По оптимистическому прогнозу фонда «GAF-Россия» благотворительные пожертвования российских корпораций сократятся в этом году вдвое. «Бизнес спасает себя, нуждающимся в помощи остается надеется на помощь частных жертвователей», — утверждает газета «Ведомости». Сей пассаж — бизнес спасает себя и прикрывает благотворительную лавочку — вызвал в памяти образ веселого буржуина 90-х г-на Брынцалова. Стоя перед камерой, он хлопал себя по карманам: «У меня ни копейки денег не бывает. Ну, бывает, там, миллион, два, три». Веселился, стервец, шутковал, а страна билась в судорогах нищеты…
Сегодня развеселые наследники короля Пургена вновь по карманам хлопают. Выходит, если российский бизнес 750 млн. долл. на бедолагах сэкономит, то жив останется. А если, как обычно, аж на 1,5 «благотворительных» миллиарда раскошелится, ему кирдык? И это после того, как оный бизнес за 4 последних месяца «заглотил» 200 млрд. долл. государственной благотворительной помощи. Я не ошибся, говоря о госблаготворительности. Да, эта помощь оформляется как кредит, но кредиты дерипаски с авенами не вернут. Дайте срок, спишут, как пить дать, спишут «незаможным селянам» их долги. «…Самые низменные и самые отвратительные, — вспомним Маркса, — страсти человеческой души — фурии частного интереса», — объединяют членов ООО «Кремль и компания». Потому они обязательно договорятся. За наш, разумеется, счет — к бабке не ходи.
Но это дело будущего, а сегодня «бизнес спасает себя», ярчайшим образом демонстрируя свою «социальную ответственность». Об оной ответственности аллилуйщики и приживалки капитала все уши прожужжали:
— Ах, яйца Ваксельберга!
— Ох, коллекция Усманова!
— Денег-то, денег-то сколько из собственного кармана отвалили, чтобы вернуть России яйца Фаберже и не отдать на сторону коллекцию Ростроповича.
— Морозовы растут! Мамонтовы! Третьяковы!
Именины сердца. Слезы умиления. Сопли восторга. Адвокат Барщевский, член партийного сельпо либеральной ориентации, однажды ими весь телеэкран перемазал. Уверял собравшихся в студии в патриотизме и несказанной широте души капиталистов-благодетелей. Может, ясну соколу и неизвестно, но в стране либеральной мечты, Америке, каждый пацан знает: если кто-то о патриотизме и благотворительности власть имущих пылко вещает — знай, хочет что-то продать. Барщевский кормится, торгуя мифами о благородстве рыцарей наживы. Многие ещё верят сказкам о золушках. Но, представляете, нашлась в студии «коза», которая посмела мэтру возражать.
Пыталась, наивная, доказать, что не благотворительность нужна людям, а работа и зарплата по труду. Не благотворительный обед для пенсионеров важен, а пенсия хотя бы на уровне прожиточного минимума. Г-н Барщевский на каждый аргумент восклицал: вы против благотворительной помощи?! Вы против тех, кто помогает людям?! Как он гневался! Как негодовал! И в конце концов, заткнул оппонента: «Вы мне неинтересны!» — рявкнул адвокат и перестал обращать на «козу» свое высокое внимание.
Бедный, бедный член правления либерального сельпо! Твоя обычная наглость равна только твоей моральной дремучести. Знаешь, кто тебе был неинтересен? Знаешь, кого в презрении содержишь? Две трети граждан России, которые, по данные социологов, выказывают негативное отношение к благотворительности в духе великого русского историка В.О. Ключевского. «Истинная цель благотворительности, — писал он, — не в том, чтобы благотворить, а в том, чтобы некому было благотворить».
Почему так дело обстоит, Барщевский и партнеры в жизнь не поймут. Про халяву — без проблем, взросли они на ней, как поганки на навозе, а про достоинство — нет. Одно они «достоинство» знают, но оно и у кота есть. Мы — о другом: человеческом достоинстве речь ведем. Имели предприятия Всероссийского общества инвалидов льготы по налогам — инвалиды работали. Людьми себя чувствовали. Властители льготы похерили, где-то кто-то рубль украл — и баста!
Двадцать тысяч граждан с ограниченными возможностями из работников в безработных получателей благотворительной помощи превратились. Но почему-то халяве не обрадовались. Почему-то в телевизор валенки мечут, когда Неуважай-Корыто о филантропах распинается. Хотя и жалко телевизор. Нового от благотворителей долго ждать придется.
Раньше, при «процветании», официально нищая российская душа теоретически могла рассчитывать на 5–7 рублей благотворительных корпоративных щедрот в среднем в день. Сегодня, в кризис, если пара рублей или там трояк обломятся — счастье. Гуляй, рванина, от Москвы до Сахалина! И ручку, ручку благодетелю не забудь облобызать, не то г-н Барщевский тебя, неблагодарного, к позорному столбу поставит.
А вот первого богача России Михаила Прохорова похвалит. Не за всемирно известный куршевельский загул, конечно. С кем не бывает? Ну, погулял парень на 25 млн. баксов. Ну, во французскую кутузку вместе с девочками угодил. Ну, если стоимость той гулянки на телевизоры для 20 тысяч оставшихся без работы инвалидов перевести, то каждому по семь телевизоров в комнату пришлось бы запихнуть. Упарились бы ребята, а людей беречь надо. Так без телевизоров и остались.
Ну, было и сплыло. Остепенился Прохоров. Выступил инициатором создания эндаумент — фонда Финансовой академии. Той, что за хорошие бабки финансовых гениев печет, которые потом кризисы «выпекают». Благое дело, как не похвалить?! Пять млн. баксов — не шутка: переживет академия тяжелые времена. И те переживут, кто на жизнь просто смотрит: дают — бери, бьют — беги. Не бьют? Слава богу. Дают? Ручку пожалуйте — с.
Апостол Павел как учил: «Рабы, под игом находящиеся, должны почитать господ своих достойными всякой чести… Не должны обращаться с ними небрежно, потому что они братья; но, тем более, должны служить им, что они … благодетельствуют. Учи сему и увещевай». Чем г-н Барщевский и занимается: учит и увещевает. А какие-то «козы» под руку толкают, заповеди не чтят. Язычники! Это, видно, в их адрес звучит во время божественной литургии глас: «Оглашенные, изыдите»! Точь в точь, как у адвоката: «Вы мне неинтересны»!
А мне вот что интересно, господин «Чего изволите», пардон, г-н Барщевский. Некогда ты в передаче «Что? Где? Когда?» ловко загадки разгадывал. Так вот, не помнишь ли, что у древних греков слово «литургия» значило? Запамятовал? Напомню. Служение богатеньких буратин обществу.
Древние греки, в отличие от современных либералов, не лицемерили: прямо говорили — «нажива ненасытна»! И потому на сознание тамошними бизнесменами «социальной ответственности» и широту их души не полагались. Окорот имели: не хочешь по богатству ответственность нести — глиняными черепками закидывали. Остракизмом эта мера называлась. Гнали к едрене фене из страны несознательных богатеев с конфискацией имущества. И никакой тебе доброй воли, дам — не дам, никакой благотворительности. Делись или выметайся!
Вот и приходилось господам хорошим — кому военный корабль за свои кровные строить, команду содержать и припасами обеспечивать, кому всенародное театральное шоу с бесплатным для граждан входом продюсировать, опять же, на кровные; кому гимнасий — крутой фитнес-центр вкупе с общеобразовательным учреждением — на свой кошт брать.
Г-н Прохоров, авианосец на дивиденды потянете? Герр Миллер, слабо «Зенит» в чемпионы определить на свои, а не газпромовские бабки? Ваше высоко превосходительство г-н губернатор Зеленин, как насчет крутого общедоступного гимнасия не за бюджетный счет, а за личный? Барщевский, может, на гонорары бесплатную столовку для безработных осилишь? Как вам, господа-благодетели, такая перспектива?
Не катит?! Греческим Буратинам тоже тяжко было. Одни разорялись, другие за бугор ноги делали, третьи кряхтели, но социальную ответственность несли. И награды от общества получали. Нет, не о том вы, благодетели наши, подумали. Грекам в голову не пришло государственные серебряные рудники приватизировать и за здорово живешь по частным рукам распихать. А потом из этих рук милостыни ждать, лобызая длань дающего.
Венок на голову или памятную доску на стену — вот и вся благодарность социально ответственным воротилам. Рудники же государству доход давали. Союзников, которым защиту обеспечивали, греки тоже нехило трясли. С метеков (мигрантов) налоги брали, литургию с богатых требовали, а малообеспеченных государственным обременением не беспокоили.
Давно и неправда, бяшешь, Барщевский, было? Давно, но правда. Ноги прогрессивного налога на доходы из литургии растут. А ты от него, как черт от ладана, шарахаешься. Ты же за равенство между инвалидом и олигархом, что б с каждого по 13 процентов подоходного налога — и точка. А греки считали, что не с инвалида, а с тебя три шкуры надо драть, чтобы неповадно было достойных людей благотворительной подачкой оскорблять.
Еще вопросик хочешь? Не скажешь ли, милейший, где первое в мире социальное государство проклюнулось? Правильно, в Германии. Интересный там казус в 70-х годах ХIХ века приключился. Учредительская горячка — грюндерство — основание акционерных обществ и безудержная биржевая спекуляция акциями окончились грандиозным банковским крахом. За ним последовал тяжелейший экономический кризис. Ничего не напоминает, Барщевский? Пацаны, вроде твоих хозяев, стали резать работягам зарплаты, толпами на улицу выставлять, обещая тарелку бесплатного супа Христа ради. А гансы с фрицами возьми — и откажись быть бессловесной скотиной. Забузили, однако. Бросились пацаны к кайзеру Вильгельму I: «Брателла, выручай. Пришли ОМОН.»
