Отец с мамой ушли в отрыв, курсируя между бассейнами, солярием — будто можно назагораться впрок! — и казино, где разумно играли по маленькой.
На подключение к локальной сети «Фридома» они согласились, не задумываясь, и теперь Боба выходил из каюты, только чтобы поесть.
Межпланетный бублик уверенно падал в сторону Солнца. Боба с интересом следил за каналом корабельных новостей, разглядывал интерактивную карту маршрута корабля, читал популярные статьи о гравах, теории свободных полетов, изучал космопорт Фабиуса, основного спутника Марса, куда направлялся «Фридом». Играл с планами городов, представлял себе, что Нью-Франклин объявил независимость от Силикон-Сити и, чтобы в новой республике не начался голод, они с отцом контрабандой везут туда полный вездеход муки… Зарегистрировался в пассажирском чате, назвавшись профессором кафедры робототехники, и две недели успешно дурил всем головы, едва успевая черпать «правильные» фразы из корабельной энциклопедии.
Тринадцатого все пошло по-другому. После завтрака чат взорвался новостями о террористах. Куда можно угнать космический корабль? Боба не понимал. Или они хотели всех держать в заложниках, превратив «Фридом» в межпланетную базу? Но среди тридцати тысяч пассажиров нашлось не слишком много трезвомыслящих, и чат пузырился пафосной бессмыслицей.
А после ужина неожиданно рано пришли и родители, причем не одни. Их было слышно еще из коридора.
— Андрюша, только не волнуйся! — Мама вилась вокруг отца как встревоженная птица. — Пожалуйста, не кричи на него. Это же офицер, он не виноват! Он просто выполняет свои обязанности!
— Просто выполняет, потрох?! — гремел отец. — Не виноват?!
Дверь каюты едва успела скользнуть в паз. Первой внутрь юркнула мама, сразу хватаясь за верньеры встроенного в стену сейфа.
— Андрюша, я код забыла!
Отец втиснулся в дверь одновременно с офицером из экипажа, и еще кто-то остался за дверью.
— Вот прекрати мне это! — рявкнул он на мать, отчего та втянула голову в плечи. — Открывай, я сказал!
Мама несколько раз неуверенно попробовала набрать разные комбинации.
— Андрюша, только не кричи! Я вроде бы ставила день рождения мамы…
Тут совсем некстати вставил свою реплику офицер:
— Знаете, уважаемые, я вас не просил устраивать мне спектакли. В том, что у вас на карточке кончились деньги, нет ничего предосудительного. И незачем было тащить меня сюда, чтобы…
Договорить он не успел. Поскольку отец, несколько секунд недоверчиво внимавший офицерским речам, взревел:
— Меня, Андрея Мороза, почетного…
И, не договорив, влепил офицеру размашистую оплеуху, отчего тот, зацепившись пяткой за комингс, выпал в коридор. Неспешно поднялся, утирая разбитую губу.
— С того момента, как вы прошли шлюз, вы находитесь на территории Марсианской Демократии и подчиняетесь законам этого государства, — совсем другим тоном заговорил офицер. — Я — карго-лейтенант Кастерс и нахожусь при исполнении. У вас есть право хранить молчание…
Ольга Сергеевна, положив под язык таблетку, внимательно слушала плачущую навзрыд Анну. Боба забился в угол своей койки, отгородившись ото всех экраном, как щитом.
* * *
— Ты говоришь, не смогли расплатиться в баре, — в третий раз переспрашивала Ольга Сергеевна.
— У Андрюши две карточки, и у меня одна. Основной он никогда не пользуется, до самого Марса не собирался ее трогать. А тут просто вытащил не ту по ошибке. Хотел поменять, а бармен уже чиркнул.
— И?
— И говорит: на этой — остаток нулевой. Андрей — как? Что? Начал кричать, я расплатилась со своей, но бармен уже вызвал дежурного, мы пришли сюда…
Бух. Бух. Бух. Не помогала таблетка, только горло морозила. Так нехорошо стало Ольге Сергеевне, впору лечь и помирать.
— Тише, Анечка, успокойся, — слабым голосом сказала она. — Что хотели офицерику-то предъявлять? Зачем сюда пришли?
— Как? Как «зачем»? — Анна всплеснула руками. — Все документы, состояние временного счета, заверенная справка о переводе — все в сейфе.
Самое наступило время принять сильнодействующее — иначе невозможно будет слушать эту историю. Ольга Сергеевна, белее мела, запила лекарство водой и сказала:
— Анечка, нужно собраться. Расскажи, голубушка, все по порядку. Про визы, про документы, про деньги, все расскажи.
Услышав из уст свекрови «голубушку», Анна снова заревела в голос, и еще какое-то время ушло на то, чтобы привести ее в чувство.
Потом общими усилиями «вспомнили» код. Открыли сейф. Ольга Сергеевна дотошно рассматривала бумажку за бумажкой и слушала невестку. Спрашивала, переспрашивала, уточняла.
Картина яснее не становилась.
— Какая-то ошибка, — убежденно сказала Ольга Сергеевна. — Сбой в системе, вирус, я не знаю! Надо извиниться перед этим офицером, попросить прощения, чтобы Андрюшу отпустили, и срочно разбираться с банком. Деньги переведены, все оригиналы документов у нас на руках. Нет абсолютно никаких поводов для волнения.
— С банком связаться нельзя, — подал голос из угла Боба.
Обе женщины повернулись к нему.
— Мы сейчас очень близко от Солнца, сигнал глушится. От земного Интернета мы отключились вчера, а к марсианскому подключимся только через четыре дня.
Анна молчала.
— Тем более, — пытаясь убедить в первую очередь себя, продолжила Ольга Сергеевна. — Через четыре дня уже на спокойную голову и разберемся. А из Андрея узника делать не позволим! Все летят как люди, а он там один непонятно где…
— Там их трое! — закричал Боба. — Папа и два араба!
— Какие арабы, голубчик? Ты о чем?
Боба сбивчиво рассказал про террористов.
— Все повторяется, — непонятно сказала бабушка.
Анна приняла успокоительное.
— Надо идти к капитану, Ольга Сергеевна, — настаивала она чуть погодя. — Незачем нам связи ждать, нужно по горячим следам разбираться! Показать бумаги, зарегистрировать заявление…
— Да след-то, чай, остыл уже, — задумчиво сказала Ольга Сергеевна. — Мы, Анечка, сначала подумаем, а потом сделаем. Капитан — лицо должностное, его задача — привести корабль на Фобос. Он в ответе за наши жизни, а не карманы. Нужен контакт с банком. И, видимо, с полицией.
— Стражей порядка Марса, Фабиуса и Демократоса, — поправил начитанный внук.
Все замерли в молчании. Потом потихоньку расползлись по разным углам. Анна неожиданно уснула, видимо, подействовало успокоительное.
— Ба, — тихо позвал Боба. — Все плохо, да?
— Пока не знаю, Борис, — строго ответила Ольга Сергеевна. — Пока не знаю.
Мальчишка еще долго ворочался, прежде чем тоже уснул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
