- И ты говоришь, что всё не настолько плохо? Теперь она может быть у любого. Хотел бы ты увидеть, что фляга попадёт в руки английскому королю? Понимаешь, какую опасность она собой представляет?
- Конечно, знаю. До этого не дойдёт, Адам, - оправдывался Цирцен. - Я наложил заклятье на флягу. Она не попадёт в чужие руки, потому что в момент, когда её обнаружат, она возвратиться ко мне.
- Заклятье? - фыркнул Адам. - Жалкое волшебство. Настоящий эльф запросто вытащил бы её из реки.
- Я не эльф. Я - шотландец и горжусь этим. Считай, нам повезло, что я вообще её заколдовал. Ты знаешь, что у меня нет нежных чувств к друидским штучкам. Заклятья непредсказуемы.
- Какое же хитрое заклинание ты выбрал, Цирцен? - голосом, как шелк, спросил Адам. - Ты правильно подбирал слова, не так ли?
- Конечно. Ты думаешь, я ничему не научился на прошлых ошибках? В то мгновение, когда ларец откроют, и фляги коснётся рука человека, она возвратится ко мне. Я наложил на неё заклятье очень точно.
- Кстати, ты уточнил, чтобы фляга прибыла одна? - неожиданно весело спросил Адам.
- Что? - Цирцен смущенно посмотрел на него.
- Фляга. Ты принял во внимание, что смертный, коснувшийся её, может быть перемещён вместе с флягой, если ты использовал связующее заклятье?
Цирцен закрыл глаза и потёр лоб.
- Ты использовал связующее заклятье, - вздохнул Адам.
- Я использовал связующее заклятье, - признался Цирцен. - Оно было единственным, которое я знал, - защищаясь, добавил он.
- И чья это ошибка? Сколько раз ты отказывался от чести учиться у моего народа? И ответ: да, Цирцен, человек будет перенесён связующим заклятьем. Обоих, и человека и флягу, доставят к тебе.
От разочарования Цирцен зарычал.
- Что ты сделаешь с человеком, когда он прибудет? - настаивал Адам.
- Расспрошу его, затем верну его домой со всей поспешностью.
- Ты убьёшь его.
- Знал, что ты это скажешь. Адам, возможно, он даже не поймёт, что это такое. Что, если невинный человек найдёт ларец, умываясь на берегу реки?
- Тогда, ты убьёшь невинного человека, - легко сказал Адам.
- Я не сделаю этого.
Адам поднялся с грациозной уверенностью змеи, готовящейся к смертельному броску. Он пересек пространство между ними и остановился в дюйме от Цирцена.
- Но ты это сделаешь, - мягко повторил он. - Поскольку ты по-дурацки наложил заклятье, недостаточно подумав о результате. Кто бы ни пришёл с флягой, он появится прямо посреди убежища тамплиеров. Твоё заклятье перенесёт его, невинного или нет, в место, где никто, кроме твоих беглых воинов не может нарушить границу. Думаешь, что ты сможешь просто отослать его со словами ‘счастливого пути' и ‘никогда не рассказывай об этом, незнакомец'? И кстати, пожалуйста, не забудь добавить, что ‘половина сбежавших тамплиеров околачивается в моих стенах, и не нужно соблазняться наградой за их головы', - Адам закатил глаза. - Так что ты убьёшь его, потому что ты поклялся жизнью, что возведёшь Роберта Брюса на трон. Тебе не нужен лишний риск.
- Я не буду убивать невинного человека.
- Или ты, или я. А ты знаешь, что у меня есть привычка играть со своей добычей.
- Ты замучишь невинного человека до смерти, - это не было вопросом.
- Ах, ты понимаешь меня. Выбор прост: или это сделаешь ты, или я. Выбирай.
Цирцен взглянул в глаза Эльфу. ‘Не ищи сострадания, у меня его нет', - вот, что он прочитал в них. После долгой паузы Цирцен склонил голову.
- Я позабочусь о человеке, принесшем флягу.
- Ты убьёшь его, - настаивал Адам. - Или я.
Голос Цирцена стал ровным и разъярённым.
- Я убью человека, который принесёт флягу. Но сделаю это по-своему. Безболезненно и быстро, и ты не будешь вмешиваться.
- Хорошо. - Адам сделал шаг назад. - Поклянись моим народом. Поклянись Туата де Даан.
- При одном условии. В обмен на клятву, которую я тебе дам, ты не будешь снова появляться на моём пороге без приглашения, Адам Блэк.
- Ты уверен, что действительно хочешь этого? - поджал губы Адам.
Цирцен снова, скрестив на груди руки, встал в свою угрожающую позу. Такой великолепный воин, тёмный ангел. Возможно, ты был бы моим самым могущественным союзником.
- Да.
Адам наклонил свою чёрную голову, насмешливо улыбаясь уголками губ.
- Пусть будет так, как ты просишь, Броуди, сын короля Брюса. Теперь клянись.
Вот так, чтобы спасти человека от болезненной смерти в руках эльфа, Цирцен Броуди опустился на колени и пообещал именем самого древнего народа в Шотландии, Таута де Даан, что он будет соблюдать свою клятву и убьёт человека принесшего флягу. Потом он вздохнул от облегчения, когда Адам Блэк, син сириш ду, самый тёмный эльф, исчез, чтобы никогда больше не появиться у Цирцена. Поскольку Цирцен вовсе не собирался приглашать его, живи он хоть тысячу лет.
Падение…
"Их поведу я там и сям.
Меня боятся здесь и там,
По городам и по полям
Веди их, дух, то здесь, то там!"
Шекспир. “Сон в летнюю ночь”
Глава 1
Наши дни
- ЭЙ! СМОТРИ КУДА ЕДЕШЬ! - ЗАКРИЧАЛА ЛИЗА вслед несущемуся Мерседесу, который, объезжая пустое такси, проехал в опасной близости от бордюра, где она стояла, окатив широкой полосой грязной воды её джинсы.
- Ну, так убирайся с дороги, идиотка! - вопил в свой сотовый водитель Мерседеса. Лиза была достаточно близко, чтобы услышать, как он сказал в телефон. - Нет, не ты. Она похожа на какую-то бездомную. Ты только подумай, какие мы платим налоги…
Его голос затихал по мере удаления машины.
- Я не на дороге! - завопила на него Лиза, натягивая бейсболку на лоб. Затем, его слова дошли до неё. Бездомная? - Господи, неужели я так выгляжу?
Она мельком взглянула на свои вылинявшие, поношенные, стёртые по краям, джинсы. Её белая чистая футболка, стала мягкой и тонкой от сотен стирок. Возможно, несколько лет назад купленный в сэконхенде дождевик видел лучшие дни, но он был длинным и оберегал от дождя. В её ботинке имелась дыра, но он не мог её увидеть, потому что она на подошве. Холодные лужи от недавнего дождя просочились в него, намочив носок. Поджав терпевшие неудобство пальцы ноги, она в очередной раз мысленно взяла на заметку заклеить скотчем ботинок. Ну, разве она похожа на бездомную? Она безупречно чиста, или, по крайней мере, была до того, как он со свистом пронёсся мимо.
- Ты не похожа на бездомную, Лиза, - возмущенный голос Руби прервал её мысли. - Он – напыщенный осел, который думает, что любой, кто не водит Мерседес, не имеет право на жизнь.
Лиза ослепила Руби благодарной улыбкой. Руби - лучший друг Лизы. Каждый вечер они болтали, вместе ожидая служебного автобуса в город, где Лиза работала уборщицей, а Руби пела в клубе в центре города.
