Читаем без скачивания Таинственная надпись - Валентин Зуб

— Этим мы с Ниной займемся. Ладно, Нина? — крикнул сверху Василек.

— Ладно, — отозвалась Нина. — Мы быстро узнаем: мой отец был бригадиром возчиков.

— А потом, — развивал свою мысль Толик, — когда мы узнаем, откуда привезены бревна, мы отпилим конец бревна с буквами и пойдем искать тот пень. Я считаю, что буквы не простые. Тут есть какая-то тайна.

— А почему ты думаешь?

— Посмотрите, как криво они вырезаны. Наверно, человек, который их вырезал, очень торопился. А может, он был тяжело ранен и хотел перед смертью открыть людям тайну, которую он знал…

— А поблизости никого из своих не было, — закончила мысль Толика Нина.

— Тяжело ранен?… Откуда ты взял? — недоверчиво спросил у Толика Женька.

— А ты посмотри, как низко буквы от земли, у самого комля. Вот так и кажется, что кто-то вырезал их сидя или даже лежа, — ответил Толик. — Ты, Василек, когда будешь расспрашивать у возчиков про делянки, спроси заодно: может, они там что-нибудь интересное видели? Для нас это очень важно.

— Видишь, Женька, — сказала Нина, — а ты говорил, что за интересным нужно ехать далеко, за тридевять земель. Я думаю, что наш спор, ехать ли далеко или пойти по своему району, разрешился сам собой, а? Как ты думаешь, Толик?

— Я и сам не знаю. Посоветуемся с Зинаидой Антоновной, стоит ли всему кружку заниматься этой надписью.

— Но дознаться, в чем дело, нужно обязательно! — горячо проговорил Василек.

— Да, обязательно, — поддержал его Толик.

— Ну, тогда пошли скорей к Зинаиде Антоновне.

— Пошли! — весело откликнулись ребята. Им хотелось как можно скорее поделиться необыкновенной новостью со старшим товарищем и другом — пионервожатой Зинаидой Антоновной. И ребята, обгоняя друг дружку, пустились бежать.

ПОРУЧЕНИЕ ОТРЯДА

Зинаида Антоновна готовилась к очередному сбору отряда. Тема сбора — «Значение лесов для народного хозяйства». Пионервожатая хотела, чтобы ребята, отправляясь в поход по родному краю, не только интересно отдохнули, но и пополнили свои знания, научились любить природу. А они всегда считались с мнением Зинаиды Антоновны. Разговаривала она с ними просто, как равная с равными, да и с виду пионервожатая — невысокая молодая девушка с узкими плечами и тугой каштановой косой, уложенной вокруг головы, — мало чем отличалась от своих воспитанников.

Однажды Витя Капустин, задиристый и непослушный мальчишка, принес в класс скворца, которого он по дороге убил из рогатки.

Ребята отнеслись к этому событию по-разному. Одни бранили Витю за то, что он убил полезную птицу, другие восхищались его меткостью. Самого Витю так и распирало от гордости. Неожиданно в коридоре он повстречался с Зинаидой Антоновной.

— Что это у тебя в руках? — спросила она. — Птичка.

— Какая?

— Скворец.

— Покажи. — Зинаида Антоновна взяла птицу, посмотрела на нее, погладила, а потом спросила: — Кто убил?

— Я, — признался Витя.

— Та-ак… Ладно, пусть она останется у меня. А вечером был сбор отряда. Зинаида Антоновна

положила на стол перед собой убитого скворца и спросила:

— Ребята, кто знает, чем так полезны скворцы, что люди даже делают для них специальные скворечни?

— Они пожирают разных насекомых, жучков, козявок, гусениц и этим охраняют сады от вредителей, — ответил Женька, который сидел на первой парте.

— Верно. А знаете вы, сколько разных козявок съедает за день скворец или любая другая птица, которая питается насекомыми?

Ребята молчали. Никто точно не мог ответить.

— Ну, тогда я вам скажу, — продолжала Зинаида Антоновна. — Насекомоядная птица может уничтожить за день столько вредителей сада, что их вес в два-три раза будет больше, чем весит сама птица. Особенно полезны скворцы, синицы, стрижи, ласточки, мухоловки. Синица, например, когда она уже не хочет больше есть, просто убивает свою добычу. Кому принес Витя вред? Себе, нам с вами, нашему колхозному саду…

Потом Зинаида Антоновна рассказала про жизнь разных птиц, про их повадки.

Витя сидел как на иголках. До него дошло, что он вовсе не герой и напрасно хвастался перед товарищами. В конце сбора он встал и заявил, что больше не будет трогать птиц…

Зинаида Антоновна дописывала последнюю страницу конспекта, когда в дверь к ней вдруг постучали. Она выглянула в окно и сразу догадалась, что у ребят что-то произошло, — они были взволнованы, лица раскраснелись.

— Заходите, ребята! — пригласила она, открывая дверь.

— Здравствуйте, Зинаида Антоновна! — поздоровались все хором.

— Здравствуйте! Рассказывайте, что случилось.

— Мы нашли таинственную надпись, — заговорили ребята, перебивая друг друга.

— Василек нашел…

— На электростанции…

— Погодите, погодите, не все сразу. Василек, рассказывай ты.

Василек рассказал все по порядку: как он пошел за щепками, как увидел буквы… Зинаида Антоновна слушала очень внимательно, а когда ей рассказали, что удалось прочесть на том бревне, она даже встала и взволнованно заходила по комнате.

— Очень интересная находка… Неужели это письмо Степана Казимирова? — в задумчивости проговорила Зинаида Антоновна.

— Какого Степана? — заинтересовался Василек.

— Это я просто так… Вспомнила один случай, еще во время войны… Так вот, я думаю, что можно принять предложение Толика и Василька и попробовать найти продолжение надписи. Только всем идти не надо. Поручим это Толику, Васильку и…

— Мне! — вскочил Женька.

— Ладно. Я согласна. А вы, ребята?

— Тоже! Согласны! — дружно прозвучало в ответ.

— Думаю, что им на это дело хватит одного дня. Делянки, откуда возили бревна, близко — до самой дальней километров пятнадцать, и если они завтра встанут вместе с солнцем, то к вечеру, я думаю, сумеют вернуться. Не проспите?

— Что вы, Зинаида Антоновна, — за всех троих ответил Толик. — Да мы и ложиться не будем.

— Ну, это уже напрасно. Перед походом нужно как следует отдохнуть, чтобы быть бодрыми и выполнить поручение отряда.

— Выполним! — торжественно заверил Василек.

ЖЕНЬКА НАПАДАЕТ НА СЛЕД

Иногда получается так: сомневался человек в полезности какого-то дела, не верил в его успех. И вдруг своими глазами увидел, что ошибался. Дело-то интересное и нужное. И тогда этот человек становится самым страстным его сторонником.

Так случилось и с Женькой. Он с большим недоверием, чем остальные, отнесся к таинственным буквам. Ему все казалось, что это чья-то шутка или просто случайная надпись. И когда он просил, чтоб его вместе с Толиком и Васильком послали искать вторую половину надписи, то делал это только для того, чтобы быть вместе с друзьями и после посмеяться над Васильком.

Женька пришел домой, поужинал и сразу лег спать, потому что вставать условились рано. В избе было тихо, и он уже засыпал, когда хлопнула дверь и в комнату вошла мать. Он узнал ее по походке, не открывая глаз. Вслед за тихими шагами матери послышались еще чьи-то — тяжелые, гулкие. Должно быть, второй человек был в сапогах.

— Откуда оно возьмется, здоровье-то, — говорила мать, — когда такие муки довелось пережить?! И в голоде и в холоде сидели, вот оно теперь и сказывается. А что у нее признали?

— Туберкулез.

Женька по голосу узнал гостью — соседку тетю

Антонину. Вовсе еще не старая, она была совсем седая. Это после того, как фашисты угнали в Германию ее единственную дочь Аню. После войны Аня вернулась, но была все время какая-то задумчивая и тихонько кашляла в уголочек платка. А вчера тетя Антонина отвезла Аню в больницу.

— О-хо-хо, — тяжко вздохнула мать, — нет на свете нашего доктора Корнея Прокофьевича, он бы ее в два счета вылечил.

— Нет, Людочка, чахотку не так просто вылечить, нет еще такого лекарства, чтоб выпил — и поправился.

— А я тебе говорю, что у Корнея Прокофьевича было такое лекарство. Он целый труд про это написал, страниц на триста. Да вот беда — убили его фашисты, а все его бумаги с собой забрали. Вот в тех-то бумагах, видно, и был секрет этого лекарства, потому что после войны человек из Минска приезжал и все расспрашивал про Корнея Прокофьевича: как он погиб и не давал ли кому спрятать каких-нибудь бумаг. Походил-походил, да так и уехал ни с чем.

Женька вдруг подскочил на кровати как ошпаренный. Бумаги! А может, это и есть труд доктора? Может, он как раз и спрятан под тем деревом? Там ведь так и написано: «Тут спрятан труд…»

— Мама, все, что ты сейчас рассказала тете Антонине, правда?

Мать удивленно посмотрела на сына.

— Ты что, еще не спишь? Конечно, правда. А почему это тебя так интересует?

Однако Женьки уже и духу в избе не было. Он мчался к Толику, мчался с такой скоростью, что только в ушах свистело. Прибежал, а Василек уже там. Он боялся проспать и ночевал у Толика.