в усиление — я принял). Изменённые, работающие на корпорацию на постоянной основе, обязаны сотрудничать со стражей, всячески помогать и способствовать, впрочем, как и в обратную сторону. Помогать — да, любить и уважать — не обязательно! Хотя этот сержант — нормальный мужик, так сказать, с понятием. Мы тогда с ним послонялись по городским улицам, разговорились… в общем, к нему я никакой неприязни не испытываю, мы, наверно, даже могли бы стать с ним неплохими приятелями, если бы не случившееся под конец нашего совместного патрулирования происшествие.
Всё вроде было спокойно, даже шум облавы доносился издали — за несколько кварталов от нас. Я как раз рассказывал Рону очередной анекдот из жизни нашей армии и полиции, когда из переулка на нас вынеслось четверо абсолютно обалделого вида мужиков с оружием в руках. Вооружены, надо сказать, они были кто во что горазд: топоры, мечи, дубинки. И вместо того, чтобы броситься врассыпную, эти олухи не придумали ничего лучше, чем броситься с этим оружием на нас. Я в те времена ещё не до конца освоился со способностями своего нового тела, да и ошарашен был подобной встречей. Да что там ошарашен — я просто испугался, я ведь тогда ещё ни разу не дрался с людьми (в прежнем мире и в тренировочных спаррингах с другими изменёнными — не в счёт). В общем, я помог Рону задержать последнего, попросту оглушив ударом открытой ладони по затылку. А первых трёх изрубил не то чтобы в капусту, но стражникам потом пришлось разбираться, где от кого части лежат.
Рона от такого зрелища стошнило, да и меня тогда, подозреваю, от дела рук своих не вырвало только благодаря тому, что функции очистки в изменённом теле включаются по несколько иным алгоритмам. Короче говоря, приятелями мы с сержантом Роном не стали — да и какая уж тут дружба, когда он меня боится так, что, хоть коленки от страха и не трясутся, но к этому близко.
— Эээ… Искандер, ты это, извини, что так… — видно было, что Рону и правда неудобно за этот инцидент.
— Да ладно, — махнул я рукой. Злость уже отпустила, да и не вымещать же теперь на всех злобу из-за одного недоумка. — Проехали.
— Чего? А… ну, да. А, это, Искандер. Насчёт рапорта… обязательно?
— Тебе тоже влетит?
— Конечно, — вздохнул Рон и попытался почесать латной перчаткой закованный в панцирь загривок, потом сплюнул и продолжил. — Премии лишат, может, и взысканье наложат…
— Тогда забей на рапорт.
— Чего?
— Не надо, говорю, рапорт. Обойдусь.
— Ага. Спасибо, Искандер, а я этому… я его…
— Ага, научишь родину любить, — усмехнулся я.
— Чего?… а, ну да! — улыбнулся Рон.
— Ну, давай, привет семье!
На посту у входа в здание корпорации «Инсауро» меня встретил измененный, лицо смутно знакомое, что не удивительно — нас не так много, но имени его я не знаю, что тоже не удивительно — большинство из нас не слишком общительные ребята, и странноватых персонажей среди нас, мягко говоря, много. Он поприветствовал меня кивком — видимо, тоже узнал, я ответил ему тем же и пошел в свою комнату спать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В здании корпорации, точнее, комплексе зданий, было что-то вроде гостиницы или казармы. Сотрудники корпорации могли жить там абсолютно бесплатно, чем я и пользовался — жил, в смысле. Ведь пока я не рассчитаюсь с долгом перед этой самой корпорацией, я нахожусь у них на службе, на постоянном, так сказать, контракте, что, в общем-то, меня устраивает. Работа — не бей лежачего: постоять раз в неделю на одном из постов, сотрудничать со стражей, когда в этом возникает необходимость (у стражи возникает, разумеется), выполнять контракты — задания корпорации. За них, кстати, и не состоящие на службе у «Инсауро» изменённые (бывают и такие) частенько охотно берутся — платит корпорация за них неплохо.
