– награждают нас» , вспомнилось из университетского курса богословия.
Собственная мастерская ваяния, куда зашел ученый была «густо населена» более ста скульптур, похожих на античные, из материала похожего на мрамор ,только теплого на ощупь, чуть мерцающего.
Фигуры застыли в разных позах. Они были прекрасны, но кто их увидит? Опять это голос…нет, это мелкий бес: «Да отвяжись ты, – почти сердито сам себе сказал Асвед, и как в детстве, прошептал, скрестив пальцы: «чур меня, чур, чур, чур, чур-перечур-расчур». Этот способ, как ни странно, утихомиривал последнее время распоясавшийся вредный внутренний голос.
«Дело в том, что люди, – продолжил размышлять ученый, выходя из мастерской в музыкальный зал, похожий на зимний сад, – перестают ходить друг к дуру в гости, опасаясь, что хозяева начнут водить по библиотекам, собственным классам живописи, музыки и ваяния, нарядным залам, где выставлены шедевры безделья и дарования».
Подошел к роялю взял большой ре-мажорный септаккорд – полный, мощный звук. Мысль стала светлее…
«Я успешный ученый, подаривший людям бессмертие. Если я не достиг успехов в искусстве, точнее, если никто не интересуется созданными мной творениями – это не значит что они плохи»…
Закрыв крышку рояля, Асвед вернулся в кабинет (комнаты были расположены по кругу). Сел к письменному столу.
Только одну проблему он не смог решить. Проблему, над которой человечество билось еще со времен Гельмгольца, – вопрос о самопроизвольном зарождении организмов и одухотворении мертвой материи. Хотя зачем…
Человечество расплатилось за бессмертие способностью к деторождению. Чтобы стереть из памяти факт возможности наличия детей, отовсюду были изъяты упоминания о них, их изображения. Купидон в саду не в счет, да и ребенок ли он?
Физически человек стал, как Бог… но зачем ему зачем эта вечная жизнь. Как он ей распоряжается? Играется, мечет сам перед собой бесконечный бисер… «Как для чего? – инженер не дал рефлексии хода, – бесконечное совершенствование себя и мира – хорошее дело для бессмертной души в бессмертном теле. Господствовать над мирами и пространством – как записано в Конституции.»
* * *
Асвед не заметил, как пролетело время.
В два часа к нему обычно приходила жена. Ученому было вполне комфортно и в одиночестве, но закон обязывал быть в браке. Да и правила…Чтобы эликсир бессмертия работал, и сопротивляемость болезням оставалась на нужном уровне, человек должен был состоять в браке и испытывать чувства, за исключением уныния, гнева, зависти.
Легко распахнулась стеклянная дверь и душистым алым вихрем в кабинет влетела Марта.
– Витязь, привет тебе! В дом мой войди ты, Верной невесты прими поцелуй[3]! –пропела она мелодично и чмокнула Асведа в прохладную щеку. Села напротив него, расправляя многослойное шифоновое алое платье.– Улыбка обнажает ряд зубов жемчужных , сквозь сочность лепестков душистой розы алой …
Асвед поморщился. – Да, мой милый, я дочь Фрейи, липа запястий, сосна ожерелий… И ты, бессмерный ясень битвы, именно за эту северную поэтичность меня и полюбил когда-то. Ведь красавицами, благодаря твоим открытиям, стали все без исключения женщины.
Она изящно встала и сделала пируэт, подняв ногу в высоком шпагате – шелковый алый шлейф, вспорхнув, обдал Асведа облаком восхитительных духов.
– Асвед, дорогой! Ты знаешь какой сегодня день? 1000 лет как ты, дуб открытий, осчастливил всех нас и все человечество !!! Изобрел чудесный эликсир, «дарующий» – дай я тебя поцелую – бессмертие! Как мы счастливы!Только…слушай, что я нашла – это из Рё сдаль.
Марта достала из рукава тонкий исписанный листок и стала читать: «Они пили, ели и беседовали весь день. Сын, который затем появился на свет, был назван Ярлом. У него была белая кожа, белокурые волосы, а глаза были зоркие, как у молодого змия. Он стал великим воином. Он владел обширными землями, скакал верхом, охотился, плавал и щедро раздавал дары» … Дети!!!!
Марта требовательно смотрела на мужа чудесными зелеными, как спелый крыжовник глазами.
Ученого обдало холодом…. неужели выборочная амнезия дала сбой… и откуда она взяла текст..
– Дай-ка мне, что это, наверное…какие-то старые бумаги, ерунда… Ну-ка, ну-ка, милая, что это у тебя на щеке? Интрадермальный невус….. о-о, не дело, давай–ка поправим.
Асвед быстро вышел в холл, откуда лифт доставил его в лабораторию, где в стерильном шкафу блестели пробирки. Взял активатор красоты и блокатор памяти избирательного действия, смешал, наполнил шприц и быстро вернулся к жене.
* * *
Марта Анч, цветущая женщина лет 1028 лет, последняя жена Асведа, была президентом кружка любителей мифов и легенд Севера. Она обожала все что было связано с культурой бывшей Скандинавии. С тех пор как 500 лет назад человечество покорило климат, в северных морях обитали фламинго и цвели магнолии. Легенды, саги – были ее отрадой, она постоянно цитировала Эдду и была невероятно хороша собой. Она была права, когда заметила что именно своими речами и очаровала Асведа когда-то.
Супруги жили отдельно, чтобы не стеснять самостоятельности друг друга. Встречались – в кабинете и спальне, как они ее называли – «алькове тайн». Кровать, занимавшая всю комнату, была выполнена в виде драккара викингов и свирепая голова дракона была свидетелем, как все реже супруги разделяют ложе и "пьют мед любви".
Легкий укол в щеку и невус на глазах исчез, ровная персиковая кожа снова светилась безупречной юностью.
– Очень тронута твоей заботой, – ласково проговорила Марта, целуя мужа в высокий, гладкий, точно изваянный из мрамора лоб, – Но вот зачем я пришла… Ты мне нужен для одного важного дела..
– Да, дорогая..
– Сегодня же, если ты помнишь, не только годовщина нашего брачного союза… но и Праздник бессмертия..
– А да, в двенадцать часов ночи.
– Где мы встречаем его?
– Не знаю!.. Я еще не думал об этом.
– Но, конечно, мы встречаем его вместе? – с легкой тревогой спросила Марта.
– Ну, разумеется, – ответил Асвед, непонимая, – так в чем же твое важное дело?
– Сейчас сообщу, мой милый…
Она встала, прошлась по комнате коснувшись прозрачной панели стены, и активировала изображение потрескивающего огнем камина.
– Идея, с которой ты познакомишься, вот уже несколько десятков лет занимает меня и, наконец, вылилась в окончательную форму.
– Гм-м… Что-нибудь из области скальдических стихов или о космогонии мира по Эдде? – пошутил Асвед
– О, нет! – с грациозной улыбкой ответила Марта.
– В таком случае, что-нибудь из сферы политики? Вы, женщины, в этом отношении всегда хотите идти впереди мужчин…
Марта засмеялась.
– Ты великолепный угадчик, милый. Да, и мне нужна твоя помощь… Идея моя заключается в том, – она ласково коснулась его руки, подойдя, – чтобы уничтожить последние цепи, которыми люди еще связывают себя на Земле. Пусть каждый человек в отдельности осуществляет то, что в древности называлось "государством"…
