хочу, — она протянула свои ладони и накрыла его, — чтобы ты мне помог вернуть Сережу.
— Что? — уже во второй раз за последние пять минут его лицо вытянулось, а глаза округлились. Лапочка всегда умела удивить, но это было уже что-то за гранью, — и как это?
— Ну ты же бабник, Элиас, — Василиса нетерпеливо заерзала и отпустила его руки. Голосок насквозь пропитало отчаяние, — мимо тебя ни одна девушка не пройдет. А я, — она пренебрежительно указала на себя пальчиком с ног до головы, — вот, серая бесцветная моль. Ты же можешь, научи меня как. Ради нашей дружбы. Я тебя прошу. Сережа вернется через десять дней и увидит меня другую, — она сжала кулачки, — такую как ему нужно и женится.
— Капец, — Элиас схватил с подноса официантки бутылку с пивом и одним движением, открыл её о край стола. Выдохнул и осушил до дна разом, — неси еще и текилу не забудь, — вытер он рот тыльной стороной ладони и задумчиво глянул на Лапочку.
— Сейчас, — официантка дрожащими руками выгрузила на стол большую бутылку Мартини Бьянко и бокалы, на деревянных ногах развернулась и отправилась прочь. На лице девушки было написано, что эту свою смену она будет помнить еще долго.
— Лапуль, — Элиас уперся ладонями в скатерть и практически перегнулся через стол, нависая над Василисой. Со стороны это наверняка смотрелось угрожающе, так что разговоры за соседними столиками вмиг стихли, а заинтересованные взгляды вокруг приклеились к занятной парочке, — твой олень не заслуживает ни твоих слез, ни тем более попыток его вернуть. Он же ноги о тебя вытер. Ты и так, — он на секунду замялся, — хорошенькая. Просто найди себе другого парня, а этого придурка забудь.
— Никакая я не хорошенькая! — Василиса толкнула стул и поднялась на ноги, чтобы быть на одном уровне с Элиасом насколько это возможно, — что-то я не помню среди твои подружек ни одной такой как я. И это нормально, что Сережа тоже хочет себе красивую. Я бы на его месте тоже хотела!
По залу пронесся возмущенный женский вздох и Василиса обернулась, встретившись с десятком заинтересованных глаз. Сглотнула и быстро села на место, кивнув и Элиасу на его стул.
— Надо было у меня встречаться, — сдержанно проронила она, — а то место хорошо. Жаль, больше сюда не приду уже, — всхлипнула и ткнула пальчиком в бутылку мартини.
— Ну хочешь я оленю ноги сломаю, когда вернется? — участливо предложил Элиас и налил Василисе полный бокал. Тут же появилась и официантка с еще одной порцией эля и текилой. Обе бутылку были открыты. — Спасибо, — Элиас хмуро забрал алкоголь и смешал его в бокале. Василиса предсказуемо поморщилась, но ничего не сказала. Привычки Элиса мешать непредсказуемые коктейли давно ее не впечатляли.
— Нет, — Василиса распрямила плечи, всем своим видом показывая решительность, — у нас с Сережей была идеальная жизнь и я хочу ее вернуть. Хочу за него замуж, хочу родить ему детей. И все это возможно, мне нужно только немного постараться и ты мне поможешь.
— А если нет? — Элиас откинулся на спинку стула и принялся потягивать свой коктейль.
— Ты мне не друг, — вздернула носик Лапочка.
— Лапуль, мы же не поссоримся из-за какого-то парня, — попробовал пойти он на примирение.
— Нет, — ее глаза превратились в две щелки, — тогда и всплывшая правда с ней ничего сделать не должна.
— О чём ты? — Элиас окинул Лапочку подозрительным взглядом.
— Компромата у меня много, — та осушила бокал одним махом, немного поморщилась от излишней сладости напитка и разгладила пальчиками перед собой и так идеальную скатерть, — ну начнем хотя бы с того, кто на самом деле угнал и разбил тачку твоего отца, Элли, — она подняла пальчик вверх, — любимую.
— Нет, ты не посмеешь, — не веря выдохнул Элиас.
— Или вот, у кого в самый ответственный момент в прошлом году с Машей Любимовой ничего не получилось, мммм? С топ-моделью журнала Playboy.
— Лишнего выпил, Вася, перенервничал. Такое бывает. Я же тебе как другу, — он от возмущения рот открыл, — а ты значит в шантаж ударилась?
— На войне все средства хороши, — та невинно развела руками, — расклею твои прыщавые фотки вокруг спортзала и твоим дамочкам на беговых дорожках, что по тебе сохнут, расскажу, что у тебя маленький.
— Отлично, — парень прищурился и сделал еще глоток, — решила бить ниже пояса, значит...
Шантажистка мелкая. Элиас во все эти ее угрозы не сильно поверил, зато увидел степень Лапочкиного отчаяния. Та действительно была готова на все. У нее один олень — Сережа на уме.
Критического мышления ноль. И как только угораздило Василек так вляпаться? Сережа этот что, зомбировать умеет? Или гипнозом каким владеет? Это же ненормально, что после расставания Лапочка по нему так сохнет.
Хотя… была и у Элиаса безумная фанатка. При одном воспоминании о Лиде у него мороз вдоль позвоночника побежал. Сумасшедшая дамочка — преследовала после трехдневного романа, который ему быстро надоел. По сто раз звонила и писала в соц. сетях, пришлось даже в черный список везде занести. А эти постоянные попытки подстеречь его рядом с работой или у дома. На капоте любимого внедорожника красной краской написала «Ты-мой». Ужас, а не баба.
Элиас сделал большой глоток и настороженно посмотрел на Лапочку. Да нет, не из таких она. Влюбленная, но не психопатка.
— Так что, поможешь? — Василиса буркнула и утерла очередную слезу ладонью, потянулась к своему бокалу, — ну прости, блин. Ничего я никому не скажу и фотки твои клеить не буду, честно.
— Помогу, — Элиас обновил ей коктейль, осторожно ударил своей гремучей смесью о её хрупкий бокал и принялся продумывать в голове варианты. Самым адекватным было бы сводить Лапушку к психологу, но на это она вряд ли согласится. Так что отметаем.
Второй вариант познакомить ее с кем-нибудь нормальным и переключить на новые отношения. Только вот где достойного найти, отдавать в плохие руки такое сокровище желания нет.
Третий — сделать из Лапули мужской идеал, как ей хочется. Приодеть, научить двигаться, соблазнительно качать бедрами и всё такое. Показать мужские уловки и манипуляции, раскрыть глаза так сказать на мужскую суть и добавить в тихую и чистую душу побольше стервы. Это же прописная истина — мужики любят стерв. Даже если ненавидят, все равно любят.
Элиас задумался еще крепче и глотнул. Ещё есть вариант, от которого мурашки забегали табунами по телу, а именно — присвоить это сокровище себе. Забить на постоянно меняющихся баб и даже про сексуальную администраторшу, что строила ему только что глазки. Перестать шататься вечерами по барам. Остепениться с одной девочкой, только самой
