class="p1">Снова звонок. Второй раунд. Соперники стоят в разных углах. Рефери машет рукой, и они быстро двигаются навстречу друг другу. Между ними остается пара шагов, когда Влад без замаха бьет Илью в плечо. Тот пытается ответить ногой, но не достает: Влад вовремя отскакивает назад. Мне хочется отвернуться. Атмосфера в октагоне изменилась. Стала гнетущей и густой. Морщусь, но продолжаю смотреть.
Илья несколько раз замахивается, оттесняя Влада к сетке, делает подсечку и роняет его на спину, бросается вперед на него. Но Влад оказывается быстрее. Резко вскакивает и наносит мощный удар противнику в грудь. Зал разрывается криком и свистом, я же вжимаюсь в спинку стула. Попадание четкое. Илья отлетает в сетку. Затем встает на ноги, хватает Влада за плечо, но тот бьет в ответ и валит его на пол. Я не успеваю за скоростью движений. Вижу только, что Влад уже сидит на сопернике и наносит мощные удары руками, не откладывая расправу в долгий ящик. От волнения закусываю кулак. Зал, до этого гудевший, затихает. Глухие звуки ударов отчетливо раздаются в тишине. От них мороз бежит по коже. Ежусь. Мне жутко. Илья уже не двигается. Лежит словно тряпичная кукла, из которой выбивают последний дух. И снова вмешивается судья. Я не заметила, как он подошел к бойцам. Он пытается оттащить Влада. Не получается! На помощь прибегает второй судья. Вдвоем они хватают его за руки и буквально отдирают от противника.
— Больно, — Лена говорит мне на ухо. Перевожу на нее взгляд. Я не заметила, как вцепилась ей в бедро. Отдергиваю руку.
— Извини, — одними губами говорю я, потому что зал взрывается аплодисментами.
— Дамы и господа, — ведущий подходит к Владу. На его фоне он выглядит маленьким и щупленьким. — Он снова победил! Быстро и красиво! Влад Арефьев — действующий чемпион, — ведущий задирает руку победителя.
Не могу отвести глаз. От вспышки гнева не осталось и следа. Влад утопает в свете прожекторов. Ухмыляется. Прикрывает глаза, наслаждаясь оглушающими криками зрителей. Краем глаза улавливаю, как противника уводят из октагона. Лица не разглядеть, но идти ему тяжело. И стоит ли этот спорт таких жертв? Цокаю языком и закатываю глаза, пропуская момент, когда чемпион выходит и двигается по коридору. Все встают, хлопают, приветствуют. Лена с Сережей тоже уже на ногах. Слишком поздно соображаю, быстро поднимаюсь с места. Цепляюсь ногой за ножку стула. Заваливаюсь на человека спереди, готовясь упасть на него, но сильная рука хватает меня за локоть, удерживая на ногах. Медленно поворачиваю голову и натыкаюсь на жесткий взгляд Влада.
Глава 1.2
— Аккуратнее, — твердо говорит он, отпускает мою руку и идет дальше.
А я стою и хватаю ртом воздух, глядя ему вслед. Лена дергает меня за локоть, усаживая на место.
Оставшиеся бои проходят не так ярко и длятся долго. Другие бойцы не вызывают шквала эмоций, их схватки кажутся скучными и медлительными. Я смотрю на ринг, и вижу мощные удары чемпиона, а не вялые махания какого-то рыжего пацана, или короткие замахи перекаченного мужчины. Зал тоже реагирует менее оживленно, чем на первый бой. Мне кажется, из нас троих Сережа единственный, кто наслаждается боем. Лена откровенно зевает, а я утопаю в воспоминаниях.
Звучит финальный удар гонга. Наконец! Облегченно выдыхаю. Встаю и разминаю затекшие ноги.
— Это было круто! — Сережа выглядывает из-за спины Лены. — Места — огонь! И первый бой крут! Влад достойный чемпион.
Мы лишь вяло киваем и вместе с толпой небольшими шажками двигаемся к выходу.
— Может быть, посидим где-нибудь? — Лена подхватывает меня под руку.
— Да, идея хорошая, — останавливаюсь и оглядываюсь по сторонам. — Только мне нужно в туалет.
Мы выпили пол-литра сидра до начала боя, и сейчас он настойчиво просится наружу. Я и так терпела последние минут двадцать. Лена кивает в сторону уборных и говорит, что они с Сережей будут ждать на улице. Быстрым шагом направляюсь туда и встаю в конец длинной очереди, которая заканчивается далеко за пределами туалета. Вот черт! Просчитываю варианты. Мужской туалет? Там тоже толпа. Замечаю у входа в зал охранника. А вдруг повезет?
— Простите, — подхожу к высокому мужчине с бородкой во всем черном и жалобно смотрю на него. — У меня к вам нескромный вопрос.
Он смеривает на меня серьезным взглядом и молчит. Я тушуюсь, щеки начинают теплеть, но мочевой пузырь не ждет.
— Тут такое дело, — отбросив скромность, продолжаю я. — Очень нужен туалет.
Охранник приподнимает бровь, окидывает меня взглядом, чуть хмурясь, и усмехается.
— У нас один туалет, и он перед вами, — он кивает в известную мне сторону.
Я уже мнусь на месте.
— Пожалуйста, — жалобно пищу я и улыбаюсь самой обворожительной улыбкой, на которую только способно.
По поджатым губам мужчины понимаю, что выходит не очень. Вздыхаю и разворачиваюсь в сторону таких же нуждающихся, как я. Как вытерпеть-то?
— Подождите, — глубокий вдох мужчины слышен на расстоянии в пару метров. — Если вас увидят, скажите, что случайно там оказались. Поняли? — он смотрит на меня испытующим взглядом, а я активно киваю. — Сейчас огибаете зал слева, там будет коридор. Из этого коридора первый поворот направо и почти до конца. Дверь будет так же по правой стене. Понятно?
Я чуть ли не прыгаю от счастья, еще раз киваю и срываюсь с места. Быстрым шагом иду по указанному пути, проговаривая про себя “Направо и по правой стороне”. Туалет нахожу быстро. Облегчение тоже наступает мгновенно. Споласкиваю руки и улыбаюсь себе в зеркало. Есть же добрые люди на этой планете.
Выхожу из туалета, доставая телефон из сумочки. Лена наверняка заждалась.
— Не меня ищешь? — голос с приятной хрипотцой пугает меня.
Вздрагиваю, чуть не уронив телефон, поднимаю голову и вижу его… Чемпион стоит передо мной, опираясь на косяк противоположной двери. На его плечи наброшено полотенце, вода стекает с его волос, мощная грудь оголена — на ней ни единого волоска. На светлой, словно фарфоровой, коже выделяются две татуировки графитово-черных цветов. Одну я уже видела — чешуйчатый узор покрывает левую руку от локтя до плеча. Вторая татуировка на правом плече меньше по размеру и напоминает дым, исходящий от пламени. Выглядит это невероятно! И сам он нереальный! Мышцы на его теле четко прорисованы. Он складывает руки на груди, а я сглатываю.
