были уже подготовлены и уже начата их частичная реализация. Специальный отдел имперской безопасности, подчиненный на прямую главе, разработал довольно хитрую стратегию наступления на скуратовский пул предприятий и корпораций. Аналитики давали примерно семидесяти процентную вероятность ее успешной реализации. Итогом должно было стать банкротство всех базовых компаний рода Скуратовых и, соответственно, последующий выкуп подешевевших акций.
— Хорошо, тогда приступайте, — одобрил он день начала операции, наступающей уже в начале следующей недели.Осталось всего лишь несколько дней до того момента, как фондовый рынок вновь начнет лихорадить от кое-какихслухов и начнут проседать акции базовых компаний. — Передай, что головой отвечают.
Собственно, план имел два, а то и три дна, каждое из которых было достичь гораздо тяжелее, чем предыдущее. Для не сведущего взгляда планируемые действия должны были привести к одному результату, для более опытного — к другому результату. На самом же деле итог должен был быть совершенно иным. Аналитики в имперской безопасности были отнюдь не дураки и довольно грамотно умели вводить в заблуждение врагов империи.
Предполагалось, что когда в экономическом ведомстве империи объявят о введении отдельных протекционистских мер в ряде сфер экономике, некоторые решат, что коснется пары — тройки боярских родов средней руки. Именно последние осуществляли активные торговые операции с иностранными компаниями и должны были пострадать в первую очередь. Однако, следующая серия государственных мер еще больше расширит ограничения, которые уже косвенно ударят в том числе и по скуратовским компаниям. Словом, поначалу все будет выглядеть вполне благопристойно: финансовые потери вроде бы будут распределяться более или менее равномерно. Потом наступит последний этап, в рамках которого Скуратовых и можно будет изрядно пощипать.
Император, идя в одиночестве по длинному коридору исследовательского центра, с предвкушением ухмылялся. Удар должен будет серьезно поколебать экономическое благополучие рода, вызвав внутри него еще большие разногласия и противоречия. Враги, по-хорошему, должны будут сами себя сожрать, как пауки в банке. А чтобы еще больше усугубить это, он придумал еще кое-что.
— Посмотрим, как ты запоешь, когда под тобой кресло главы зашатается... Это чтобы тебе думалось легче во время всего этого...
Чтобы окончательно ослабить Скуратовых, он решил поставить под сомнение легитимность избрания нового главы. Ведь, всегда есть что-то, к чему можно прицепиться. Его юристы уже несколько дней работали по этому направлению в поте лица, «поднимая» сотни и сотни старых дел.Уже появились некоторые результаты, которые могли серьезно попортить нервы Максиму Скуратову, а то и вовсе низвергнуть его с высот на простую землю. Было много вопросов к законности усыновления Максима и соблюдению всех правил при этой процедуре, собственно, к назначению наследника умершего боярина Скуратова.
-//-//-
Александр, в это мире известный как Максим Скуратов-Соколов, принимал бразды правления родовой империей Скуратовых. Учитывая разгром родового гнезда (гвардейцы императора сравняли его с землей), делать это пришлось в центральном офисе теперь уже своей корпорации «Русские машины», находившейся на 87-ом этаже небоскреба «Скуратовская башня». Официальная часть с пышными представлениями ключевых менеджеров давно завершилась и парень наслаждался установившейся тишиной.
— Хорошо-о, — протянул он, потягивая жгуче черный кофе из небольшой фарфоровой чашки. При этом лениво рассматривал открывающийся перед ним футуристический вид на нагромождение разнообразных высоток и многометровых башен, которые у подножия были замысловато переплетены многочисленными дорожными развязками. Казалось, серебристая паутина опутала дома, офисы и торговые центры. — И тишина...
После безумной суматохи последних дней, когда он вступал в наследство, знакомился с многочисленной родней, разбирался с делами и делал еще множество других дел, именно тишина была для него особенно ценной. Никто не орет, ничего не выпрашивает, не умаляет, не проклинает. Самое то, чтобы привести свои мысли в порядок.
— Максим Олегович, — тишину внезапно нарушил зуммер селектора, откуда защебетал голос секретарши. — К вам господин Рукавишников, председатель «Золотой купеческой сотни». Просить?
Кофейная чашка застыла у самого рта Александра, на лице которого тут же отразилась усиленная работа мысли. Рукавишников, возглавлявший ассоциацию крупнейших и самых влиятельных промышленников империи, представлял собой весьма непростую фигуру и просто так игнорировать ее было чрезвычайно глупо. Насколько он знал, его детище «Золотая купеческая сотня» в той или иной степени контролировала почти сорок процентов совокупных активов всей империи, что было просто умопомрачительно гигантской цифрой. К тому же поговаривали, что именно Рукавишников был центром притяжения для тех, кто мягко говоря недолюбливал магию и выстроенную вокруг них систему привилегий. Словом, это был очень и очень серьезный человек, с которым просто необходимо было побеседовать.
Незнатный и не владеющий магией, купец тем не менее пользовался весьма большим авторитетом среди столичной элиты. Был вход во многие знатные дома. Его считали за честь принять у себя даже некоторые бояре, испытывая огромный пиетет перед его капиталами. По поводу последних, кстати, в народе гуляли настоящие легенды, которые превращали его состояние в горы золота, драгоценных камней, сотни огромных поместий и обширных земельных угодий. Вот, собственно, кто пришел к нему в гости.
— Проси, — коротко бросил парень в селектор и отошёл от окна. Принимать такого гостя с чашкой кофе в руке было не очень правильно. — Поглядим, что ты за зверь, — еле слышно добавил он.
Через некоторое время дверь распахнулась, и внутрь вошёл господин просто необъятных пропорцией, головой и плечами едва не задев дверной косяк. Впечатление внушительных телес ещё больше усиливал крупный выпирающий живот, буквально вырывавшийся из рубашки. На самом верху находилась крупная голова, увенчанная растрёпанный шевелюрой и окладистой бородой.
У такого великана просто обязан быть громкий грудной голос, что, собственно, он и продемонстрировал.
— Гм-м, — чуть замешкался Рукавишников на пороге. Видно, не ожидал, что глава рода на самом деле окажется настолько юным. — Желаю, значитца, здравствовать, — пророкотал он, наконец, приходя в себя. — Позвольте, представиться. Рукавишников Онуфрий Иванович, купец, промышленник, возглавляю «Золотую купеческую сотню».
Парень сделал ему шаг на встречу ипожал руку. Рукопожатие оказалось крепким, внушительным, а сам Рукавишников внушал доверие своим видом и обхождением.
— Очень приятно. Я Максим Олегович Скуратов-Соколов, глава рода. Чем могу быть вам полезен? — заинтересовано спросил он. Правда, было интересно, что могло такого необычного человека привести сюда.
У него, конечно, было несколько предположений, которые, как это ни странно, оказались совсем далеки от истины. Даже рядом не попал: все мимо.
— Гм... Мы, купечество, ведь, империю двигаем — строим, землицу осваиваем, товары выпускаем. Нашими руками здесь все выстроено. Вот этими самыми руками, — потряс он
