Несколькими неделями позже, в июле 1966 года, мне представилась возможность помочь Шриле Прабхупаде переехать в более респектабельный район, на Вторую Авеню. Мы с несколькими друзьями сложились и в одном доме сняли для него помещение бывшего магазинчика на первом этаже и квартиру на втором с окнами, выходившими в маленький дворик. Лекции и пение продолжались, и через две недели постоянные посетители, число которых быстро росло, уже могли платить ренту за магазинчик (к этому времени уже храм) и квартиру. Теперь Шрила Прабхупада учил своих последователей печатать и распространять листовки, а владелец фирмы грамзаписи предложил ему записать долгоиграющую пластинку с пением Харе Кришна. Он согласился, и она имела грандиозный успех. На новом месте он учил пению мантр, ведической философии, музыке, джапа-медитации, рисованию и кулинарии. Вначале готовил он — он всегда учил собственным примером. В результате получались самые удивительные вегетарианские блюда из всех, какие мне когда-либо доводилось пробовать. (Шрила Прабхупада даже раздавал все эти блюда сам!) Обычно трапеза состояла из риса, тушеных овощей, чапати (пшеничных плоских лепешек, напоминающих маисовый хлеб) и дала (приправленного специями супа из мунг-бобов или колотого гороха). Пряности, топленое масло (ги), на котором все готовилось, строгое соблюдение температурного режима и т.д. — все вместе придавало блюдам вкус, прежде неизвестный мне. Мнения других об этой пище, называемой прасадом («милостью Господа»), полностью совпадали с моим. Сотрудник Корпуса Мира, который был также филологом-китаистом, учился у Шрилы Прабхупады живописи в классическом индийском стиле. Я был поражен высоким уровнем его первых холстов.
Во владении логикой Шрила Прабхупада не знал себе равных и был неутомим в философских дискуссиях. Ради дискуссий, которые иногда длились по восемь часов подряд, он даже прерывал свою работу над переводом. Временами в его маленькую, безукоризненно чистую комнату, в которой он работал, ел и спал на поролоновом матраце двухдюймовой толщины, втискивалось семь или восемь человек. Шрила Прабхупада постоянно говорил о том, что он называл «простой жизнью и возвышенным мышлением», и демонстрировал это на собственном примере. Он все время подчеркивал, что духовная жизнь — это наука, которую можно обосновать и доказать логически, ее нельзя строить на одних сентиментах или слепой вере. Он начал издавать ежемесячный журнал, и осенью 1966 года «Нью-Йорк Таймс» напечатала о нем и его последователях благожелательную статью с фотографиями. Вскоре после этого группа с телевидения сняла материал для программы новостей.
Шрила Прабхупада был человеком, одного знакомства с которым было достаточно, чтобы перевернуть всю жизнь. Шло ли это от моего желания извлечь для себя какую-то пользу от занятий йогой и пения мантр или всего лишь от моего детского восторга перед ним, но я понял, что хочу идти все время рядом с ним по его пути. Его планы могли показаться дерзкими и непредсказуемыми, если не принимать в расчет того, что они, похоже, всегда увенчивались успехом. Ему было семьдесят лет, и он приехал в Америку, не имея практически ничего, и вот теперь, всего через несколько месяцев, без всякой поддержки он положил начало движению! Это не укладывалось в голове!
Однажды, августовским утром в храме на Второй Авеню Шрила Прабхупада сказал нам: «Сегодня день явления Господа Кришны». Мы должны были поститься весь день и находиться в храме. По случайному совпадению этим вечером на храм набрели несколько гостей из Индии. Один из них чуть не плача выражал свой неудержимый восторг по поводу того, что на другом конце света обнаружил этот маленький кусочек настоящей Индии. Никогда, даже в самых фантастических снах, он не мог вообразить себе такого. Он рассыпался в похвалах Шриле Прабхупаде, выразил ему свою глубокую признательность, оставил пожертвование и припал к его стопам. Это произвело на всех очень сильное впечатление. Потом Шрила Прабхупада беседовал с этим джентльменом на хинди, и, несмотря на то что я не понимал, о чем они говорили, я видел, что каждое его слово и каждый жест доходили до самой глубины человеческой души.
В том же году, позднее, находясь в Сан-Франциско, я выслал Шриле Прабхупаде его первый авиабилет, и он вылетел из Нью-Йорка. На встрече в аэропорту собралась довольно большая группа людей и приветствовала его пением мантры Харе Кришна. Потом мы отвезли его к восточной границе Голден-Гейт-парка в только что снятую квартиру и храм-магазинчик — обстановка здесь очень напоминала ту, которая была в Нью-Йорке: у нас уже сложился свой стиль. Шрила Прабхупада был в восторге.
Несколько недель спустя в Сан-Франциско из Индии прибыла первая мриданга (удлиненный глиняный барабан с мембранами с обеих сторон). Когда я поднялся к Шриле Прабхупаде и сообщил об этом, он широко раскрыл глаза и взволнованным голосом велел мне скорее спуститься и распаковать посылку. На лифте я спустился на первый этаж и уже направлялся к выходу, когда появился Шрила Прабхупада. Его желание увидеть мридангу было так велико, что он сбежал по лестнице, обогнав лифт. Он попросил нас распаковать посылку, оторвал кусок от своей шафрановой одежды и, оставив открытыми лишь мембраны, обернул мридангу этой тканью. Затем он сказал: «Это никогда нельзя снимать», — и начал подробно объяснять нам, как играть на этом инструменте и ухаживать за ним.
Там же, в Сан-Франциско, в 1967 году Шрила Прабхупада положил начало празднованию Ратха-ятры, праздника колесниц, одного из праздников, которые благодаря ему теперь отмечаются во всем мире. Ежегодно в течение двух тысяч лет Ратха-ятра проводилась в Индии, в Джаганнатха-Пури, а к 1975 году этот праздник стал так популярен среди жителей Сан-Франциско, что мэр города выпустил официальное воззвание «День Ратха-ятры в Сан-Франциско».
К концу 1966 года Шрила Прабхупада стал принимать учеников. Прежде всего он подчеркнул, что никто не должен считать его Богом, но к нему следует относиться как к слуге Бога. Он осудил самозванных гуру, позволявших своим ученикам поклоняться им как Богу. «Эти «боги» — дешевка», — часто говорил он. Однажды кто-то спросил его: «Вы — Бог?» Шрила Прабхупада ответил: «Нет, я не Бог, я — слуга Бога». И после минутного раздумья продолжил: «Фактически я даже не слуга Бога. Я только стараюсь стать слугой Бога. Быть слугой Бога не так-то просто».
В середине семидесятых годов переводческая и издательская деятельность Шрилы Прабхупады резко усилилась. Ученые всего мира засыпали его благожелательными отзывами о его книгах, а в Америке практически все университеты и колледжи включили изучение этих книг в свои программы. Он написал около восьмидесяти книг, которые его ученики перевели на двадцать пять языков мира и распространили в количестве пятидесяти пяти миллионов экземпляров. Он основал сто восемь храмов по всему миру и дал посвящение приблизительно десяти тысячам учеников. Тех, кто считает себя его последователями, миллионы. Шрила Прабхупада писал и переводил вплоть до последних дней своего пребывания на земле, длившегося восемьдесят один год.
Шрила Прабхупада не был просто очередным мудрецом с востока, ориенталистом, гуру, мистиком, учителем йоги или медитации. Он был воплощением целой культуры и сумел внедрить эту культуру в странах Запада. Я и многие другие видели в нем прежде всего по-настоящему неравнодушного человека, полностью пожертвовавшего своим комфортом ради блага других. У него не было личной жизни, он жил только для других. Многие люди научились у него духовной науке, философии, здравому смыслу, искусствам, языкам, ведическому образу жизни — гигиене, питанию, медицине, этикету, семейной жизни, ведению сельского хозяйства, социальному устройству, школьному обучению, экономике — и многому другому. Для меня он был учителем, отцом и самым дорогим другом.
Я всем обязан Шриле Прабхупаде и никогда не смогу оплатить этот долг. Но по крайней мере я могу хоть как-то выразить свою благодарность, участвуя вместе с другими его последователями в исполнении его самого заветного желания — издании и распространении его книг.
«Я никогда не умру, — сказал как-то Шрила Прабхупада, — я всегда буду жить в моих книгах». Он ушел из этого мира 14 ноября 1977 года, но, несомненно, будет жить всегда.
Майкл Грант
(Мукунда дас)
1. Познание науки о душе
Открытие души
Кто вы?.. Тело, ум или нечто высшее? Знаем ли мы, кто мы, или только думаем, что знаем? И так ли это на самом деле важно? Наше материалистическое общество, руководимое непросвещенными людьми, по сути дела наложило табу на поиски человеком своего истинного, высшего «Я». Вместо этого мы тратим свое драгоценное время на уход за телом, украшаем и холим его ради него самого. Есть ли этому какая-то альтернатива?
