гриппа летучих мышей и создал смертоносный и очень заразный супервирус.
Деклан Блэк, хотя и не был вдохновителем, разработал и осуществил всю эту затею.
Международный террористический синдикат взял в заложники ее отца. Жив ли он еще? И волнует ли это Амелию?
Вопреки всему ей было не все равно.
Она теребила украшенный бриллиантами браслет с шармами на левом запястье, который отец подарил ей на тринадцатилетие. Ей хотелось сорвать его и выбросить, но почему-то она не могла этого сделать. Даже несмотря на то, что он предал ее, предал их всех.
— Нет, — наконец ответила она. — Я ничего не знаю.
Уиллоу бросила на нее недоверчивый взгляд, пожала плечами и снова повернулась к брату.
— Как скажешь.
Грузовик снова начал движение, толкаясь вперед. Плечо Амелии ударилось о стену. Она потерла больное место и взглянула на людей в транспорте: Энрике Лопес, сенатор-мексиканец из Нью-Йорка; Тайлер Хорн, перспективный изобретатель виталити чипа; ее брат Сайлас и мать Элиза; Мика Рамос Ривера, брат Габриэля.
Габриэль Рамос Ривера ехал во втором транспортном грузовике. Пленника в наручниках охраняли полдюжины солдат и бывший начальник охраны ее отца Эд Джерико.
Габриэль. Парень, в которого она влюбилась вопреки здравому смыслу. Загадочный, задумчивый пуэрториканец с бронзовой кожей, темными глазами и неотразимой улыбкой.
Безжалостный повстанец и Новый Патриот, захвативший корабль «Гранд Вояджер», взявший ее в заложники и предавший — добровольно и сознательно отдав Кейну, террористу-психопату, которому нравилось убивать. Кейн получал удовольствие от боли других. Он наслаждался ее болью.
Кейн с его грубыми, шарящими руками, его глаза-бусинки, его злобный оскал, когда он нависал над ней. Этот ублюдок пытался сломать ее. И ему это почти удалось.
До сих пор каждую ночь он вторгался в ее кошмары. Она всегда просыпалась, задыхаясь, сердце бешено колотилось в груди, мысли сплетались в клубок от ужаса. Амелия закрыла глаза, вытесняя эти мысли из головы.
Грузовик с грохотом остановился. Амелия врезалась в Бенджи и чуть не сбила его со скамейки. Мика и Сайлас, сидевшие напротив нее, вскочили на ноги и схватились за скамейку, чтобы сохранить равновесие.
Снаружи грузовика кто-то закричал.
— Что случилось? — спросил Бенджи, широко раскрыв глаза. Амелия и Уиллоу обменялись нервными взглядами. Что бы это ни было, звучало плохо.
Доктор Мартинес сцепила руки перед грудью.
— Я уверена, что все в порядке. Просто обычная проверка. — Но ее голос дрожал.
Где-то справа от Амелии раздались выстрелы. Крики наполнили воздух.
— Ложись! — крикнул кто-то.
Сердце сжалось, дыхание замерло в груди. Почему они остановились? Почему солдаты стреляли? Что происходит?
Тайлер Хорн вскочил на ноги, его идеально уложенные светлые волосы разметались по голове.
— На нас напали?
Доктор Мартинес ничего не ответила, когда воздух наполнился новыми криками. Что-то ударилось о борт грузовика. Стена содрогнулась. Амелия дернулась вперед.
— Говорите правду, черт возьми! — Хорн угрожающе шагнул к доктору.
Сенатор Лопес встал и преградил Хорну путь вытянутой рукой.
— Давайте сохранять спокойствие. Паника ничему не поможет.
Пуля пробила левую часть транспорта над головой Хорна.
Пассажиры закричали и пригнулись, сползая со скамеек вдоль стен и низко приседая. Амелия закрыла голову руками, волоски на ее шее зашевелились.
Рядом с ней Уиллоу толкнула Бенджи вниз и закрыла его своим телом.
— Лежи!
Раздались новые выстрелы. Громкие удары и толчки сотрясали грузовик, как будто люди толкали его с двух сторон. Возможно, так оно и происходило.
Гневные крики наполнили воздух. Похоже, грузовик окружен. Задние двери скрежетали и дергались, но не открывались. Они были заперты изнутри.
— Им нужны припасы? — Мика нервно поправил очки. Его карие глаза были огромными на мальчишеском лице, темные волнистые волосы спадали на лоб.
— Какого черта вы молчите? — спросила Уиллоу у доктора Мартинес повысив голос. — Не может же и это быть засекречено!
— Да, — признала доктор Мартинес, в ее голосе звучали страх и отчаяние. — Скорее всего, это засада. Дороги опасны. Нет ни больниц, ни магазинов. Люди в отчаянии.
Амелия не могла сосредоточиться на этих словах. Нет больниц? Это не имело смысла.
Еще одна пуля пробила стены фургона как масло. Нападавшие использовали бронебойные снаряды. Следующая шальная пуля могла задеть кого-нибудь.
— Может, стоит дать им то, что они хотят?
— Она права, — рассудил Сайлас. В нем чувствовалась напряженность отца, тот же жилистый корпус и худое, волчье лицо. — Откройте двери.
Хорн указал пальцем на Сайласа.
— Ты спятил, если собираешься впустить их сюда. Они стреляют в людей!
Сайлас вздрогнул, его дымчато-серые глаза сверкнули.
— Ты здесь не главный.
— Отдадим им припасы, и они перестанут стрелять, — поддержал Сайласа Мика.
— Вы не понимаете. — Доктор Мартинес взмахнула руками. — Нам нужны эти припасы для исследований и медицинского персонала на базе. Мы не можем просто отдать им…
— К черту все это. — Сайлас вскочил на ноги, низко приседая и перешагивая через скорчившиеся тела, добрался до задних дверей.
Мика последовал за ним. Грузовик покачнулся, они запнулись, выпрямились и бросились к дверям, прежде чем кто-то успел их остановить.
— Не открывайте дверь! Вы не защищены! — Доктор Мартинес поднялась на ноги как раз в тот момент, когда очередная пуля пробила стену в нескольких сантиметрах от ее головы. Она вскрикнула и упала на пол.
Амелия вывернула шею, чтобы посмотреть, как Мика и Сайлас борются с механизмом блокировки дверей. Ее колени болели от того, что она стояла на металлическом полу. Заклепка оцарапала голень, прорвав дыру на брюках цвета хаки. Крики и вопли снаружи грузовика эхом отдавались в ее ушах.
По позвоночнику пробежал холодок. Открывать двери наверняка ужасная идея, но надо что-то делать. Они оставались беззащитными, в ожидании следующей пули, способной кого-то убить.
Кто-то схватил ее за руку. Амелия подняла голову и уставилась на доктора Мартинес. Ее рот сжался в мрачную линию, глаза были жесткими и непроницаемыми.
— Что бы вы ни делали, никого не трогайте.
— Насколько все плохо? — быстро спросила Амелия.
Доктор Мартинес покачала головой.
— Я хотела сразу рассказать вам всем, но мое начальство опасалось попыток самоубийства и панического восстания. Они подумали, что вы не станете безропотно сидеть в карантине, если узнаете…
Ее голос прервался, когда раздался пронзительный вопль, заглушивший слова. Кровь Амелии превратилась в лед.
— Если бы мы узнали что? Скажите мне!
Кто-то закричал, когда задние двери распахнулись. В фургон хлынул дневной свет. Нападавшие выдернули Мику и Сайласа из грузовика. Четверо из них забрались внутрь, по их щекам и лбам тянулись черные полосы, в руках они держали штурмовые винтовки.
Амелию охватил ужас. Она не могла сосредоточиться на словах доктора. Неужели эти люди действительно их убьют? Что они сделали с
