— Его зовут Гиббель, — пожала плечами она. — Он известен как приказчик в лавочке, здесь, на Базаре, торгующий мелкими магическими новинками. Его ежегодная доля с этой операции выражается невысокой шестизначной цифрой.
— Эге! Весьма неплохо, — усмехнулся девол.
Банни продолжала, словно не слышала.
— Он также является тайным владельцем трех других предприятий и частным владельцем еще дюжины. Наиболее известна магическая фабрика, снабжающая товарами лавки в этом и других измерениях. Она расположена в субизмерении, куда можно попасть через кабинет в его лавке, и на ней занято несколько сот рабочих. Приблизительный ежегодный доход с одной только этой фабрики выражается средней семизначной цифрой.
Девол быстро перестал плотоядно пялиться на нее.
— Откуда вы все это знаете? — потребовал он ответа. — Ведь считается, что это тайна!
— Он также мнит себя большим сердцеедом, но в поддержку этих претензий нет почти никаких свидетельств. Спутницы, с которыми его видели в общественных местах, сопутствовали ему за плату, и ни одна не протянула больше недели. Кажется, они считают деньги недостаточной платой за необходимость выносить его отталкивающую личность. В еде он питает слабость к брокколи / капуста Спаржеволь (итал. )/.
Я нейтрально улыбнулся спущенному с небес на землю деволу.
— … Вот благодаря этому таланту, сударь, Банни и заслужила свое место. Ну, как вам понравился этот образчик?
— Она неправа насчет брокколи, — слабо отозвался Гиббель. — Я терпеть не могу брокколи.
Я посмотрел на Банни, подняв брови, и та подмигнула в ответ.
— Возьмем на заметку, — сказала она. — Есть еще что-нибудь, Босс?
— Не уходи, Банни. Мне, вероятно, понадобится твоя помощь с указанием г-ну Гиббелю цены за наши услуги. Если он все-таки соберется сообщить нам, в чем его беда.
Это вывело девола из шокового транса.
— Я скажу вам в чем беда! Барышня Банни была совершенно права, когда сказала, что магическая фабрика — лучшее мое владение. Беда в том, что кто-то нагло обворовывает меня! Я теряю целое состояние из-за мелких краж!
— Какой процент пропаж? — мигом стала внимательной Банни.
— Поднимается к четырнадцати процентам… с шести в прошлом году.
— Вы говорите о розничной цене или о себестоимости?
— Себестоимости.
— А каковы ваши действительные общие потери?
— Меньше восьми процентов. Они точно знают, какие товары таскать… Маленькие, но дорогие.
Я откинулся на спинку кресла и постарался принять умный вид. На двух этапах разговора я совершенно потерял нить их беседы, но Банни, кажется, знала, что делала, и поэтому я предоставил инициативу ей.
— Всех, кого я отправлял расследовать, клеймили шпионами компании, не давая им даже присесть, — говорил Гиббель. — Так вот, до меня дошли слухи, что у вашей команды есть кое-какие связи с организованной преступностью, и я счел…
Он дал своему голосу сорваться, а затем пожал плечами, словно стесняясь довести эту мысль до конца.
Банни посмотрела на меня, и я без труда догадался, что она пытается спрятать улыбку. Она была племянницей дона Брюса, сказочного крестного Синдиката, и всегда забавлялась, сталкиваясь с почти суеверным страхом, испытываемым посторонними к организации ее дяди.
— Думается, мы можем вам помочь, — осторожно сказал я. — Конечно, это будет стоить денег.
— Сколько? — парировал девол, приступая к тому, что известно по всем измерениям как специальность деволов… к торговле.
В ответ Банни что-то быстро нацарапала в своем блокноте, а затем вырвала листок и вручила Гиббелю.
Девол взглянул на него и побледнел до светло-розового.
— Что!! Это же грабеж средь бела дня!
— Если учесть, чего стоят вам потери, то нет, — любезно ответила Банни. — Вот что я вам скажу. Если вы хотите, то мы возьмем небольшую долю с вашей фабрики… Скажем, полпроцента от стоимости сокращения краж с той минуты, как мы возьмемся за дело?
Гиббель за несколько секунд перешел от розового к вулканически красному.
— Ладно! Согласен… на первоначальное предложение!
Я слегка кивнул.
— Прекрасно. Я немедленно поручу дело паре агентов.
— Минутку! Выходит, я плачу такую цену и даже не получаю услуг главного специалиста? Вы что же это пытаетесь тут провернуть? Я хочу…
— Великий Скив стоит за всеми контрактами корпорации М. И. Ф., — перебила Банни. — Если вы желаете заключить контракт на его услуги, то цена будет существенно выше… Скажем, к примеру, контрольный пакет.
— Ладно! Ладно! Сообщение принято! — поспешно отступил девол. — Присылайте своих агентов. Просто надо им быть лучшими, вот и все. При таких расценках я ожидаю соответствующих результатов!
И с этими словами он вышел из кабинета, хлопнув дверью и оставив меня наедине с Банни.
— А сколько ты ему поставила в счет?
— Всего лишь обычный наш гонорар.
— В самом деле?
— Ну… я добавила немного сверху, так как он мне не понравился. Есть возражения?
— Нет. Просто любопытно, вот и все.
— Слушайте, Босс. Вы не против подключить к этому заданию меня? Времени оно много занять не должно, а этот субъект вызвал у меня любопытство.
— Идет… но не главным оперативником. Я хочу иметь возможность всегда вытянуть тебя обратно сюда, если дела в конторе вконец запутаются. Парадом пусть командует твой напарник.
— Никаких проблем. Кто будет работать со мной на пару?
Я откинулся на спинку кресла и улыбнулся.
— Неужели не догадываешься? Клиент хочет организованную преступность, он получит организованную преступность!
РАССКАЗ ГВИДО
— Гвидо, ты уверен, что правильно понял инструкции?
Это Банни говорит. Босс по какой-то причине счел мудрым порадовать меня на этом задании ее обществом. Ну, я не прочь, так как Банни более чем приятна на вид и молодчина с головы до пят, то есть, попросту говоря, поумнее меня, чего я не могу сказать о многих людях, хоть парнях, хоть куколках.
С тревогой я смотрю на это партнерство только по одной причине. Как ни замечательна Банни, всякий раз, когда предстоит дело, у нее появляется заметная склонность к занудству. Это все от того, что у нее затруднения с одной задачкой, сводящейся к тому, что она положила глаз на Босса. Ну, мы все об этом знаем, так как это стало ясно, как день, с их первой встречи. Даже Босс все понял, и это о чем-то говорит, так как хотя я восхищаюсь Боссом, как организатором, он малость туго соображает, когда дело доходит до юбок. Чтобы показать вам, о чем речь, напомню: когда он сообразил, что у Банни и впрямь возникли какие-то виды на него, он чуть в обморок не упал на нервной почве. И это парень, который при мне сталкивался, не моргнув глазом, с вампирами и оборотнями, не говоря уж о самом доне Брюсе! Как я сказал, куколки — не сильная его сторона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
