меня таким не видела.
А вот и она…
— Привет, — обнял маму, поцеловал в щеку. — Красивая, — сделал ей искренний комплимент.
— Не подлизывайся, — а у самой глаза улыбаются. — Что ты устроил ночью, Гер? Ну ведь не мальчишка уже. Хотя, о чем это я? — подмигнула. — Самый натуральный мальчишка. Иди. Тебя отец ждет, — еще раз быстро ее поцеловал. — И, Герман, — оглянулся. — не хами, — строго.
— Паинька, — нарисовал пальцем нимб над головой.
— Позер, — мама махнула рукой и раскрыла книгу. Так уютно стало и скандала совсем не хочется, но его не избежать.
Вошел в кабинет отца. Здесь светло и стерильно чисто. Шторы раздвинуты на всю впуская в комнату летнее солнце. Аслан Ленарович стоит ко мне спиной, курит в приоткрытую щель рамы. Плечи медленно поднимаются вверх от глубокого вдоха, потом также плавно опускаются на выдохе выпуская из легких воздух с облаком серого дыма.
— Ты же бросил, — я первым нарушил молчание.
— С тобой бросишь, — отец выбросил окурок, развернулся ко мне. Он прошел, сел в свое высокое кресло, приглашающе махнул рукой на то, что стоит напротив. — Я принял решение.
— Опять? — скептически приподнял бровь.
— Гонки, пьянки, наркотики, женщины непонятного происхождения. Ты либо убьешься, либо подцепишь какую-нибудь дрянь. А потом принесешь эту дрянь домой и скажешь что?
— Что? — копирую его тон.
— Папа спасай, я дебил. Не так? — тон с нервной хрипотцой. Он крутит в руках зажигалку. Матери обещал, что не сорвется на меня.
— Так. А к кому мне еще идти? — усмехаюсь. — Что за решение на этот раз? Не томи.
— Ты женишься, — заявляет категорично.
— Что-то новенькое. На ком же? — подпер кулаками подбородок уперев локти в край стола.
— У отца твоих дружков в скором времени появится сводная сестричка. Хорошенькая восемнадцатилетняя девчонка. Вроде как даже девственница. Все, как ты любишь, — он разминает до хруста шею. У меня внутри все переворачивается, но я пока глотаю это дерьмо. — Что ты так смотришь? Думаешь я не знаю о твоем увлечении?
— Мне плевать. —начинаю заводиться.
— Ну-ну. Слушай внимательно и запоминай. Нам нужно укрепить связь с Михаилом Реваль. Сейчас для этого есть прекрасная возможность. Ничто так не укрепляет отношения в бизнесе, как брак детей ключевых партнеров.
— Решил продать меня подороже? — сжал кулаки сильнее. Пальцам больно, но это хорошо, это отрезвляет.
— Послушай! Твои выходки мне слишком дорого обходятся. Соблазни девочку. Она на дизайн вроде поступить должна. К матери на факультет. Ты же любишь первокурсниц, — вновь давит отец. — Сделай так, чтобы она влюбилась в тебя. А если не влюбится, сделай, чтобы деваться некуда было, только в ЗАГС.
— А мне что с этого? Ну кроме пары ночей удовольствия. Где моя выгода от этого брака? Мне и так нормально живется. Я, может, по любви хочу?
Очень хочу. Я чертовски хочу по любви, но мне туда нельзя. Да и партнерство с бизнесом Реваль - шикарная перспектива, если рассуждать исключительно с этой стороны.
— И что будет, если не выйдет? — отец удивленно приподнял вторую бровь. — Ну не захочет она меня? Не понравлюсь. Не в ее вкусе. М? Не насильно же тащить.
— А ты понравься, — давит отец. — Тебе хоть одна баба отказала, Гер? Ну так, чисто, между нами.
— Нет, — сдаюсь, растираю руками лицо, поднимаю темные, как у родителя, волосы от корней.
— Ну вот и славно. Инфу завтра на работе передам. Матери ни слова. Понял меня? — киваю. Мать его за такое по головке точно не погладит, а она для него все. За нее он пойдет убивать. — И давай без глупостей. Еще раз узнаю, что ты гоняешь, заберу машину.
— Я сам ее покупал!
Меня, значит, за живое можно?!
— Как ты там любишь говорить? Мне плевать? Так вот сынок, мне плевать, кто ее покупал. Ты мне живой нужен! А теперь пошел вон с глаз моих! И приведи себя в порядок, засранец!
Чтобы избежать лишних расспросов я быстро свалил из родительского дома. У себя небрежно бросил ключи на тумбочку. Они звякнули, больно ударив по вискам.
На кухне нашел пару таблеток шипучего аспирина, бросил их в апельсиновый сок и морщась выпил залпом. Должно полегчать.
Не находя себе места от накативших эмоций сел за ноут, занялся работой. На завтра надо закончить пакет документов для старшего Реваль. Заодно с Крисом переговорю насчет кредитования их нового проекта. Михаил не хочет вкладываться в бизнес сыновей, а я могу провести оформление так, что и мой не узнает. Главное, что он окупится, и банк получит прибыль. Это мы уже проходили.
К вечеру голове и правда полегчало. Усевшись с сигаретой на широком подоконнике, уставился в окно. Там машины стоят в очередной душной пробке, а я псих, наверное, но хочу к ним. Мой отец вот тоже не понимает, что машины — это не просто увлечение, это моя жизнь, страсть. Это то, что меня зажигает. Я могу не пить, могу бросить курить, но без скорости в триста десять километров в час себя не представляю.
О приказе отца жениться я даже думать пока не хочу. Меня все тянет назад, туда, где у меня пару недель была любовь. Ее. Чистая, наивная, неподдельная.
Камаев сделал дочери подарок на совершеннолетие: первая вечеринка без старшего поколения. Без всех этих фуршетов, канапе, шампанского на подносах. Они с моим отцом, Михаилом и еще несколькими важными персонами подхватили своих женщин, жен (у кого что было), свалили в ресторан предоставив молодежи дом до утра.
Я даже идти не хотел на этот праздник. Ну что мне делать на девчачьем дне рождения? И ладно, были бы мы знакомы. А так родители наши давно в одном котле варятся, только вот с
