Вскоре Олег свернул на свою улицу и тихо, но внятно выругался. Прямо у ворот дома стоял довольно потрепанный «фольксваген». Олег злобно пнул ногой колесо автомобиля. Он открыл дверь своим ключом и уже из коридора услышал шум льющейся воды. Душ. Голубки вместе или порознь готовятся к совокуплению. Не снимая обуви, Шакиров прошел в гостиную, достал из бара бутылку «Белого аиста», нарезал лимон и плюхнулся на диван.
— Любаша! — донеслось из-за двери спальни. — Сколько можно ждать?
Олег вскочил и ударом ноги распахнул дверь в спальню.
— Привет!
Мужик, по-хозяйски устроившийся на супружеском ложе Шакировых был, как все секс-машины мускулист, коротко стрижен и имел приторно правильные черты лица.
— П-привет, — выдавил он голосом павлина, из которого собираются приготовить жаркое. — Ты…
— Муж Любашки. Будем знакомиться?
— Серега…
— Натягивай, Серега, штаны, — процедил Шакиров. — На твои распрекрасные трусищи смотреть тошно.
— Иду, уже иду! Олег?!
Шакиров обернулся к жене, которая, чтобы не грохнуться на пол от неожиданности оперлась рукой на дверной косяк. Голова Любашки была обмотана полотенцем, а из-под короткого халатика, призывно белели длинные ноги, покрытые капельками воды.
— Олег! Это не то, что ты, — изменщица сглотнула подкативший к горлу ком. — Не то, что ты думаешь…
— Конечно. К тебе в гости просто зашла подружка, а член у нее вырос от радости при моем появлении.
— Ты же сказала, что он уехал! — ворчливо воскликнул Серега.
— Пошел вон, осеменитель-самоучка! — Шакиров вернулся на диван, наполнил опустевшую рюмку и исподлобья взглянул на жену. — Думаю тебе тоже пора собирать вещички… Не стану препятствовать вашему счастью.
— Ты как меня назвал?! — вмешался Серега, вразвалочку направляясь к Олегу. — Думаешь, что если я твою сучку трахал, мы с тобой родственниками стали?!
Шакиров молниеносным движением выплеснул коньяк в лицо Сереги и не удержался от смеха, наблюдая за тем, как тот комично отфыркивается.
— Я… Да я… Бифштекс из тебя сделаю!
Серега прыгнул к столу и схватил нож с наборной ручкой, которым Олег недавно нарезал лимон. В следующую секунду лезвие мелькнуло в опасной близости от лица Шакирова и ему осталось только неуклюже перевалиться через спинку дивана.
Олег никак не ожидал потасовки и был по натуре пацифистом, но теперь ему приходилось спасать свою жизнь. Он успел вскочить на ноги за секунду до того, как Серега перепрыгнул через диван, сбив по пути бутылку «Аиста». Удача продолжала сопутствовать Сергею: пытаясь уклониться от нового выпада, Шакиров зацепил ножку журнального столики и грохнулся на пол.
— Ну, паскуда, что теперь скажешь?! — прошипел Серега, пытаясь, как гладиатор, поставить босую ногу на грудь поверженного противника.
Времени отвечать на вопрос у Шакирова не было. Он согнул ногу в колене и, распрямив ее, впечатал носок ботинка в запястье Сереги. Тот взвыл от боли и выронил оружие. Олег воспользовался коротким замешательством соперника и пополз к ножу. Серега пытался ему помешать, вцепился обеими руками в лодыжку, но Шакиров вырвал ногу и добрался-таки до ножа. Он сел, твердо уверенный в том, что, оставшись без оружия, десантник немного поостынет.
— А теперь, паскуда что скажешь ты?
Насмешливый тон Олега произвел на Сергея такой же эффект, как красная тряпка на быка. Вены на лбу вздулись, губы свела судорога ярости.
— Голыми руками на куски порву!
Шакиров держал нож перед собой, но новой атаки никак не ожидал. Серега ринулся на него, протягивая руки к горлу и, по всей видимости, собирался сдержать свою угрозу. Порвать Олега на куски голыми рукам помешала бутылка коньяка, валявшаяся на полу. Нога атакующего скользнула по ней. Серега попытался восстановить равновесие и замахал руками, в тщетной надежде отыскать опору. В итоге, вместо того, чтобы рухнуть на спину, он упал вперед, прямо на Шакирова. В лицо Олега ударил фонтан горячей крови. Откуда-то из-за завесы багрового тумана он услышал пронзительный вопль жены и начал выползать из-под удивительно тяжелого тела Сергея. Когда наконец-то додумался протереть глаза, то увидел заключительный акт драмы. Дружок Любаши дергался в агонии, пытаясь зажать руками глубокую рану на шее. Его тело напряглось как струна, выгнулось и обмякло. Держась за стену, Олег поднялся, обернулся к жене.
— Он… Я не…
— Убийца, — тихо прошептала Люба и, бледнея на глазах, медленно осела на пол.
Вместо того чтобы привести жену в чувство Шакиров поднял злополучную бутылку, в которой чудом осталось немного коньяка, сделал несколько жадных глотков и пошел к телефону. Пробил час отдаться в руки правосудия. Рука сдавила телефонную трубку с такой силой, что та едва не треснула. Ну, уж нет! Шакиров отшвырнул аппарат и тот, ударившись о стену, разлетелся на полсотни пластмассовых брызг. Олег переступил через два неподвижных тела и прошел в ванную. Стоя под горячим струями душа, быстро составил план, реализовав который сможет начать новую жизнь. Спрятаться. Дождаться темноты и выйти на трассу. Денег на первое время хватит, а работу он себе найдет. Со временем дела обстояли хуже. Тем не менее, Олег старательно намылил голову и, перед тем как покинуть ванную, не забыл с помощью лосьона освежить кожу, еще хранившую память о крови Сереги. Когда застегивал «молнию» куртки услышал тихий стон. Любашка медленно, но верно приходила в сознание. Для того чтобы очнуться рядом с трупом и бежать к параллельному телефону на стене коридора. Грустно улыбнувшись, Шакиров распахнул створку платяного шкафа и снял с вешалки один из своих галстуков. Итальянский. Подаренный женой на годовщину свадьбы. Совесть Олега была чиста, как свежевыпавший снег. Любашка вполне заслуживала того, что он собирался с нею сделать. Когда переворачивал супругу на живот, она попыталась вырваться.
— Что ты делаешь?
— Разве непонятно? Связываю тебе руки. Мне самое время откланяться и очень не хочется, чтобы с твоей подачи по моим пятам ринулась орава наших доблестных милиционеров.
— Убийца! — Люба попыталась укусить мужа. — Тебя все равно найдут!
— Во-первых, никакой я не убийца, — Шакиров влепил жене пощечину, и та захныкала скорее от бессилия, чем от боли. — Кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет. Твой Ромео схватился за нож и сам на него напоролся. Разве нет?
— Нет! Я дам другие показания и избавлюсь от тебя раз и навсегда. Врубился?
— Поэтому я тебя и связываю, — Олег старательно затянул узел и встал. — А насчет избавиться… Избавилась еще тогда, когда в первый раз легла в нашу постель со своим Тарзаном. Счастливо оставаться!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
