Длинные золотистые волосы рассыпались по плечам, а когда она подняла голову, все увидели поразительные зелёные глаза — яркие, как изумруды, с кошачьим разрезом. Лицо омолодилось лет на пять, черты стали утончённее, аристократичнее.
Портал схлопнулся с оглушительным хлопком, оставив после себя лишь слабое свечение в воздухе.
В наступившей мёртвой тишине единственным, кто сохранил спокойствие, оказался высокий блондин у правой колонны. Виктор Крид выделялся среди придворных не только ростом и широкими плечами, но и невозмутимым выражением аристократически красивого лица. Его голубые глаза смотрели на происходящее с лёгким любопытством, словно подобные явления были для него обыденностью.
Пока все застыли в шоке, он неспешно подошёл к девушке и галантно протянул ей руку.
— Позвольте помочь, миледи, — его голос прозвучал удивительно спокойно в гробовой тишине зала.
Девушка подняла на него растерянный взгляд — именно такой взгляд бывает у воробья, неожиданно оказавшегося в клетке с хищными птицами. Она явно ничего не понимала в происходящем.
— Ваше Императорское Величество, — Виктор обернулся к трону и отвесил безупречный поклон, не отпуская руки девушки. — Позвольте представить мою новую ученицу. Она прибыла для прохождения стажировки в моей клинике.
Император всё ещё таращился на них, не в силах произнести ни слова.
— Встречайте — благородная Ольфария Минор, — Виктор слегка сжал пальцы девушки в предупреждении, заметив её замешательство. — Дочь моего старого друга из Альбиона. Несколько... нетрадиционный способ прибытия, но вы же знаете альбионцев — они всегда любили эффектные появления.
Он обворожительно улыбнулся всему залу, словно появление человека из светящегося портала было самой обыденной вещью на свете.
— Надеюсь, Ваше Величество не возражает против её присутствия при дворе? Обучение молодых талантов — дело важное и благородное.
Девушка — теперь уже Ольфария — медленно поднялась, опираясь на его руку. Её зелёные глаза метались по залу, пытаясь осознать, где она оказалась. Тронный зал, император, придворные в роскошных одеждах... Это было похоже на сон. Или на декорации к историческому фильму.
Но боль в коленях от падения была вполне реальной.
Император медленно опустился обратно на трон, всё ещё переваривая увиденное. Но годы правления научили его не показывать слабость перед подданными и тем более перед иностранными послами. Он откашлялся и жестом подозвал церемониймейстера.
— Продолжим приём, — произнёс император Куси Гордей, стараясь придать голосу прежнюю властность.
Посланник из Северных Княжеств, всё ещё потрясённый увиденным, неуверенно шагнул вперёд и развернул свиток.
— Ваше Императорское Величество, князья Севера вновь требуют вернуть земли Мин под их юрисдикцию. Эти территории исконно принадлежали...
— Довольно! — рявкнул император, и в его голосе зазвучала прежняя сила. — Земли Мин я никому не отдам! Это давно уже территория священной Куси, а местное население сплошь кусианцы. Сколько можно повторять одно и то же?
Посланник хотел возразить, но тут вперёд неспешно вышел Виктор Крид. Его движения были полны достоинства, а голос прозвучал с непререкаемым авторитетом имперского лекаря.
— Позвольте внести ясность в этот вопрос с медицинской точки зрения, — он окинул взглядом зал, и даже император невольно прислушался. — Показатели смертности в землях Мин с приходом империи снизились на тридцать процентов. Детская смертность упала в два раза. Рождаемость, напротив, повысилась на двадцать процентов. Эпидемии, которые раньше выкашивали целые деревни, теперь пресекаются в зародыше благодаря имперской медицинской системе.
Его тон не предполагал хоть каких-то возражений. Цифры звучали убедительно, а авторитет Крида при дворе был непоколебим.
— Полагаю, господин посланник, что здоровье и благополучие населения важнее политических амбиций? — Виктор слегка улыбнулся, но в этой улыбке читалось превосходство человека, привыкшего быть правым.
Посланник растерянно заморгал. Спорить с имперским лекарем было не только бесполезно, но и опасно — Крид пользовался особым расположением императора.
— Приём окончен, — отрезал Гордей, поднимаясь с трона. — Всем разойтись.
