Глава 2
Эйден
Настоящее
Это, блядь, худший сценарий, который мог произойти. Беда в том, что я не предвидел этого — а я всегда предвижу, что что-то произойдет.
Самая катастрофическая ошибка, которую может совершить любой генерал, это ощущать комфорт и игнорировать внешний мир.
Сегодня я был ослеплен Эльзой и ее близостью, меня переполняли иррациональные чувства и мысли, и я не пытался их контролировать.
Эльза оказывает на меня такое влияние; у нее есть сила загубить самые лучшие из когда-либо задуманных планов.
После прошлой ночи я хотел, чтобы у нее прошёл спокойный день рождения, не позволяя внешнему миру разрушить его.
Результат: я был застигнут врасплох.
Итан Стил жив, и стоит посреди гостиной The Meet Up, в месте, которое моя мать считала убежищем.
Эльза не сводит с него глаз с того момента, как он вошел. Ее голубые глаза расширены, а челюсть чуть не падает на пол. Не думаю, что она даже замечает этого, но ее конечности слегка дрожат, словно она не может контролировать свою реакцию.
Джонатан держится не лучше. Его угрожающий взгляд изучает Итана, будто он наблюдает, как демон восстает из пепла. Судя по тому, как напряглись его челюсти, он не ожидал увидеть Итана живым.
Когда-либо.
Отец Эльзы просто перетасовал все шахматные фигуры, явившись из мертвых, как чертов призрак.
Куинс стоит у входа, прижимаясь к стене. Она мертвой хваткой вцепляется в свой телефон и наблюдает за разворачивающейся сценой, будто это шоу уродов.
Я разберусь с ней позже за то, что она не сообщила мне о приезде Джонатана и за то, что Эльза узнала о помолвке вот таким образом.
Джонатан, должно быть, появился на ее пороге без предупреждения и не дал ей возможности отказаться, но она могла послать чертово сообщение.
Жизнь, какой она ее знает, разлетится на куски. Я позабочусь об этом.
Мое внимание переключается на Ван Дорена, который стоит рядом с Итаном с гордой ухмылкой на разбитых губах.
Ублюдок.
Я знал, что с ним что-то не так с того самого момента, как он впервые вошел в КЭШ, интегрировавшись в жизнь Эльзы, как паразит.
Я просто не знал, что он был частью плана Итана Стила.
Хорошо сыграно, старина. Чертовски хорошо сыграно.
— Это ты... папа, — призрачный шепот Эльзы эхом отдается в стенах, окружая нас, как молитва.
В ее глазах светится невинный блеск, напоминающий о ее детстве. Встреча с отцом снова отбросила ее на десять лет назад во времени.
Она вновь та семилетняя девочка, которая всегда упоминала своего отца в каждом разговоре.
Она называла его своим супергероем.
Ее непобедимым героем.
Теперь он вернулся и заберет ее у меня после того, как я наконец нашел ее.
Кем, блядь, он себя возомнил, чтобы вальсировать после десяти лет игры в мертвеца и отнимать то, что принадлежит мне?
Нам пора домой?
Блядь, нет.
Черт возьми, никогда.
— Да, принцесса. Это я.
Он улыбается с такой теплотой, что хочется выколоть ему глаза и затолкать обратно в могилу, из которой он вылез.
Это он, я узнал в нем мужчину, а не отца Эльзы.
Итан Стил — бывший друг Джонатана и самый достойный соперник.
Он постарел с тех пор, как я видел его в последний раз, но у него все тот же стиль сшитых на заказ черных костюмов, что и у Джонатана. Он все еще щеголяет своими каштановыми волосами, зачесанными назад с целеустремленностью и силой; он все еще носит ботинки Prada, бриллиантовые манжеты и часы, которые стоят годового бюджета страны третьего мира.
Он император Империи Стил, вернувшийся за своей наследницей.
Нижняя губа Эльзы дрожит, будто она вот-вот заплачет, но слез не видно. Когда я приглядываюсь, я почти вижу отражение Итана в ее ярко-голубых глазах.
Она делает неуверенный шаг вперед. Ее влажные светлые пряди прилипают к лицу и мокрой одежде, но я готов поспорить, что одна из моих конечностей не дрожит от холода.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я хватаю ее за руку, останавливая от следующего шага. Она не признает меня и продолжает пытаться добраться до своего отца.
— Убери свои руки от моей дочери. Сейчас же, — приказывает Итан властным тоном, который напугал бы любого другого человека.
Итан не тот человек, к которому можно относиться легкомысленно. Он такой же безжалостный, как Джонатан, если не больше. Если он кого-то увидит, он не остановится, пока этот человек не будет уничтожен. Тот факт, что он воскрес из мертвых, является еще одним доказательством его безжалостной личности.
Но он меня не пугает.
Единственный человек, о котором я забочусь, это красивая девушка, которая даже не признает моего существования.
— Отпусти ее, Эйден, — наконец говорит Джонатан.
Я игнорирую его.
— Эльза, посмотри на меня.
Она этого не делает.
Я провожу большим пальцем по ее руке, нежно лаская.
— Милая, посмотри на меня.
— Ты помолвлен с Сильвер?
Эльза продолжает смотреть на своего отца, но ее слова обращены ко мне.
Внезапный вопрос останавливает меня на полпути. Как ответить на это, не спровоцировав ее уродливую сторону?
— Это не то, что ты..
— Да или нет?
Она обрывает меня, все еще не удостаивая взглядом.
Я скрежещу зубами от того, как апатично она обращается ко мне. Не могу винить ее, но мой мозг переполняет только одна мысль: перекинуть ее через плечо и увести отсюда к чертовой матери.
Я сдерживаю себя только потому, что она воссоединяется со своим отцом и никогда не простит мне, если я уведу ее. И хотя мне плевать на него или на кого-то еще в этой комнате, мне не плевать на нее.
— Эльза, тебе о многом нужно узнать, — говорю я самым спокойным тоном.
— Это простой вопрос, Эйден. Да или нет?
— Да.
Мой левый глаз дергается, когда я произношу это слово.
Эльза застывает; даже не моргает.
Я ожидаю, что она развернется и ударит меня. Я бы ей позволил. Если это поможет ей выпустить пар, я позволю ей бить меня сколько угодно. Пока она наконец, блядь, не посмотрит мне в лицо, я готов сделать все, что угодно.
Она вырывает свою руку из моей хватки. Моя рука сжимается в кулак, но я не хватаю ее снова.
Мне неприятно, когда она рядом и не иметь возможность прикасаться к ней, но, если я потянусь к ней, я действительно похищу ее отсюда к чертовой матери.
Вся прежняя дрожь исчезает. Ее спина выпрямляется, а подбородок высоко поднимается, когда она целеустремленно шагает в направлении своего отца. Подальше от меня.
— Эльза.
Ее имя срывается с моих губ, как болезненное рычание.
— Поехали домой, — говорит она отцу с такой решимостью, что эхо разносится по комнате.
Итан обнимает дочь за плечи. Она прижимается к нему, как котенок.
Он кивает в нашу сторону.
— С нетерпением жду возможности раздавить тебя, Джонатан.
Затем выходит за дверь, Эльза и Ван Дорен идут по обе стороны от него.
Иди за ней.
Верни ее.
Похить, если понадобится.
Требуется все, что у меня есть, чтобы не последовать требованиям моего зверя. Если я применю к ней какую-либо силу, это только вызовет неприятные последствия и сожжет меня. Если какое-то расстояние поможет ей остыть, то так тому и быть, черт возьми.
На данный момент.
Я смотрю на Джонатана, ожидая, что он будет возмущен внезапным появлением Итана.
Мой отец любит использовать элемент неожиданности, но он чертовски ненавидит быть жертвой. Восстание Итана из мертвых перетасовало все его карты и разрушило план, который он придумывал в течение десяти лет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На его губах садистская ухмылка. Он садится на диван и пальцами образует церковную колокольню у своего подбородка. Я могу только представить, сколько сценариев проносится в его голове.
