ее в палисадник перед домом.
– Это первое предупреждение! – сказал он. – Потом я тебя ударю.
– Рыбка должна быть в аквариуме. Аквариум без разницы какой. А рыбка – точно такая, как была.
Денис усмехнулся, глянув на убогого, посмотрел на Ларису, представляя, как она раздевается перед ним. И выбросил руку, чтобы ударить. Только вот Севастьян каким-то чудом смог его опередить и нанести удар кулаком в солнечное сплетение.
Вроде бы и несильно ударил, Денис даже не согнулся в поясе. Но дыхание вдруг остановилось. И ноги ослабли. Денис повел руками в поисках опоры, чтобы не упасть. О том, чтобы ударить в ответ, он сейчас не мог думать. И ноги как чужие, и руки с трудом шевелятся. И очень хотелось сесть на землю, перевести дух.
– Это было первое желание, – с мягкой, как могло показаться, улыбкой сказал Севастьян. – Мертвой рыбки. Будет и второе. И третье…
У Дениса отпало всякое желание насмехаться над парнем.
– Как я тебе рыбку оживлю? – совершенно серьезно спросил он.
– Не знаю. Но рыбка мне очень нужна. Или оживить, или клонировать. Или… – Севастьян нарочно потянул паузу.
– Что – или? – повелся Денис.
– Мне очень нужна эта рыбка.
– Я куплю тебе другую!
Опоры Денис не нашел, но все так же нуждался в ней. Ноги уже не подкашивались, но стоял он, как путник на бревне, перекинутом через пропасть, руки раскинуты – в поисках баланса.
– Мне нужна именно эта рыбка.
– Я не смогу ее оживить.
– Думай, Вася, думай.
– Я не Вася.
– Мне все равно!
Севастьян повернулся к Ларисе, протянул ей руку, она откликнулась, подалась к нему. Денис шагнул к Севастьяну, собираясь ударить, но чуть не упал, потеряв опору под ногами. А Лариса, с сожалением глянув на него, присоединилась к Севастьяну. Взяла его под руку и вместе с ним прошла к машине, припаркованной напротив соседнего подъезда. И автомобиль не из последних, «Инфинити Фикс», как называл Денис эту разновидность паркетных внедорожников. Лариса приятно удивилась, когда Севастьян открыл дверь. И, злорадно глянув на Дениса, села в машину.
Денис потрясенно смотрел вслед автомобилю, который увозил его девушку. Он не мог поверить своим глазам. И злился не только на Ларису, но и на самого себя. А ведь он мог бы договориться с этим невероятным Севастьяном. Ему же ясно было сказано, или оживить рыбку, или клонировать. Или заплатить. А он не подумал. Да и как он мог заплатить, когда Севастьян сам должен ему двадцать штук?
Дениса весь день трясло от возмущения. Он не искал Ларису, не звонил ей, вечером крепко выпил, а ночью забылся в пьяном сне. Утром Лариса пришла сама.
Он распахнул перед ней дверь, она повелась на уловку, перенесла ногу через порог, но Денис резко надвинулся на нее, заставив отступить. Коврик поехал под ее ногой, и девушка едва не упала.
– Вали отсюда! – рыкнул он.
Но Лариса не упала перед ним на колени, умоляя о прощении.
– Ну хорошо! – кивнула она, поворачиваясь к Денису спиной.
И, шмыгнув носом, направилась к лифту. А ведь она уходила. Возможно, навсегда.
– Стоять!
Но Лариса не послушалась. Вышла из тамбура, нажала на кнопку лифта. Денис уже не хотел ее отпускать, он схватил девушку за руку, потащил в квартиру. Она не сопротивлялась, позволила закрыть за собой дверь.
Пальто Лариса сняла сама, а сапоги – он, вместе с колготками. И пока она хлопала глазами, соображая, как реагировать на эту наглость, он рванул в комнату, схватился за тяжелое кресло, поднапрягся и с видимой легкостью перетащил его с паркетного пола на кафельный в прихожей. В это кресло Ларису он и усадил.
– И за что мне такая любовь? – укладывая ноги ему на плечи, спросила она.
– Это не любовь! Это наказание!..
За что ей такое наказание, она спрашивать не стала. И застонала, принимая в себя первый удар. Тут же последовал второй… Денис представлял ее в объятиях Севастьяна, это его и бесило, но вместе с тем и возбуждало. Вошла в раж и Лариса, ее стоны становились все громче. Кресло, казалось, невозможно было перевернуть, настолько оно массивное и тяжелое, но они умудрились это сделать. Экзекуция закончилась уже на полу.
– На самом деле ничего не было, – уже после душа сказала Лариса и как ни в чем не бывало поставила кружку под краник кофемашины.
– Это, по-твоему, ничего?.. – возмутился Денис. – По сравнению с твоим Севой?
– С Севастьяном у нас не было ничего. Он-то, конечно, хотел… Но я-то не могла!
Лариса зачем-то подула на пену в своей кружке. Неужели взгляд прячет?
– Неужели не захотела с ним? – спросил он язвительно.
– Это во-первых, а во-вторых, он меня домой отвез. А ты мне ни разу не позвонил!..
Денис кивнул. А ведь он действительно не звонил. Возможно, Лариса вчера весь вечер находилась дома. Мама у нее строгая, Севастьяна и на порог бы не пустила.
– А в-третьих?
– А в-третьих, ты ничего не понял.
– Что я не понял?
– Севастьян тебе мстит.
– Мстит?
– Ну ты же хотел поставить его на двадцать штук.
– Почему хотел? Поставил!
– А он тебе рыбку дохлую в ответ… Как думаешь, сколько стоит клонировать рыбку?
– И ты туда же! – скривился Денис.
– Севастьян сказал, что это будет стоить десять тысяч. Евро… Он сам это сделает.
– Что сделает?
– Рыбку клонирует.
– Никто нигде ничего не клонирует!
– Значит, просто десять тысяч.
– Десять тысяч евро?! Ему?!
– Если честно, я ему не верю, – пожала плечами Лариса. – Не может он требовать с тебя десять тысяч. Это слишком!..
– И я не верю.
– А он сказал, что заставит тебя поверить, – вздохнула она.
– Как заставит?
– Он сказал, что лучше не экспериментировать.
– А то что?
– Чем дальше в лес, тем дороже дрова… Он сказал, что может поднять сумму до двадцати тысяч.
– Машина
