перед собой и сфокусироваться на предметах, то понял, что нахожусь в больничной палате.
Голова гудела так, словно по ней шандарахнули несколько раз молотком. Я поводил глазами в разные стороны, понимая, что другими частями тела двигать не могу. Всё тело было, словно сделано из куска железа. Из-за скованных движений, я только смог понять, что нахожусь в больнице, а кислород поступал через трубку.
Значит, меня правда спасли?
Неожиданно приборный звук прервал чей-то женский голос. Кто это? Медсестра?
— Позовите врача! Скорее! Он очнулся! — смог разобрать я слова, всё ещё плохо соображая и находясь, словно в состоянии сильного алкогольного опьянения.
Если честно, до этого момента, я был нечастым гостем больниц. Вообще редко попадал сюда. В основном, меня латал наш местный врач — Павел. Пусть он был немного ненормальным, да и состоял на учёте у психиатра, но всегда мог подлатать, когда это было необходимо.
Именно поэтому ни в больнице, ни в услугах медицинской помощи я никогда не нуждался. Уж тем более, если учитывать, что меня заклеймили преступником мирового масштаба.
Но сейчас, видимо, был иной случай…
Через несколько секунд на зов медсестры пришёл высокий статный мужчина в очках, который сначала посмотрел на дисплей приборов, потом наклонился надо мной. Я же даже сказать ему ничего не мог. Язык, словно прилип к нёбу.
— Быть не может, — как-то спокойно, без единой эмоции на лице, произнёс он. Потом поправив свои очки, снова взглянул на приборы. — Поверить не могу.
Что-то по его реакции так-то и не скажешь, что он поверить не может в то, что я выжил. Да-да, я оказался более живучим, чем вы могли себе представить. Только вот ещё вопрос: а ничего, что перед ним сейчас лежит глава мафии, за голову которого даже вознаграждение обещано?
С чего бы ему быть таким спокойным? Или он не в курсе, кто я? Не, не. Этого точно быть не может. Если я, конечно, всё ещё в Объединённой республике нахожусь.
Он потратил ещё несколько секунд, чтобы тяжело вздохнуть, а потом снова обернуться ко мне с фразой:
— Повезло тебе, мальчишка. В твоём состоянии обычно никто не доживает.
Мальчишка? По его мнению, мне сколько, блин, лет? Если уж по-честному, то на вид я был его явно старше. Тогда… какой к чёрту мальчишка?!
Он ещё несколько раз выдохнул, чем начинал меня раздражать. А потом подошёл к молодой девушке (видимо, той самой медсестре) и начал что-то ей говорить. Его речь уже начала потихоньку рассеиваться для меня. Слабость так сильно давила, что хотелось только поспать.
И всё же интересно… как я смог выжить без кристалла? Ведь именно он давал мне жизненную энергию. Неужели они нашли способ вживить новый? Нет. Это вряд. У меня ведь был третий, последний вид. А после него: либо на тот свет, либо пытаться его сохранить. Второе я сделать не смог.
Веки начинали слипаться, и я снова погрузился во тьму.
Когда я в следующее мгновение раскрыл глаза, то снова уткнулся в тот же потолок больничной палаты. Значит, не показалось. Я, действительно, жив. Действительно, в больнице. И…
— Роман! — донёсся до ушей до боли знакомый голос. — Рома…
После второго раза произнесённого имени, послышалось всхлипывание. Я всё ещё не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, кто находился рядом со мной. Писк от приборов снова начал давить так, что голова болела сильнее.
Правда, сейчас терпеть это было легче, чем до этого. Странно, но у меня внутри было необъяснимое чувство лёгкости.
Когда надо мной склонился присутствующий в палате гость, я невольно расширил глаза. Удивлён ли я был, что увидел его? Нет, я был просто в полном шоке.
Рядом со мной был брат. Сергей. Да, точно. Я бы ни за что и ни с кем его не перепутал, даже в состоянии полного безумия.
Что он тут делает? Всё же жалко меня стало? И…
— Я так рад, что ты выжил, — продолжая шмыгать носом и смотреть на меня стеклянными глазами, хрипло произнёс он. — Роман.
Почему он зовёт меня этим странным именем?! Роман…
Эх, братец. Всё ещё такой же плакса, несмотря на то, что твой старший брат всё-таки выжил. Но откуда у меня это странное и необъяснимое ощущение. К сожалению, оглядеться по сторонам, чтобы оценить обстановку, я не мог. Тело, как и голова, всё ещё были такими тяжёлыми, что даже кончиками пальцев пошевелить было невозможно.
Почему он здесь? Брат, который пытался убить меня. Человек, который так сильно хотел избавиться от главаря мафии, несмотря на родственные узы. Я ещё понимал момент, когда умирал. Трагедия, эмоции. Но что сейчас? Я выжил. Тогда, к чему весь этот спектакль?
— Я так счастлива, — внезапно послышался второй, уже женский голос. — Что с тобой всё хорошо, Рома.
Пусть пошевелиться я и не мог, но почувствовал, как ко мне коснулась чья-то тёплая ладонь. Чёрт, ненавижу, когда ко мне прикасаются. Если бы мог, то тут же одёрнул бы руку.
И кстати, этот голос я тоже знаю. Кажется, это Мария — жена Сергея. Если его присутствие я ещё мог объяснить (хотя с трудом, словно натягивать сову на глобус), то почему она здесь? Что забыла? Мы никогда с ней толком не общались, да и видел я её пару раз. Тоже жалко меня стало?
Что за странная семейка?
— Мы думали, что больше никогда не увидим тебя, — снова произнесла она. — Заставил же ты нас переживать.
— Мой сын просто так не сдастся! — с улыбкой воскликнул Сергей.
Так. Стоп. Минуточку. Какой ещё к чёрту сын?
— Наш сын, дорогой, — поправила его Мария.
Стоп. Какой ещё наш сын? Да что эти оба мелят? Они что накурились или совсем головой тронулись? Нет, я знал, что Сергей иногда любил выпивать, но чтобы до белой горячки допился, такого я явно не ожидал.
Однако всё оказалось намного хуже, чем я предполагал.
Ведь в действительности с ума сошли не они, а я. Точнее не так.
Спустя несколько дней, когда я наконец-то смог двигаться, а Сергей и Мария приходили меня навещать каждый день, не переставая называть другим именем, то я понял несколько вещей.
Первое — мой рост слегка уменьшился. Ну, как слегка. Моё тело было втрое меньше, чем до того, как я попал в больницу. Поэтому я начал подозревать неладное. Особенно, когда понял, что внутри меня содержится бесцветный кристалл.
Второе — исходя из моих наблюдений, кажется, они были правы, и я уже не был Дмитрий Волков — главарём мафиозной группировки
