«На песчаных белых высях…»
* * *
На песчаных белых высях
Для тебя письмо я высек.
Разгадать посланье то
Не сумеет здесь никто.
Вникнуть в смысл того письма
Можешь только ты сама.
Так не медли же, иди,
Могут смыть его дожди...
Если минут встречи сроки,
Ветер выветрит те строки.
Встречи ждать со мной должна ты,
Ждать должна ты в час заката,
От зари до темноты…
Я не знаю сам — кто ты…
И таишься где, родная,
Милая, — того не знаю...
Кем ни быть тебе и где бы
Ни была, — с земли и с неба,
Из любой в подлунном мире
Выси, дали, глуби, шири —
Приходи и молви слово…
Для тебя письмо готово,
Что на горных белых высях
Для неведомой я высек.
1917
Перевод Л. Руст
ПОСЛЕДНИЙ СНЕГ
ПОСЛЕДНИЙ СНЕГ
Девушки смеются в переулках ближних,
Нынче я с улыбкой девичьей в ладу;
Как под каблуками зазвенел булыжник,
Я умылся снегом и легко иду!
Улица подобна девушке отважной;
Я с камнями улиц коротко знаком;
Улицам нет счету — я в гостях у каждой,
Городом заверчен, я верчусь волчком.
Девушки, ведь вы мне улыбнулись сами,
Опьянились тихим и прозрачным днем;
Хорошо мне снегом умываться с вами
Здесь, в благословенном городе моем!
1917
Перевод А. Голембы
«Вышел я нынче в зарю и в росу…»
* * *
Вышел я нынче в зарю и в росу.
Встречный, тебе свое сердце несу!
Ветви ломаются, шепчет трава.
Эх, озорная моя голова!
Улица, домик и низкий плетень —
Вышел сегодня я в солнечный день.
Гулко колеса стучат по камням,
Цокот копыт обгоняет меня.
Искры взлетают, дрожит синева.
Эх, озорная моя голова!
Птицы вокруг хлопотливо снуют,
Вьют торопливо очаг и уют.
Звонко щебечут о том и о сем.
— С ласковым утром! С ликующим днем!
Гнездышки ваши скрывает листва…
Эх, озорная моя голова!
Тихо стою на поляне пустой
И обрастаю шумящей листвой.
Птицы мелькают, звеня и кружась,
Каждый их щебет — привет и рассказ.
Полно, умолкните, птиц голоса!
Всё уже знаю и понял я сам.
Вышел я нынче в зарю и в росу.
Встречный, тебе свое сердце несу!
1917
Перевод С. Левмана
«На заре я был разбужен…»
* * *
На заре я был разбужен
Звонкой песней петушиной,
Росной россыпью жемчужин,
Свежестью рассветных глаз.
Словно каплю дождевую,
Ночь меня здесь обронила,
Окунулся в темноту я —
И заря меня нашла.
В ликованье побежали
Мне навстречу все дороги,
Понеслись безбрежных далей
Солнечные янтари.
И упал я, утомленный,
Словно капля дождевая,
И проспал, прильнув влюбленно
К сердцу алому зари.
И склоняюсь я, счастливый,
К солнцу, травам и дорогам,
Глаз один закрыт лениво,
Широко открыт другой.
Распростерся я дремотно
На горячем солнцепеке,
И гляжу я беззаботно
Вдаль и ввысь перед собой.
И вселенная, быть может,
Позаботится о юном,
Что лежит на жестком ложе,
С вольным ветром говоря.
В добрый час, предвестник алый
Благодатного рассвета!
Ночь меня здесь потеряла,
И нашла меня заря.
1917
Перевод С. Левмана
«Выйди утром в поле, брат мой…»
* * *
Выйди утром в поле, брат мой,
Будто на крыльцо.
Обувь скинь
И мни ногами
Землю
И дождю отдай лицо.
Дождем напейся вдосталь — и потом
На землю упади сырым листом.
Распахни свою рубаху
И прильни к земле душистой —
Тело к телу.
Так останься...
Выйди в город, брат мой,
И в ночи
Светом захлебнись
И новой волей.
Посреди вселенной
Прокричи:
— В поле золотом, в широком поле!..
1917
Перевод Д. Маркиша
«И молод день, и прям…»
* * *
И молод день, и прям,
И высь бурлит, блестя,
И ветерок упрям,
И я еще дитя!
И радость — в зовах дня,
И легок шаг и путь.
— Эй, ветер! Ты меня
Умчи куда-нибудь!..
Пестра, как праздник, даль.
Так что же из того,
Что жжет меня печаль
Порога моего?
И радость в зовах дня
Меня толкает в путь…
Кто б ни был ты — меня
Умчи куда-нибудь!
И молод день, и прям,
И высь слепит, блестя,
И ветерок упрям,
И я еще дитя.
1917
Перевод Д. Маркиша
«Утром пробуждаются сонные поля...»
* * *
Утром пробуждаются сонные поля...
Плечи расправляя,
От хлеба золотая,
Тихо раскрывается тучная земля.
Смотрит, щурясь зорко... Где-то вдалеке
Скирд ряды кривые, и сколько их — не счесть,
Словно убежавшие, от кого — невесть.
Вздыхает теплая земля,
И ветерок сонлив и тих.
Заря спустилась на поля
И снова усыпила их.
Но ветерок издалека
Откуда-то приходит,
С обрубком крика петуха,
С глухим обрывком рева
Медлительной коровы —
И шепчет колоскам,
В зарю одетым,
Что травы меж собой шушукаются где-то...
1917
Перевод Д. Маркиша
«Благословил деревья синий вечер…»
* * *
Благословил деревья синий вечер
И — отошел.
Прошелестев, скользнула тьма на землю —
Как черный шелк.
Идет
Со всех окраин ночь навстречу
Издалека, с небес, из-под земли,
И на груди безмолвно прячет вечер.
И исчезает с ним вдали.
И ночи всё вокруг внимает —
И человек, и лошадь, и трава...
Но шепчет ветерок едва-едва,
И машет небу мельница немая.
1917
Перевод Д. Маркиша
«Я не знаю, где я…»
* * *
Я не знаю, где я —
Дома ли,
Или, может, на чужбине…
Я бегу!
И распахнута рубаха.
Необузданный, ничей,
Свет смешал я с тьмой ночей.
Мчу сквозь судьбы и сердца —
Без начала, без конца…
Мое пенистое тело
Пахнет ветром, ветром дня.
«Миг» зовут меня...
Разбросав привольно руки,
Мир я обнимаю жадно,
И гляжу в немом восторге
Вдаль и ввысь перед собой!
Так, в распахнутой рубахе,
Разбросав привольно руки,—
Я не знаю, я не знаю,
Где мой дом, а где чужбина,
Я начало иль конец…
1917
Перевод Д. Маркиша
«Как только я встаю…»
