Сидх посмотрел на шрам на руке и направил внимание на его исчезновение. Никаких изменений. Дело оказалось слишком сложным для Сидха – шрам исчез только через четыре дня.
А на следующий день Сидха захватило новое приключение – он вообще был личностью весьма непостоянной и ненадежной. Наш искатель увлекся чтением мыслей. Не то, что бы ему это ему это было нужно для практических целей, – просто интересен был сам процесс. Если бы мы спросили его как читать мысли, скорее всего услышали бы в ответ какую-нибудь ерунду. Например, что нужно направить внимание на внимание других людей.
Прием примитивен, но, чуть позже, при его помощи Сидх научился знать прошлое и будущее. Правда, если быть до конца честным, он и сам толком не знал, читает он мысли или внушает их, предсказывает или творит.
Пресытившись ощущением всеведения, Сидх вернулся к себе и начал экспериментировать со своим телом. Хождение по стеклу и огню, остановка дыхания и сердца, заживление ран и изменение цвета волос и глаз – вот далеко не полный перечень того, что попробовал Сидх. Иногда что-то не получалось сразу, и он задавал себе простой вопрос: а как бы я сделал это во сне? Но, ограничения все равно чувствовались, вырисовывая новый вызов – сравнять сон и явь.
***
Через не так уж и много по-некоторым меркам времени Сидх мог делать наяву все то же, что и во сне – сон и явь стали равны для него, а скоро и вовсе неразличимы.
И, однажды, сидя посреди небольшого озера, Сидх понял, что то ли может всё, то ли ему не хватает воображения.
Он странствовал сквозь пространство, материю и время. Он спускался в ад и бывал в раю. Он присутствовал при возникновении человечества и наблюдал, как оно кануло в вечность. Он жил на заре этой вечности и созерцал превращения бесконечности. Он был телом и был духом. Он ревел лесным пожаром и низвергался водопадом с гор. Он знал, что значит быть камнем и несущимся по ветру дубовым листом. Он помогал мириадам существ, не вмешиваясь, и вмешивался в существование миров ничего не меняя.
И еще Сидх узнал кое-что о природе реальности – у реальности нет природы. Она подобна чистому пустому листу, на котором мы рисуем свои миры так, как считаем возможным и необходимым. Но кто-то желает ограничений и скованности, уверенности и устойчивости, а кто-то стремится к абсолютной свободе.
И теперь Сидх добрался сквозь рисунки до этого чистого по своей сути листа. Он был способен растворяться в каждой частице бесконечности и каждом мгновении вечности, умирать и со смехом возрождаться, рассеиваться и собираться вновь, – он знал и мог все. И куда бы и в когда бы Сидх не направлялся, он всегда и везде пребывал в неизменной вечности.
Единственное чего теперь не хватало Сидху, это приключений. Все было познано, все было пройдено, все известно заранее. И все чаще возникала мысль о том, что выбор другими существами ограничений, незнания и слабости не так уж глуп, ибо оставляет возможность открытий и захватывающих приключений.
И как-то, после долгих раздумий, наугад направившись в одно из мгновений надоевшей вечности, в одно из мест опостылевшей бесконечности, Бог умер, решив возродиться в мире ограничений, не помня себя.
***
Родившийся ребенок не кричал и не плакал. Лицо его было обращено к миру удивленной, наивной, но какой-то грустно всезнающей улыбкой.
Когда малыш немного подрос, в его жизни произошел забавный случай. Сидх, так почему-то назвали нашего героя родители, был охвачен необычным чувством – ему показалось, будто происходящее сейчас уже бывало с ним. Причем, чувство говорило, что он бывал не только в этом месте, в этом здесь, но и в этом времени, в этом сейчас…
Весна 2002г
Идущие рядом
Как вдохновляет путешествие по великому океану в утлом суденышке. Как радует встреча с тем, кто рад тебе и проплывет рядом с тобой в своей лодке ровно столько, сколько времени будет длиться радость движения в одном течении. А потом поплывет к своим неведомым течениям, берегам и волнам. И будет испытывать радость от каждой встречи, зная, что в таком огромном океане пути не всегда пересекаются вновь.
Как тяжело оказавшимся в одной лодке посреди океана. Штиль или буря, холод или зной, они – рабы друг друга. Они вынуждены быть вместе или погибнут. Когда один хочет отдаться воле течения и ветра, второй налегает на весла, спасая всех пассажиров. Один хочет нырнуть в освежающую прохладу, а другой боится воды. И лодка их движется по кругу, большому или малому – до тех пор, пока не создаст своим движением по кругу водоворот. И выбиваются из сил моряки, и ненавидят друг друга, и презирают за непонимание. И тонут по отдельности или вместе. Тонут те, в ком давно нет доброты и радости. Тонут заложники совместного плавания.
Как здорово, как весело идти рядом, когда тропы на время проходят так близко, что кажется, будто они сошлись в одну широкую дорогу. Но потом дорога разветвляется и кажется, что и не было рядом попутчика. А через миг или Вечность ты вновь видишь его рядом – такого же, как был или совсем другого. И это действительно интересно и захватывающе.
И как же утомительно и, зачастую, больно быть разными ногами (двумя, четырьмя или сороками) одного тела. Когда одна нога устала и хочет отдохнуть, другая торопиться отправиться в путь, а третья, может быть, ранена. И, в итоге, все тело не бежит и не лежит – плетется, прихрамывая. И ни одна нога не отдохнет и не порезвиться сполна, и каждая когда-нибудь поставит подножку соседке. И умрет несомое ими тело в муках и голоде, а возможно, просто от усталости и безысходности.
Как легко и свободно чувствуют себя две птицы в бескрайнем небе. Как изумительно быстро и красиво встречаются они в синеве и летят рядом. А через мгновение разлетаются в стороны, чтобы сейчас же встретиться вновь или не встретиться никогда. Когда небесные пути их совпадают, они летят в пространстве любви. Когда же небо зовет их в разные стороны, они – дети свободы. Они счастливы рядом друг с другом и счастливы в одиночестве светящегося неба. Они рады встречам и легки в свободном одиночном полете.
Как же ужасно быть разными крыльями одной птицы. Как бы прекрасна и величественна не была она, всегда будут моменты, дни, годы, когда одно крыло захочет отдыха в теплом гнезде, а другое ощущать порывы восходящих потоков. И когда-нибудь одно из крыл не распахнется ветрам, а второе раскроется там, где нет места полету. Что скажут про нее летящие мимо? Наверное, посочувствуют, причитая и непонимающе пощелкивая клювами.
Как здорово ходить по миру, встречаясь. Как плохо все время идти вместе, подобно скованным цепями.
Здорово смотреть в разные стороны, чтобы встречаться взглядами и делиться увиденным. Утомительно смотреть вместе в одну и ту же сторону и, не видя друг друга, переводить мутный взгляд, словно по команде.
Хорошо быть верным оттого, что честен и чист. Плохо быть преданным из-за страха потери.
Потрясающе быть рядом, когда излучаешь и принимаешь доброту и радость, и отдаляться когда радость временно или навсегда истощается.
Ужасно быть вместе всегда, по-рабски со страхом прижавшись спина к спине или нос к носу.
Мой друг! Будь парящей птицей и устойчивой лодкой, будь отважным путником и светящимся взглядом.
Ведь, на самом деле, все мы – в одной лодке. Все мы идем по одной дороге. Все смотрим в одно бескрайнее небо и слушаем одну волшебную песню. Все мы – одна парящая в вечности птица.
Написано в сумерках последнего дня зимы 2005гО, Входящий!
Правила, когда-то висящие на двери квартиры
Остановись на мгновение перед тем, как войти и приведи системы и функции своего существа в нижеуказанное положение!
Если ты принципиально не хочешь этого делать – серьезно подумай на тему: «а надо ли мне сюда заходить и нУЖЕн ли я здесь??!!»
Итак…
1. Максимально снизь чувство собственной важности и исключительности. В идеале – поставить на «ВЫКЛ». В случае успеха – остальные пункты можно не читать. Если считаешь, что твой случай – это как раз «случай успеха», читай дальше.
2. FUнкция «нытье по поводу…*» – «ВЫКЛ»
2. FUнкция «критика мира, его окрестностей и отдельных элементов» – «ВЫКЛ».
2. Систьма «фиксации хмурой рожи» – «ВЫКЛ»
2. Sisтема «улыбка всем телом» – «ВКЛ»
2. «Генесратор напряжения» – «ВЫКЛ»
2. «Аккумублятор раздражения» – «ВЫКЛ»
2. «Систьма перемывания костей и других органов отсутствующих и присутствующих здесь персон» – «ВЫКЛ»
2. FUNкция «со-радовния успехам присутствующих и отсутствующих» – «ВКЛ»
