Таким образом, в историческом процессе соединяются объективные и субъективные факторы. Это означает, что элемент случайности присутствует в тех или иных событиях, но он не является определяющим для исторического развития в целом. Личность и характер Ивана IV Грозного или Сталина, Александра II или Николая II, несомненно, наложили свой отпечаток на судьбы людей, на те или иные события, но сами проблемы, которые пытались решить эти государственные деятели, существовали независимо от их взглядов. Над проблемой заинтересованности рабочих в результатах своего труда и возможных формах их участия в распределении прибыли предприятий размышляли в конце XIX в. министр финансов России Н. Х. Бунге и в середине 1920-х гг. один из вождей РКП(б) Л.Б. Каменев.
Вместе с тем это означает наличие проблемы «альтернативности истории». Подобно тому, как в физике сложение различных сил образует результатирующий вектор, так и в истории взаимодействие всей суммы факторов определяет выбор того или иного конкретного исторического пути. Поэтому, особенно на тех или иных исторических перекрестках (1881 г., 1905 г., 1917 г., 1924 г., 1953 г., 1991 г. и т. д.), особую важность приобретают субъективные факторы, элементы случайности и т. п. второстепенные, в целом, явления, способные порой отклонить исторический процесс от реально избранного пути.
Еще раз подчеркнем, что альтернативность не означает возможности абсолютно изменить ход исторического процесса, ибо сами объективные проблемы сохраняются. Но выбор другой альтернативы может облегчить или усложнить решение этих проблем, повлиять так или иначе на жизнь конкретных людей.
За многие века существования истории как науки сформировались определенные принципы изучения прошлого. Они включают необходимость оценивать факты в их совокупности, строго определять степень их подлинности, анализировать факты в процессе их развития. Ученый не имеет права отбрасывать факты, противоречащие его концепции. Он должен прежде всего опираться на достоверные источники и видеть преемственность исторических периодов. Все это, вместе взятое, называется историзмом мышления. Принцип историзма требует рассматривать любое историческое явление в системе координат того времени.
Историческое исследование принципиально отличается от исторического романа. Писатель имеет право на художественный вымысел, руководствуясь принципом «не было, но могло быть». Он выбирает одну из версий исторических событий, близкую его взглядам, стремясь воссоздать атмосферу описываемого времени в поисках ответа на «вечные» вопросы морали. Историк соединяет достоверные факты, пытаясь постичь их внутреннюю логику, и не учитывает наличие других версий исторических событий.
Вспомогательные исторические дисциплины. История как наука имеет широкий круг вспомогательных и специальных дисциплин. Среди них можно назвать археологию (изучение истории главным образом по предметам и сооружениям прошлого путем раскопок), археографию (собирание, описание и издание рукописных, печатных и других документальных памятников), генеалогию (изучение родственных связей отдельных лиц, семей), геральдику (изучение гербов, правил их составления и описания), краеведение (изучение истории какого-либо населенного пункта или района), нумизматику (изучение истории монет и бумажных денежных знаков), униформоведение (изучение истории форменной одежды), эпиграфику (изучение надписей на камне и различных изделиях) и многие другие.
Более подробно мы остановимся на историографии и источниковедении.
Историография — одна из исторических дисциплин, изучающая развитие исторических знаний и самой исторической науки. История зародилась в глубокой древности (описание событий прошлого в древнеегипетских папирусах, на глиняных табличках из Вавилона и т. п.). Но «отцом» исторической науки считают Геродота, жившего в V в. до н. э. в Древней Греции. До нас дошли его труды с описанием грекоперсидских войн, жизни и быта скифов. Хорошо известны сочинения историков Древнего Рима Плутарха, Светония, Тацита. Их книги переиздаются до сих пор. Велики заслуги в изучении всемирной истории таких ученых, как Т. Моммзен, А. Рамбо, Э. Лависс (XIX в.), М. Вебер, А. Тойнби (XX в.). Большое влияние на саму методологию изучения истории оказала «Школа Анналов», созданная французскими историками М. Блоком и Л. Февром в конце 20-х гг. XX в. и уделяющая главное внимание исследованию повседневной реальности и ее влияния на экономическую и духовную жизнь.
В Древней Руси изучение прошлого началось с составления летописей (лето – год), т. е. повременных записей о происходивших событиях. В начале XII в. монах Киево-Печерского монастыря Нестор свел их в «Повесть временных лет», имевшую подзаголовок «Откуда есть пошла Русская земля».
Этот первый известный нам русский исторический труд дошел до нас в составе Лаврентьевской (конец XIV в.) и Ипатьевской (начало XV в.) летописей. Постепенно возникали новые жанры исторического рассказа: воинские повести, сказания. В XVI в. появился так называемый «Русский хронограф», где история Руси связывалась с мировой историей. Большое количество исторических трудов породило Смутное время. Уже в этих работах отражались различные взгляды авторов, сталкивались их политические симпатии и антипатии. Власть стремилась представить современникам свою версию происходивших событий.
Процесс превращения исторического знания в науку начался с конца XVII в.: разрабатывались методы критики исторического источника, возникали зачатки вспомогательных исторических дисциплин, появлялись признаки научного оформления исторических трудов (научно-справочный аппарат, примечания и т. п.).
Активно занимались историей люди, близкие Петру I: Ф. Прокопович, П. Шафиров, князь Б. Куракин и другие. Один из «птенцов гнезда Петрова», горный инженер В.Н. Татищев попытался описать историю России с глубокой древности до Петра I. Академики Шлецер, Байер и Миллер сформулировали основы норманнской теории. Их научным противником выступил М.В. Ломоносов, положив начало антинорманнской теории.
Нарастал интерес к собиранию и публикации исторических источников.
Граф А.И. Мусин-Пушкин со своими сотрудниками отыскал и издал «Русскую правду» Ярослава Мудрого, «Поучение» Владимира Мономаха, «Слово о полку Игореве» и другие памятники древней истории. Купец И.И. Голиков собрал множество документов о «Деяниях Петра Великого» и издал их в 30 томах.
Начались исследования истории права, торговли и промышленности, культуры, городов и других сфер исторической науки.
Всеобщий интерес образованного общества к отечественной истории проявился в связи с выходом 12 томов «Истории государства Российского», написанной Н.М. Карамзиным. Использовав массу новых источников, он довел свой труд до начала XVII в., впервые разделив историю России на древнюю, среднюю и новую. Отождествляя историю русского народа с историей государства и самодержавия, он, по словам В.О. Ключевского, «помог русским людям лучше понять свое прошлое, но еще больше он заставил их любить его».
Новым этапом в изучении прошлого стала 29-томная «История России» С.М. Соловьева. Он обратил внимание читателей на внутренние факторы исторического развития: природно-географические условия, связанные с этим свойства национального характера и т. д. Ученый представлял общество в виде целостного организма, развивавшегося, по его мнению, «естественно и необходимо».
Свою концепцию русской истории в середине XIX в. выдвинули ученые государственной школы. Среди ее крупнейших представителей – Б.Н. Чичерин и К.Д. Кавелин. Они и их сторонники настаивали на особой роли государства в русской истории в силу природных условий, считали государство главной движущей силой исторического процесса, отрицали внутреннюю закономерность исторического развития России. По их мнению, социальным содержанием русской истории был процесс закрепощения и раскрепощения сословий государством. Б.Н. Чичерин доказывал, что в Западной Европе господствовало право, а в России – сила власти. Заслуга их состояла в глубоком изучении истории права и государственных учреждений.
Исторические воззрения славянофилов (отец и сын И.С. и К.С. Аксаковы, А.С. Хомяков и др.) складывались под воздействием их общественно-политических убеждений. Противопоставляя национальный общественный дух славянства романо-германскому индивидуалистическому Западу, они видели в допетровской Руси мирное параллельное существование «земского» и «государственного» начал, сотрудничавших и уравновешивавших друг друга. Реформы Петра I разорвали этот союз «Земли» и «Государства», привнесли в русское общество чуждые ему начала разобщения, уничтожая своеобразие русской истории. Их заслугой в области истории был сбор и изучение фольклора, исследования прошлого Новгорода и русского крестьянства.
